Перейти к содержимому

Григорий Молоканов

Новичок
  • Публикации

    33
  • Зарегистрирован

  • Посещение

  • Дней в лидерах

    1

Все публикации пользователя Григорий Молоканов

  1. Как в Уфе "Девушку с веслом" обидели

    Как в Уфе "Девушку с веслом" обидели? "Девушка с веслом" в ряду более чем десятка скульптур, размещённых в Уфе вблизи торгового центра Башкирия (ныне именуемом, как "Лайфстайл центр Башкирия"), составивших целую аллею восстановленных изваяний из советского прошлого, занимала скромное место, никак особо не выделялась, и ничем не подчёркивалось её родство с самым известным "гипсовым символом советской эпохи". Основания для такой "скромности" действительно были, и по причине именно её популярности. Напомним, что это была растиражированная популярность, образа распространявшегося во впремена СССР по стране в массовом количестве копий. А как может цениться то, что встречалось в каждом городе почти на каждом углу? Впрочем, история с массовым тиражированием копий "Девушки с веслом" далеко не простая. А именно, широко тиражировались отнюдь не те оригиналы скульптуры "Девушки с веслом, созданные первоначально Иваном Шадром и, впервые установленные в 30-х годах в парке Горького в Москве, ". Этот Первый вариант "Девушки",названный автором "Лолой", представлял из себя девушку обнажённую,волнующую восприятие зрителей откровенным эротизмом, в том числе и "эррогированными сосками груди" http://ussrlife.blogspot.com/2016/05/blog-post_6.html . Скульптура высотой в 12 метров, была установлена в центре фонтана на главной аллее парка. Изваяние своей откровенностью, шокировало как публику, так и чиновников и подверглось жёсткой критике. http://ussrlife.blogspot.com/2016/05/blog-post_6.html Так в газете «Вечерняя Москва» от 11 августа 1935 по поводу изваяния И.Шадра было написано.: «Мы наблюдаем спекуляцию вульгарной эротической образностью ..." Скульптору было предписано изменить пропорции скульптуры. Вторая, созданная им, версия скульптуры "Девушки" была мягче, "менее мускулистой, более женственной—и в то же время более холодной и классической". https://ria.ru/weekend_art/20110903/429315200.html Воплощение этого, более скромного варианта, установили в 1936 году у главного входа того же парка им. Горького, в окружении фонтанов. Настоящую, первоначально созданную, "Лолу "скульптору разрешили сохранить и даже перенести в другой парк, но за свой счет. И.Шадр отправил её на Украину, в Ворошиловград — современный Луганск. Где она была разрушена попаданием снаряда во время войны. Впрочем, и второй более скромный вариант творения И.Шадра, не устроил, в то время, начальство в полной мере, так как, и эта "Девушка" вновь была представлена обнажённой. В этот период в СССР требования о допустимости изображения обнажённого тела серьёзно пересматривались. В 1930-е годы был провозглашён культ здорового, сильного тела, ассоциировавшегося с мощью и молодостью страны Советов. Сталинский классицизм унаследовал от античности идею «героической наготы»: физкультурники, девушки с вёслами, мячами, ядрами и прочими спортивными атрибутами – всё это было переработанной советскими идеологами традицией. https://thequestion.ru/questions/152814/m Ранее до середины 30-х годов, обнажённость, обычная в изображениях античных богов, героев и спортсменов принималась в качестве образцов для подражания. Обнажённое, спортивное тело было предметом восхищения и преклонения, такое представление было зафиксировано в таких"программных" строках В. Маяковского: "Но нет на свете прекрасней одежи, чем бронза мускулов и свежесть кожи." Сложно обнаружить чёткий рубеж, обозначивший появление в СССР цензурных запретов на изображение обнажённых тел в искусстве. Но можно высказать предположение, что в принятии таких жёстких мер в отношении изображений обнажённости сыграли случаи, когда именно в обозревании обнажённых скульптур, усматривались истоки попыток изнасилований, которые происходили, например, в парке Горького в Москве, когда предпринятое в парке размещение десятков скульптур, в числе которых было немало обнажённых, вместо приобщения трудящихся к чувствам преклонения перед изяществом и красотой изваяний, приводило к порождению чувств вовсе не возвышенных, а вполне приземлённых и даже низменных: "...