Перейти к публикации
Николай Декапольцев

Та весна: Юбилей операции на окружение Тернополя

Рекомендованные сообщения

75 лет назад – 21 марта 1944 года – началась военная операция по окружению города Тернополя, войсками Первого Украинского фронта, в которой участвовал и мой дед – офицер артиллерийской разведки Пётр Прокофьевич Лисичкин. 
Это была частная операция соединений 60-й общевойсковой армии под командованием генерала Черняховского, в рамках тотального наступления трёх «украинских» фронтов. Стартовав с рубежа по реке Горынь (южнее Шепетовки) 4-го марта, 60-я армия сразу же пробила в обороне противника «коридор» для двух танковых армий, которые ушли в глубокий рейд на Волочиск и Чёрный Остров (восточнее Тернополя). После этого 60-я армия продолжила боевое продвижение на юго-запад, имея осью своего наступления автодорогу Шепетовка – Тернополь. Вечером 8-го марта советские войска подошли к Тернополю и попытались взять его штурмом. В течение 9-11 марта бои за город складывались успешно для советской стороны, однако затем немцы, подтянув многочисленные подкрепления, смогли сначала навязать затяжные сражения на городских улицах, а затем и полностью восстановить свою систему обороны, к 18-му марта оттеснив советские войска на рубеж в 3-5 километрах севернее Тернополя.
Стало очевидно, что без тяжёлой артиллерии штурмовать столь укрепленный город бесполезно, однако подтянуть артиллерию в короткие сроки было невозможно в связи с бездорожьем и распутицей. Артиллерия начала отставать от пехоты ещё на стадии выдвижения в исходный район перехода в атаку: все дороги накануне 4-го марта были забиты советскими танковыми колоннами, обозами танковой армии и колёсной техникой. По совершенно разбитым обходным дорогам не мог передвигаться даже гужевой транспорт.
В силу климатических особенностей данного региона, распутица здесь приобретает масштабы непреодолимого стихийного бедствия. Зима здесь капризная, с частыми оттепелями; почва – жирный рыхлый чернозём, в эту пору обильно увлажнённый талым снегом. Дождь в феврале-марте здесь – самое обычное явление.
Командир 322-й стрелковой дивизии (принимавшей участие в битве за Тернополь), полковник П.Н. Лащенко так вспоминал в своих мемуарах сам процесс передвижения в исходный район: «… Марш проходил в неимоверно тяжелых условиях. Могу сказать, что за всю сорокалетнюю армейскую службу мне никогда не приходилось видеть ничего,  похожего на этот труднейший переход. И не мне одному.  Участники того памятного марша, с кем мне приходилось встречаться впоследствии, не могли вспоминать о нём без содрогания…».
И он не преувеличивает. Мокрый чернозём пластами налипал на обувь и одежду бойцов. Присесть отдохнуть негде: сухого места не найти. Ночь приносит резкое похолодание, грязь замерзает и прихватывает всё, что ею облеплено. Мокрые ватники солдат и шинели офицеров покрываются морозной коркой. Особенно тяжело было с обувью, она не выдерживала натиска грязи – отваливались подошвы, их приходилось перематывать кусками проволоки или верёвки. Колёса всех видов транспорта перестают вращаться: замёрзшая грязь цементирует их намертво. Лошади покрыты гирляндами свисающих с гривы сосулек.
Неудивительно, что артиллерия сильно отстала от пехоты. Для перемещения орудий и боевого обоза, за каждым из них закреплялось по 10-15 солдат, которые практически на руках тащили этот груз со скоростью 1-2 километра в час. Особенно тяжело было в лощинах и оврагах, которыми эта местность буквально изрезана. Весь транспорт, пройдя по дну лощины, подняться наверх уже не мог. Его разгружали, всё на руках выносили наверх, а потом волоком вытягивали машины. В следующем овраге всё начиналось заново.
Одна из причин неудачи первого штурма Тернополя (8-11 марта) – это элементарная спешка, желание солдат и офицеров поскорее встать ногами на твёрдую и сухую брусчатку городских улиц. Конечно, это не главная причина, но тем не менее. Штурм был плохо подготовлен и выполнялся слабыми силами. 
