Перейти к публикации
тохта

Невская битва с точки зрения Жития

Рекомендованные сообщения

Оставляя  в  стороне  вопрос  о  том, насколько  Житие  Александра  Невского  является  источником  информации  и  о  конретных  событиях, попробуем  рассмотреть  те  события, о  которых  в  нем  говорится, с  точки  зрения  собственно  военных  событий. Речь  идет  об  описании  действий  Александра  Невского  и  шести его  воинов. Это  не  раз  уже  делалось, но  насколько  известно  автору, именно  как  отдельные  эпизоды, не  имеющие  связи  друг  другом.

 

Вначале    Житие  говорит  она  говорит  о  жестокой  битве, начавшейся  в  шесть  часов.

«Оттоле  потщався   наеха  на  ня  в 6 час  дне» /После  того  Александр поспешил  напасть  на  врага  в  шестом  часу  дня»

. Обратим  внимание  на  слово  наеха, то  есть  наехал. Следовательно  мы  можем  говорить, что  русские  атаковали  шведов  в  конном  строю.

«И  бысть  сеча  велика  над  Рымляны, и  изби  их  множество  бесчисленно, и  самому  королю  возложи  печать  на  лице  острым  своим  копием/ И  была  сеча  великая  с  римлянами, и  перебил  их  князь  безчисленное  множество, а  на  лице  самого  короля  оставил  след острого  копья своего»[ii]

.Обычно  считается  что  это  описание  всего  боя  в  целом.

Но  возможно,   мы  видим  что перед  нами  описание  некой  схватки, эпизода  боя, который,  вполне  вероятно, начали  шведы ( «от  римляны»).

  Для  нас  важно  и  то, что  согласно  Житию  в  этой  битве  предводитель  шведов  получил  ранение  в  лицо, которое копьем   нанес  ему  А. Н.

Уже  говорилось  о  том, что  этот  поединок  скорее  всего  был  конным.

Во  первых  есть  упоминание  о  копье, которым  действовал  Александр, что  маловероятно  для  одиночного  пешего   боя. Да  и  полководцы того  времени   обычно  действовали    верхом, что  бы  иметь  хороший  обзор  и  возможность  лично (во  главе  с  лучшими  воинами)  оказать  помощь  в  необходимом  месте.

Из  этого  можно  сделать  вывод,  что  в  какой  то  момент  произошла  схватка  между  русской  и  шведской  конницей.

Учитывая,  что  конница  шведов  была  невелика,  можно  предположить,  что она  контратаковала,  пытаясь  изменить  судьбу  сражения  на  каком  то  этапе

Следует  отметить,  что  европейские  рыцари  того  времени  активно  использовали  шлем,  типа     топфлем,  в  просторечье  горшок,  которые  надежно  защищал лицо. Понятно, что  и  его  можно  было  пробить, но  тогда  была  высока  вероятность  смертельной  раны.

Это  может  свидетельствовать  о  том,  что  шведский  предводитель  не  успел  надеть  шлем  для  боя, то  есть  полностью  вооружится.

Впрочем, шлем  мог  быть  сорван  в  бою. Или  же  он   частично  сыграл  свою роль,  спася  хозяину  жизнь, но  не  сумев  сохранить  его  от  раны.

Далее   Житие  сообщает,   что  было  еще  шесть  воинов, которые  вместе  с  князем  отличились  в  бою.

«Един  именем  Гаврило  Олексич.   Се  наеха  на  шнеку, видев  королевича  мча  под  руку, взъеха  на  досце, и   до  самого  корабля…. И  паке  наеха, и  бися   с  воеводой  посреде  самого  полку  их/ Первый  по  имени  Гаврило  Олексич. Он  напал  на  шнек, и  увидев  королевича, влекомого  под  руки, въехал  до  самого  корабля…  и  снова  напал  на  них, и  бился  с  самим  воеводой  посреди  их войска»[iii]

В  этом  отрывке   обращает  на  себя  внимание  несколько    важных  момента- личность  королевича, прорыв  к  кораблям,  атаки  шведского  строя.

   Судя  по титулу  и   тому,  что  его  поддерживали  под  руки, а  не  оставили  на  поле  боя, королевичем    был  важный  человек  в  шведском  лагере.

   Таковым  мог  быть  воевода,  но  он  упомянут  парой  строчек  ниже, когда  королевич  уже  был  ранен, т.е.  выбыл  из  боя. Им  мог  быть  один  из  епископов,  но  вряд ли  его  назвали  бы  королевичем.