расчёт на то, что физиологическое возбуждение будет переведено в эстетическое чувство не срабатывал...секс побеждал эстетику ...и посетительниц парка сразу тащили в кусты" http://ec-dejavu.ru/c/Central_park.html Эти явления в газете «Парк культуры и отдыха» глухо именовалось «хулиганством в парке». Со второй половины 1930-х годов свободы в искусстве стало меньше, круг сюжетов значительно сузился: дозволялись лишь обнажённые спортсменки, купальщицы, а также натурщицы в интерьерах мастерских – https://thequestion.ru/questions/152814/m Цензурные ограничения против обнажённости в искусстве, сказались и на судьбе "Девушки с веслом". Для массового тиражирования и распространения по всей стране, был избран вариант "Девушки"выполненный Ромуальдо Иодко. Его "Девушка, обычно, держала весло не в правой руке, как у И.Шадра, а в левой и, что самое важное, скульптор не забыл "приодеть" свою героиню, сначала в трусы и майку, а позднее в "мешковатый купальный костюм". Тема "мешковатости", постоянно упоминаемая в отношении одеяний "Ромуальдовских Девушек", не случайна, прикрывая тело своих "Девушек" избыточным количеством ткани, которое создавало складки и прослойки воздуха между одеждой и телом, скульптор обезопасил себя от обвинений в попытках представить зрителю тела, хоть в какой-то мере, напоминающие обнажённые. Эти экскурсы в прошлое скульптур "Девушек с веслом" понадобились нам для того, чтобы ответить на вопрос: с каких образцов делалась копия "Девушки с веслом", выставляемая в комплексе копий скульптур советской эпохи у ТЦ Башкирия? Заметим, во - первых, что весло у "Девушки из Уфы" в правой руке, и уже поэтому, оригинал для её копирования не мог принадлежать резцу Ромуальдо. Поиски аналогов среди множества иных изваяний "Девушек с веслом" приводят нас, как к наиболее близкому, к творению именно самого И.Шадра. И оказалось, что и этот оригинал не был в числе растиражированных по всей стране, более того, он практически в одном экземпляре хранился в музейных фондах в виде гипсовой копии и лишь, по настоянию вдовы скульптора, в 1950-х годах эта копия была переведена в бронзу для московской Третьяковской галереи. Там, же в последние годы, она попала в поле зрения ассоциации гребного спорта г-жи Аникеевой, решившей сделать "Девушку с веслом" своим символом. Именно с этой копии была создана двухметровая скульптура.Новое, воплощение утраченного монумента, было установлено в 2011 году в Парке Горького. https://ria.ru/weekend_art/20110903/429315200.html. При внимательном рассмотрении бронзовой копии "Лоллы", становится очевидной перекличка именно этого, возвращённого публике образа, с "Девушкой у ТЦ Башкирия" . Сопоставляя эти изваяния, трудно заметить какое-то различие в пластическом рисунке позиций тел этих двух девушек, Например, даже левая, свободная от весла рука, опирается именно на одно то же, место бедра, как у одной, так и у другой девушки. Казалось бы, можно было только порадоваться "расторопности" уфимских воссоздателей скульптурного прошлого СССР, которые так оперативно отреагировали на, вновь появившуюся на публике, скульптурную реликвию, и которые задались целью осчастливить уфимцев, возвратив для всеобщего обозрения, эту копию шедевра советской эпохи. Однако, отметим и некоторые различия в облике этих "девушек". Так, заметно, что "девушка из ТЦ" опирается рукой на область бедра, которая всё же, значительно ниже, той области , на которую опирается "девушка И.Шадра". Разные углы локтевого сгиба в том и в другом случае это наглядно подтверждают. Это положение руки "уфимской девушки" значительно занизившее, обозначаемый этим жестом, уровень пояса и талии, зрительно укоротило ноги девушки, при этом левая, опорная её нога (как, впрочем, и другая) лишились округлости в области бёдер, присущих "Шадровской Девушке". И эта опорная нога, опять же, в отличие от оригинала, приобрела заметное искривление (прямая линия, проведённая от стопы, через её колено проходит мимо тазобедренного сустава). Далее: колено правой ноги "уфимки" согнуто, казалось бы, под тем же углом, как и у "Девушки И.