Наконец, с 21-го марта в распоряжение руководителя Тернопольской операции начали поступать необходимые средства усиления, прежде всего – Первая гвардейская артиллерийская дивизия прорыва, а несколько позже – и Четвёртая гвардейская. Но это не значит, что обе «колорадские» дивизии открыли огонь уже 21-го марта: боевой развёртывание подобных соединений занимает, в обычных условиях, несколько недель (зато потом это потраченное время с лихвой окупается, как мы увидим далее). Поэтому, в сложившихся условиях было принято решение: отложить штурм города, пока артиллерия не будет готова начать боевые действия, а тем временем произвести полное окружение города. Это предполагает действия в полевых условиях, и здесь можно было обойтись имеющимися силами.
Операция на окружение Тернополя была увязана с ходом боевых действий на соседнем участке: две танковые армии продолжали свой рывок на юг – к румынской границе, и их путь пролегал неподалёку от Тернополя (но сам город не входил в полосу наступления танкистов). Соответственно, перед 60-й общевойсковой армией генерала Черняховского была поставлена двойная боевая задача: прорвать оборону противника на участке Смыковцы – Романовка (по рубежу реки Серет), тем самым создав коридор для танкистов (идущих на Румынию), и самим же воспользоваться этим коридором для охвата Тернополя с севера и с юга.
Вот как вспоминает в своих мемуарах этот момент командующий 1-й танковой армией генерал Катуков: “… Под  Тернополем  в  полуразрушенной  хибарке разыскал  Черняховского.  Предварительные переговоры с ним о прорыве на юг не вселяли больших надежд... Подсчитали мы с ним наши боевые ресурсы. Прорыв предстоял  глубокий,  а  мощными  огневыми  средствами  мы  не располагали.  Больше  чем 24  артиллерийских  ствола  на  один  километр  фронта Черняховский дать  не мог. А значительная часть артиллерии поотстала. Но  что  делать? Подумали, и в конце концов пришли к такому решению. В ночь на 21 марта оба корпуса танковой армии выдвинутся в первый эшелон 60-й общевойсковой армии, и развернут по две бригады. Эти четыре танковые бригады вместе с артиллерией и произведут короткий огневой налет по немецкой обороне... И вот наступило сырое,  туманное утро 21  марта.  Со своего наблюдательного пункта,  оборудованного в полуразрушенном амбаре,  я наблюдал в бинокль,  как на пригорке, там,  где протянулись  немецкие  траншеи,  вставали  и  опадали  разрывы… Уже первые донесения свидетельствовали о том, что прорыв осуществляется успешно.  Сверх  всякого  ожидания  нам  удалось  быстро  взломать  немецкую оборону.  Подразделения  противника  под  Тернополем  оказались  не так сильны, как мы предполагали…".
В результате этого удара, 21-го марта немецкая оборона была глубоко рассечена. При этом, немецкая 359-я дивизия начала отход на запад (на рубеж Озерная – Козлов – Мариамполь), а её сосед (68-я пехотная) и две танковые (7-я армейская и эсэсовская «Лейбштандарт Адольф Гитлер») начали отход в противоположном направлении – на юго-восток, прямо в так называемый Каменец-Подольский «котёл». Пройдя между ними, две советские танковые армии рванули на Чёртков и Гусятин: для «Т-34» бездорожье было совсем не страшно. Дальнейшие действия танкистов будут подробно рассмотрены позже.
В 7:20 утра (21-го марта), после вышеописанного артиллерийского удара, перешла в наступление пехота 60-й общевойсковой армии, при поддержке 4-го гвардейского Кантемировского танкового корпуса. Атака велась по двум направлениям.
Главный удар (в обход Тернополя с юга) наносился на участке между сёлами Смыковцы – Романовка: 336-я дивизия наступала в направлении на с.Подсмыковцы – Смыковцы, а 148-я дивизия в направлении с. Ступки – Большие Борки. К концу дня (21 марта) эти подразделения повернули своим левым флангом на запад и юго-запад и вышли на восточный берег реки Гнезна, овладев Ступками и Большими Борками. Передовые отряды форсировали реку Гнезна и завязали бои между сёлами Дичков и Толстолуг.
Вспомогательный удар (в обход Тернополя с севера) наносила 322-я дивизия на направлении на с. Ивачев Долишный – Большой Глыбочек. В первый день эта дивизия успеха не достигла, встретив сильное сопротивление противника, пытавшегося контратаковать.