    Тот  факт,  что  он  в   разгар  боя  уходил  на  корабль,  причем  его  поддерживали  под  руки,  говорит  о  том, что  он,  скорее  всего,  был  серьезно  ранен.

Напрашивается  мысль  что  это  был  тот  самый  римский  король, который  был  ранен  Александром  в  поединке. 

Разница  в  титуле  объясняется  тем, что  автор  Жития  соединил  рассказ  о  храбрости  князя,  который  бьется  с  королем,  и  рассказ  о  доблести  Гаврило  Олексича,  где  тот  гонится    за  королевичем. Т.е.  Гаврила  пытался  захватить   в  плен  лидера  шведов.

Так  же  важно  время  действий  данного  персонажа, поскольку  в  истории  об  его  действиях одного  человека   логично  предположить  хронологическую  последовательность  событий.

Мы  видим  что  Гаврила  действует, когда  король/королевич  ранен. Т. е. вначале  произошла  схватка, в  которой  король/ королевич  был  ранен, затем  уже  русские, в  том  числе  Гаврила,  прорвались  к  кораблям, а  уже  потом  произошла  атака схватка, в  которой  погиб  воевода.

Таким  образом  мы  видим  что  бой со  шведами  происходил  в  три  этапа.

Сначала  схватка (скорее  всего  конницы),  затем  атака  шведских  кораблей, в  которой  участвует  Гаврила. Затем уже  затем   бой  со  шведским  строем, в  котором  так  же  участвует  Гаврила.

   Таким  образом   версия  о  хронологической  последовательности  событий, изложенных  в  Житии, находит  свое  подтверждение.

   Для  понимая  боя      следует  учитывать конфигурацию  поля  боя, т.е.  шведского  лагеря, описанного  выше.

      Не  вызывает  сомнения,  что  наиболее  удачным  местом  для  построения  шведов  был  узкий    перешеек  между  двумя  оврагами,  о  котором  речь  шла  выше.

 Эта  позиция  позволяла  шведам прикрыть  свои  позиции  небольшими  силами,  построить  глубокий  строй  и    сохранить  в  безопасности  свои  корабли,  стоявшие  вдоль  берега.

Но  как  мы  видим  на  примере  Гаврилы  Олексича,  русские  воины   прорвались  к  кораблям, а  уже  потом  атаковал  строй  шведов. То  есть  строй  шведов  оказался  позади  расположения  их  кораблей.

Следовательно  шведам  не  удалось  закрепиться  на  перешейке, более  того  после  первой  схватки  русские  прорвались  к  кораблям.

Это  позволяет  сделать  вывод  что  первая  схватка, а  именно  сражение  русской  и  шведской  конницы  окончилось  победой  русских, которые   ранили  предводителя  экспедиции,  прорвались  к  кораблям, и  не  дали  шведам  занять  наиболее  удобную  позицию.

   После  этого  успеха  часть  русских  воинов    кинулась  преследовать  беглецов  или  захватывать  добычу, то  есть  единый  строй русских развалился.

Но  шведы  успели  построиться  в  боевой  порядок (строй).

Так  же  следует  отметить  время  атаки  строя.

Мы  видим  что  после  первой  неудачи Гаврила  Олексеич  снова  попытался  атаковать  корабль.

Если  шведский  корабль  был  вытащен  на  берег, как  было  принято  в  то  время, то  шведы  не  могли  уйти.

Следовательно,  они  сумели  отбиться, но  настойчивый  Гаврила  Олексич  снова  атаковал  их.

И  уже  после  этого     пришлось  драться  посреди   шведскго  войска  с  воеводой.

Скорее  всего  шведы  атаковали,  и  либо  Гаврила  бросился  на  помощь  своим,  либо  шведы  появились  на  берегу, спасая  корабли  и  королевича.

Соответственно, мы  можем  сделать  вывод, что  атака,  точнее  контратака  шведов  произошла  через  короткий  промежуток  времени.

     Так  же  из  данного  отрывка  следует, что  руководство шведским  строем берет  на  себя  воевода  Спиридон. С  одной  стороны  именно  его  упоминают  как  дерущегося  посреди  строя,  с  другой  стороны  это  происходит  после  ранения  королевича. Вероятно  именно  поэтому  его  отметили  и  Житие  и  НПЛ.

После  Гаврилы  Олексича  Житие  описывает  действия    других  героев.