Шадра" но оно заметно более, отведено в сторону, что ещё больше убавило стройности всей фигуре. "Мешковатый купальник уфимки"не может скрыть, вываливающийся вниз и вправо живот, что опять же, отличает её облик от "поджарости" "Шадровской Девушки". Обрисовывая грудь "Уфимской Девушки", скульптор явно "поскромничал", наделив её лишь формами подростка, не достигшего возраста половой зрелости. Эти формы, в самых ответственных местах, не то что возвышенности, но даже приличные складки на "мешковатом купальнике" не смогли обозначить. Допустимо мнение, что взяв за основу лишь позу девушки в оригинале И.Шадра, уфимские скульпторы дорабатывали детали изваяния, перенося их, с форм тела уже своей натурщицы, заметно уступавшей в натренированности и гармоничности тела, спортсменкам 30-х годов, выступавшим в качестве моделей в процессе работы И.Шадра. Однако, весьма обидно, было бы для уфимцев, согласиться с утверждением о том, что в их городе с миллионом жителей, не нашлось ни одной натурщицы-обладательницы красивого, тренированного тела, равного по своим достоинствам телам спортсменок из 30-х годов. Приступая к работе над этой статьёй, планировалось поговорить про излишнюю скромность, которой наделили "Девушку" наши современные скульпторы, когда они, создавая копию творения И.Шадра, изрядно "задрапировали" оригинал мастера, который настойчиво, вопреки критике и нападкам, продолжал представлять для обозревания новые варианты своей "Девушки", вновь, исключительно обнажённой. Теперь же, уяснив, насколько копия уступает оригиналу в передаче форм тела, близких к идеальным, в оригинале у И.Шадра, приходится согласиться с тем, что такую, сомнительного качества, копию "Девушки с веслом", представленную для обозрения уфимцам, вполне оправдано было бы, ещё в большей степени "прикрыть". Завершая предпринятое здесь сопоставление, нельзя было обойти вниманием и самый главный атрибут изваяния "Девушки ", который в связке с его обладательницей навсегда вошёл в историю советской эпохи и обессмертил их общее имя. Имеется в виду, конечно же, "весло". Казалось бы, нет смысла обсуждать этот неодушевлённый предмет, повествуя о степени совершенства прекрасного тела спортсменки и о впечатлении, оказываемом её образом, на современников. Всё так, если бы создатели "уфимской Девушки", оставили бы в её руке, то самое весло, которое было у неё в 30-е и в последующие годы. Но нет, подобие такого же весла, как у "Уфимки с веслом" мы не видим у близких ей, по "духу и телу "Девушек" ни в 30-е ни в 40-е, ни в 50-е годы. Послужившие оригиналами для воплощения в изваянии, эти знаковые атрибуты "Девушек", изначально были выполнены исключительно из дерева, и иногда напоминают предмет для гребли, довольно грубо выстроганный из доски, "случайно попавшейся на глаза". И в очень редких случаях, лопастям весла придан изящный изгиб, призванный обеспечить более эффективное загребание водяной массы. "Уфимские реаниматоры Девушки" потратили немало стараний, создавая детальное пластическое подобие реального весла. Беда в том, что при этом, не был найден подлинный оригинал из того времени, уместный для его копирования. Лопасть весла в руке "уфимки" имеет чёткое воспроизведение рёбер жёсткости, которые могли быть лишь у вёсел из пластика, или алюминия и каковых не имелось в 30-е,40-е и в 50-е годы в пользовании, как спортсменов, так, впрочем, и у обладателей лодок для отдыха и рыбалки. Более того, поиск аналогов таких вёсел приводит нас к подобным изделиям в деталях, совпадающих с веслом, вручённым нашей "Уфимке". Как оказалось, именно такие вёсла входили в комплектацию надувных лодок из ПВХ, которые появились в нашей стране лишь во второй половине ХХ века и конечно же, при занятии "спортивной греблей" не использовались. http://masterkat.ru/article/14/n Можно предположить, что воссоздавая "Девушку с веслом" уфимские скульпторы не посчитали необходимым обеспечить своё изваяние веслом, соответствующим воссоздаваемой эпохе, и использовали в качестве образца, завалявшееся у кого-то в гараже, старое весло, и увы, его возраст оказался, далеко не столь почтенным, чтобы оно могло оказаться в руке спортсменки из 30-х годов, и этот, навязанный "Уфимской Девушке", для того времени, фальшивый, спортивный атрибут, тогда ещё не существовавший, изрядно добавил чёрной краски этой