На следующий день (22 марта) советские войска продолжили наступление и вышли на новые рубежи. 336-я дивизия полностью овладела сёлами Смыковцы и Подсмыковцы и вышла на северо-восточную окраину села Большие Гаи. Последующей ночной атакой дивизия выбила немцев из с. Большие Гаи, и к 12:30 (23-го марта) вышла на окраины Тернополя в районе развилки дорог в двух километрах восточнее города (нынешний Збаражский поворот).  Таким образом, дивизия впритык подошла к Тернополю с восточной и юго-восточной стороны.
148-я дивизия 22-го марта взяла штурмом сёла Дичков. Кипячка, Застенка, и завязала бои за с. Большая Березовица. В это же время части 340-й дивизии форсировали реку Серет на участке между сёлами Большая Лука и Микулинцы, обойдя с юга сильную немецкую оборонительную позицию, и нанесли удар через с. Настасив в общем направлении на Большой Ходачков. Оказавшись перед угрозой обхода с юга, немецкие войска начали отход на запад – на противоположный берег реки Стрипа.
На следующий день, 23 марта, 148-я дивизия вышла к восточному берегу реки Серет, полностью очистив от противника с. Большая Березовица. Форсировав реку Серет по мосту, 496-й полк этой дивизии овладел южной окраиной села Петриков, 654-й полк – селом Остров, а 507-й полк вплотную подошёл к с. Подгороднее. 
Тогда же, 23-го марта, на северном участке, после двухдневных безуспешных атак, 322-я дивизия наконец прорвала оборону противника и овладела сёлами Большой Глубочек и Пронятин, перерезав автодорогу Тернополь – Озерная. Таким образом, эта дивизия продвинулась ещё ближе к своей цели: охватить Тернополь с севера и соединиться с 148-й дивизией в с. Подгороднее.
Наступавшая севернее, 140-я дивизия, выдвинувшись из района Ивачева Горишного, овладела сёлами Цебрев и Куровцы.
24-е марта стало заключительным днём операции на окружение Тернополя. Один из полков 148-й дивизии ночной атакой завершил очистку с.Петриков от немецких частей, а два других полка этой дивизии, к 8 часам утра (24 марта) заняли с. Подгороднее – намеченную точку встречи с северной «клешней». На рубеже по западной окраине села Загребелье была выставлена 252-я штрафная рота (из состава 148-й дивизии) для защиты от возможного контрудара со стороны Тернополя.
Завершая наступление, части 148-й дивизии в течение дня продвинулись в район сёл Прокоповна – Слободка и вышли на восточный берег реки Восушка. 
В  12 часов (24 марта) возле с. Подгороднее сомкнулось кольцо окружение: соединили свои боевые порядки наступавшая с севера 322-я дивизия и с юга – 148-я. Выставив заслоны со стороны Тернополя, эти две дивизии создали внешнее кольцо оцепления города. Севернее и южнее это кольцо продолжили, соответственно, 140-я и 340-я дивизии. 
В Тернополе оказался заблокированным немецкий гарнизон, достаточно пёстрого состава, в том числе: 500-й штрафбат, 3-й батальон 4-го полка украинской дивизии СС «Галичина» (120 человек, выжили только двое), батальон спецназа «Демба», и отдельные части из 359-й пехотной дивизии, 154-й учебной, 8-й танковой (армейской) и эсэсовской танковой «Лейбштандарт Адольф Гитлер».
Жить им оставалось три недели: как мы увидим далее, из 5-тысячного немецкого гарнизона Тернополя смогли убежать из окружения только 55 человек. За это время немцы сделали несколько попыток деблокады (снаружи и изнутри), но все они были безуспешны. 
Интерактивная карта боевых действий:
https://yandex.ua/maps/?um=constructor%3A382f21dd6dbf2bb425a12f3a709baf6d5381bf087d6918d3727dbf17f324bb61&source=constructorLink 
 

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Присоединяйтесь к обсуждению

Вы можете опубликовать сообщение сейчас, а зарегистрироваться позже. Если у вас есть аккаунт, войдите в него для написания от своего имени.

Гость
Ответить в тему...

×   Вставлено в виде отформатированного текста.   Восстановить форматирование

  Разрешено не более 75 эмодзи.

×   Ваша ссылка была автоматически встроена.   Отобразить как ссылку

×   Ваш предыдущий контент был восстановлен.   Очистить редактор

×   Вы не можете вставить изображения напрямую. Загрузите или вставьте изображения по ссылке.


×
×
  • Создать...