«2- именем  Сбыслав  Якунович  новгородец. Се наеха  многажды  на  полк  их  и  бьяшеся  единым  топором,  не  имея  страха  в  душе  своей,   и  паде  неколико  от  руки  его/ Второй,  по  имени  Сбыслав  Якунович, новгородец. Этот  много  раз  нападал  на  войско  их  и  бился  одним  топором, не  имея  страха  в  душе  своей; и  пали  многие  от  руки его» [iv]

Мы  видим,  что  Сбыслав Якунович     атакует  шведский  строй, причем  действует одним  топором. В  то  время  фехтовальщик  обычно  использовал  щит  в  левой  руке, что  бы  принимать на  него  удары  противника.

Парировать  удары  мечом  можно, а  вот  топор  для  этого  не  слишком  подходит. Можно  предположить,  что  будущий  посадник  имел  надежные,  хотя  и  дорогие  доспехи,  позволявшие  ему  действовать  без  щита.

Но  все  таки  против  одного  и  того  же  противника  это  делать  рискованно.

Слово «многажды»   означают  что  Сбыслав  Якунович  несколько  раз  атаковал  противника.

Скорее  всего  он  наносил  несколько  ударов,  проносясь  вдоль  строя, и  отъезжал. Тогда  на  ходу  удары  противника  отбивались  доспехами  тем  более  вскользь.

Это    возможно  против  пешего  противника, стоящего  в  строю,  причем  не  во  время  массовой  атаки, когда  всаднику  некуда  отвернуть  в  сторону, а  во  время  кружения  воинов  около  пешего  строя.

 «3-Яков, родом   полочанин,   ловчий  бе   у  князя. Се  наехав  на  полк  с  мечем  и  похвали  его  князь/ Третий Яков  родом  полочанин, был ловчим  у  князя. Этот  напал   на  полк  с  мечом, и  похвалил  его  князь. »[v]

И  вновь  всадник  атакует шведов   с  оружием  ближнего  боя,  а  не  с  копьем.  Обратим  внимание,  что  он  атакует  полк,  то  крупный  отряд  шведов, скорее  всего  построенный.

Можно  предположить  что  Яков  Полочанин,  как  и  Сбыслав Якунович,  утратили  свои  копья  во  время  предыдущей  атаки,  и  оказавшись  перед  строем  шведов,  действовали  мечами  и  топорами.

Оба  персонажа   атакуют  шведский  строй, но  похоже  скорее  крутятся  около  него, атакуя   наиболее  открытых  врагов (во  всяком  случае, Сбыслав  Якунович).

     Для  понимания  того, где  был  строй  шведов, перескочим  через  следующего  по  тексту Жития  персонажа, хотя  он  и  весьма  интересен. И  прочитаем  про  воина  Саву, представителя  «молодых  людей», т.е. рядовых  дружинников.

« 5- от   молодых  его,   именем  Сава. Се  въеха  в  шатер    великий королевътзолотоверхий   и  подъсече  столп  шатерный  Полци Олександрови  видевшие шатера падение врадовавшася/ Пятый – из  младшей  дружины по  имени  Сава. Этот   ворвался  в  большой королевский   златоверхий  шатер  и  подсек  столб  шатерный. Полки  Александра, видевши падение  шатра, возрадовлись»[vi]

Об  этом  шатре, чье  падение  вызвало  такой  энтузиазм  русских,   пишут  многие  исследователи.  В  литературе  встречаются  мнения,  что  шатер  играл  роль  флага  для  шведов, хотя эту  роль  шатры  конечно, никогда   не  играли.

Или  что  этот  шатер  был  так  дорог  шведскому  военачальнику, что  он  не  мог  от  него  оторваться, и  потому  его  падение  означало  его  гибель.

Трудно  представить, что  во  время  боя  шведский  военачальник,  пользующийся  хоть  каким  то  авторитетом,  сидит  в  шатре. Думаю  гибель  такого  полководца  скорее  вызвала  бы  восторг  у  шведов.

В  любом  случае   королевич  уже  был  на  корабле, и  ему  было  явно  не  до    шатра, а  воевода, как  мы  знаем, честно   дрался  в  центре  строя.

Да  и  смерть  лидера  экспедиции  явно  заслуживала  внимания  летописцев  намного  больше,  чем  гибель  его  временного  жилища.

Кроме  того,  если  бы  этот  шатер просто   стоял  посреди  других,  его  падение  мало  кто  заметил  бы, кроме  тех, кто  находился  поблизости.

Ведь  каким  бы  не  был  этот  шатер,   его  размеры  не  могли  быть  слишком  большими, учитывая  что  его  падение  вызвало  уничтожение  всего  одного  столба. Да  и  вряд  ли  бы  все  шведские  военачальники  и  епископы  ютились  в  одном  шатре, как  жильцы советской   коммунальной  квартиры,  или  ночевали  в  маленьких  шалашах  вокруг  него.

     Следовательно, шатер  стоял  там, где  был  виден  всем  русским. Но  при  этом  недоступен, вероятнее  всего, потому  как  на  пути  к  нему  стоял  строй  шведских  воинов.

По  условиям  местности  только  шатер, поставленный  на  вершине  холма, который  находится    на  мысе  между  Невой  и  Ижорой,  может  быть  столь  заметен. Как  уже  говорилось,    верхушка холма   стоит  на  десять  метров  выше  уровня  реки. Логично  предположить, что  именно перед  холмом, на  подъеме, прикрыв  фланги  реками, и  расположили  свой  строй  шведы. Скорее  всего  там  находился  и  их  лагерь, хотя  бы  частично, поскольку  основное  строительство, скорее  всего    вначале  планировалось  на  перешейке, а  материалы  для  строительства  складывались  рядом.

     Таким  образом, на  втором  этапе  боя  шведы  успели  построить  полки (вероятно, шведов  и  норвежцев)  перед  своим  лагерем, отступив  к  холму.

Остается  понять, каким  образом    русские  воины, включая  сокрушителя  шатров  Савву, сумели  прорвать  этот  строй, хотя  на  первом  этапе, судя  по  предыдущим  персонажам, скорее  крутились  перед  ним.

Для  этого  вернемся  к  четвертому  персонажу.

Это  новгородец по   имени  Миша.

«4- новгородец,  именем  Миша. Се  пеш натече на  корабли своею и  погуби  3  корабли  с  дружиной    своею/ Четвертый   новгородец,  по  имени  Миша. Этот     пеший  с  дружиной  своею  напал   на  корабли  и  потопил  три  корабля »[vii]

Важно   отметить, что в Житии  сказано   не  захватил,  а    именно  погубил/потопил    корабли, т.е.  уничтожил.

И  это очень   странно. Можно  не  сомневаться, что  тесно  связанные  с  торговлей   новгородцы, впрочем, как  и переславские  дружинники, хорошо  понимали, что  любой корабль  сам  по  себе    ценная  добыча.

Вдобавок     на  нем  находится    нимало  хороших  вещей-одежда, еда, различные  запасы. Зачем  же уничтожать  то,  что  можно  продать?

Делать  это  после  боя  совершенно  нелепо- зачем  губить добычу  после  победоносного сражения?.

Да  и  Житие  описывает  это  как  происходившее  во  время  боя.

При  этом   уничтожить  корабль, частично  вытащенный  на  сушу, не  так  просто. Надо    либо  стащить  его  в  воду, отвести  от  берега  и  пробить  дно.

Или  сжечь, для  чего  желательно   собрать  какой  то  горючий  материал, например  стог  сена  или  большое  количество  дров, или  полить  его  смолой. Причем  все  это    надо  откуда  то  достать, т.е.  привести  с  собой  или   найти  в  шведском  лагере, что  то  же  требует  определенных  усилий  и времени.

Быстрее  всего  было  сделать  первое- столкнуть  брошенные  шведами  корабли  в  вводу (для  чего  надо  было  спешиться, что  и  отмечено  в  Житии), и  пробить  кораблю  дно. Видимо  это  и  было  сделано.

В  любом  случае  это  потребовало  бы  определенного  времени.

В  результате  мы  получаем  странную  картину- пока русские  воины   яростно  дерутся   со  шведами, Миша  выводит  своих  воинов    из  боя, что  бы      уничтожить  общую   добычу.

Мягко  говоря, это  не  тянет  на  героическое  достижение, достойного  записи  в  Житие. Скорее это   выглядит  как сумашествие  или   вредительство. В  этом  случае   после  боя  Мишу  и  его  людей, как  дезертиров, уничтоживших  общую   добычу,   ждала  бы  не  слава,   а некий  аналог   суда, скорее  всего,   с  весьма  неприятными  последствиями.

   Понятно,  что  столь  нелепые  на  первый  взгляд   действия  Миши имеют  какой  то смысл, который  сыграл свою      роль  в  победе  русского  оружия.

   И  этот  смысл  можно понять, если  представить  себе, что  думали  шведы, глядя  как  враг  уничтожает   их  корабли, лишая  их  связи  с  родиной.

И  о  чем  размышляли  их  воевода  и другие  военачальники, понимавшие,  что    без  кораблей  движение пешего  отряда  посреди  заболоченных  и  пересекаемых  многочисленными  речками  лесов   будет  очень, прямо  таки  фатально, медленным.  

Возможно  сыграла  роль  и  угроза  королевичу, если  воевода заметил  его  проблемы с  Гаврилой  Олексичем  в  сутолке  боя.

      Вероятно,  именно  учитывая  вышесказанное,  шведский  воевода  отдал  приказ  атаковать  и  шведы  ломанулись   вперед,  спасая   корабли.

При  этом   они   наверняка   открывали   свои  фланги (по  условиям  местности)   и  безусловно     ломали  строй.  Все  таки  это  были  не  натренированная  македонская  фаланга, да  и  поле  битвы  наверняка  было  частично  заставлено  различными  шатрами,  собранными  для  строительства  материалами, возможно  оставшимися  растениями  и  т.д.

    Оба  войска  смешались, и  началась  та  злая  сеча, о  которой  пишет  и  автор  Жития  и  летописец.

Скорее  всего,  в  этой  свалке    Сава  и  сумел  прорваться  к  шатру.

Подрубив  его, он  продемонстрировал всем, что  новгородцы  уже  в  лагере,  в  тылу  врага. Безусловно  это  воодушевило  русских  воинов,  как  и  пишет  Житие.  Однако  это  еще  не  означало  полной  победы.

Возможно, именно  в  этот  момент  шведы  и  победили  последнего  из  русских  воинов, упомянутых  в  Житии.

«6-и-  от  слуг  его, именем  Ратмир. Се  бися  пеш, и  обступиша  и  мнози. Он  же  от  многих  ран  паде  и  така  скончался/ Шестой  из  слуг  Александра,  именем  Ратмир. Этот  бился  пешим,  и  обступили  его враги  многие. Он  от  многих  ран  пал  и  так  скончался»[viii]

    Известно,  что  конница   наиболее  эффективна,  когда  атакует, то  есть  движется.  Стоя  на  месте, она  становится  намного  более  уязвимой.

В  обычной  ситуации  она  должна   либо  атаковать, либо  отойти  в  сторону  и  снова  атаковать, или  уходить.  Но  в  условиях, когда  русские  всадники  были  скованны  оврагами  позади  себя, и   относительно  небольшими  размерами  самого  участка, а  так  же  разбросанными  по  полю  битвы  шведскими  палатками, различными  материалами, возможно  кустарником  и  деревьями, растущими  там (если  шведы  их  не  вырубили), возможность  маневрировать  у  них  была  сильно  ограниченна.

Но  шведы  сломали  свой  строй.

Скорее  всего, оба  войска  перепутались  между  собой, и  многие  воины  оказались  в  ситуации  когда  противник  может  атаковать  с  любой  стороны.

   Видимо  это  и  произошло  с  Ратмиром  на  последнем  этапе  боя- он  потерял  коня, оказался  отрезан  от  своих  и  погиб  в  бою.

Скорее  всего,  в  этот  момент  Гавриала  Олексич  и  встретился  с  воеводой  в  центре  шведского  строя, поскольку  как  мы  видели, он  оставался  на  берегу. Хотя мог  и  прискакать  на  помощь  своим.

    Скорее всего,  именно   в    ходе   этой  схватки (последней  в  этом  бою)  погиб  и  шведский  воевода  Спиридон, сумевший  построить  полки.

Вероятно,  именно  этот  этап  битвы    дал  основание  летописцу  говорить  о  жестокой  сече, в  которой  полегли  его  сограждане.

 

 

 

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Присоединяйтесь к обсуждению

Вы можете опубликовать сообщение сейчас, а зарегистрироваться позже. Если у вас есть аккаунт, войдите в него для написания от своего имени.

Гость
Ответить в тему...

×   Вставлено в виде отформатированного текста.   Восстановить форматирование

  Разрешено не более 75 эмодзи.

×   Ваша ссылка была автоматически встроена.   Отобразить как ссылку

×   Ваш предыдущий контент был восстановлен.   Очистить редактор

×   Вы не можете вставить изображения напрямую. Загрузите или вставьте изображения по ссылке.


×
×
  • Создать...