попытке, вернуть горожанам светлый облик образа из советского прошлого. Суровость критики в адрес уфимских создателей "Девушки с веслом" могут смягчить примеры случаев, когда в других местах нашей страны, нередко появляются "Девушки" ещё более "грузноватые", и в ещё более "мешковатых" трусах и купальниках. Добавим, что, в ещё более плачевном положении оказалась "Девушка с веслом", выставленная в интерьере уфимского трактира "Бульвар". Здесь "Девушку" представили в карикатурном виде, обрядив в мужские "семейные" трусы и предельно укоротив её ноги. Впечатление "ходульности" её фигуре придаёт и положение ступней её ног, расположенных согласно правилу: "Пятки вместе носки врозь", принятому в военном строю по команде "Смирно". Стоять в таком положении продолжительное время невозможно, и эта "Девушка" исполняет роль, вызывающую сострадание к своей "тяжкой участи".
  2. info@rb7.ru Уфимские скульптуры из времён СССР теперь стали "далеки от народа" Григорий Молоканов это мой псевдоним , применяемый для общения в интернете. Моё настоящее имя - Латыпов Фарит Фаязович.Понимаю, что тематика моей серии статей о скульптуре времени СССР местная и всеобщего интереспа не может привлечь, но публикации предпринимаемые мною здесь, практически единственная, доступная мне, возможность,так как, местные интернет ресурсы эти материалы не публикуют без объяснения причин. автор: Фарит Латыпов Популярный в СССР лозунг, про "искусство, которое принадлежит народу", в реалиях уфимской жизни подвергся новым испытаниям. Скульптуры оказались на крыше здания Торгового центра "Башкирия". Тем самым, они стали абсолютно недосягаемыми для вандалов, но увы, при этом, стали, так же, малодоступными и для добропорядочных горожан. Казалось бы, совсем недавно, уфимцы испытали подлинную возможность перенестись во времена СССР, когда на улицах и в парках города можно было обозревать целые галереи скульптур спортсменов и "строителей коммунизма". Появление в Уфе, вблизи ТЦ "Башкирия" скульптур, воспроизводивших изваяния, украшавшие улицы и парки города в 50-е годы прошлого века, стало одним из самых значимых явлений в культурной жизни города в последние годы. Инициатива дела по возрождению галереи шедевров "гипсового соцреализма", предпринятого в 2014 году принадлежала владельцу здания Торгового центра, именуемого теперь, как Лайфстайл центр "Башкирия" успешному предпринимателю , депутату городского совета и меценату, курировавшему в городе многие социально значимые проекты, Артуру Хазигалееву. Коллектив скульпторов в наши дни, воссоздававший, утраченные изваяния под руководством "лучшего скульптура республики" Халита Галиуллина, воспроизвёл образцы из советского прошлого достаточно точно . Эти скульптуры, в отличии от попыток подобного же возрождения скульптур, предпринятых уже в парке им.И. Якутова, такой же жёсткой критике не подверглись. https://mkset.ru/news/city/11-11-2017/bolshe-zolota-i-retro-v-ufe-v-parke-yakutova-poyavilis-novye-art-ob-ekty Однако, судьба, и этих изваяний, оказалась непростой и полной различных перипетий. Например, эти, как бы гипсовые изваяния, якобы, вернувшиеся к нам из 50-х годов, и тогда и сейчас были рассчитаны а их восприятие зрителем, стоящим на одном уровне с подножием скульптуры (на "рабочей поверхНости" на языке скульпторов). При их установке вблизи здания ТЦ, они были вознесены на пьедесталы высотой "около 2-х метров". Артур Хазигалеев объяснил в соцсетях мотивы таких, предпринятых его командой мер, необходимостью создания условий, препятствующих совершению в отношении скульптур актов вандализма. https://khazigaleev.livejournal.com/14448.html Вместе с тем, им же, с удовлетворением отмечалось, что такое размещение скульптур, на аллее вблизи ТЦ, оказало благотворное воздействие на общую обстановку вблизи Центра. В числе таких позитивных изменений назывались, вновь появившиеся, трогательные сцены с довольными "мамочками с колясками", гуляющими среди царства ослепительно белых символов советской эпохи. По его мнению, общение с советской скульптурной классикой способствовало облагораживанию окружающей территории, в том числе, привело и к исчезновению, обычных здесь ранее, злачных мест с пьяными драками. khazigaleev.ru/новости/57/ Обращала на себя внимание одна деталь , в содержании текста, заявленного решения проблемы борьбы с вандальными проявлениями в отношении, выставленных в аллее скульптур, которые были вознесены над уровнем земли на высоту от 2-х до 12 метров. Если с высотой в 2 метра всё было понятно, то цифра в 12 метров вызывала вопросы: "Где вблизи от ТЦ можно было найти площадку для выставления скульптур на такой высоте?" Вероятно, уже тогда, вариант с вознесением скульптур на крышу ТЦ рассматривался. И вот, ожидаемое свершилось, а именно, по одной из сторон прямоугольника периметра крыши ТЦ были установлены все скульптуры за исключением двух. Чести быть вознесёнными над суетной действительностью были лишены только изваяния "Доярки" и "Девушек, играющих с мячом" Казалось бы, нам остаётся только порадоваться такому решению судеб изваяний, уже, ставших для многих уфимцев близкими и привычными.Ныне, вознесённые ввысь скульптуры, обозревают с высока суету, царящую вокруг Торгового центра и, как бы, величественно освещают мелкое, приземлённое действо, творящееся внизу . Однако, есть и сомнения в абсолютной оправданности принятого решения с таким "вознесением". Начнём с того, что эти скульптуры были рассчитаны на их обозрение зрителями, находящимися в непосредственной близости к ним, с возможностью осмотреть изваяния со всех сторон, даже, обойдя их вокруг. Теперь скульптуры, отдалены от зрителя на 20-ть и более метров. Кстати говоря, вблизи ТЦ практически отсутствует место с которого эти скульптуры могли бы полноценно обозреваться, Так зритель, приблизившийся в зданию ТЦ вплотную, их просто не сможет увидеть, а находясь в 10-20 метрах от здания, чтобы их рассмотреть должен задирать голову вверх. Более того, отходя подальше от здания, чтобы рассмотреть фигуры в "полный рост", а не с, обрезанными линией карниза ногами, зритель рискует оказаться на проезжей части трассы по которой несутся автомобили в стороны ВДНХ и ипподрома"Акбузат". При этом, имеется ввиду, возможность лишь увидеть скульптуры, но не рассмотреть их. С доступного зрителю расстояния в 30-40 метров какое - либо рассматривание просто невозможно. Даже определить сюжетное содержание отдельных изваяний, зрителю теперь весьма затруднительно. Лишь, наблюдавшие их ранее, "на земле" до "вознесения", могут теперь угадать в изваяниях, парящих на фоне неба, уже знакомые им , образы. Например, привычный всем силуэт "Девушки с веслом "угадывается именно по веслу в её руке. Однако и эта узнаваемая фигура при наблюдении с "дальней дистанции" почти неотличима от изваяния "Сталевара" у которого в руках инструмент такой же высоты, как и весло у "Девушки". Однако, удалённость расстояния, на котором теперь зрителю приходится воспринимать скульптуры, не единственное препятствие для их полноценного обозревания. Уже прежнее вознесение скульптур на 2-х метровую высоту было спорным в том плане , что скульптуры задумывались для их осмотра людьми, которые стоят на том же уровне на каком покоится основание самого изваяния (так называемая "рабочая поверхность"). О том, что приподнятая, даже на небольшую высоту, скульптура должна изготавливаться с изменением её пропорций, говорит тот известный факт, что при скульптурном изображении всадника, тело последнего должно создаваться с увеличением, в противном случае, оно воспринималось бы зрителями, как принадлежащее всаднику слишком малого роста. https://studfiles.net/preview/6266573/page:4/ Такие требования к созданию "сознательной непропорциональности" ещё более возрастают, когда скульптура возносилась на карнизы зданий, или входила в череду изваяний в виде фриза на его стенах. http://kanoner.com/2011/10/17/28117/ Обратимся, как к эталонному примеру воспрития скульптур, размещённых на крыше здания, к размещению скульптур древнегреческих божеств, предпринятому в Петербурге в 1761 году, по замыслу зодчего Франческо Растрелли на крыше здания Зимнего дворца (ныне здание музея "Эрмитаж") . Заметим, что скульптуры богов, обрамляющие периметр крыши "Эрмитажа", и воспринимаемые зрителями, как фигуры сопоставимые с обликом людей обычного роста, вознесённые над землёй на высоту в 25 метров в действительности имеют высоту от 3-х до 3, 5 метров. http://www.fiesta.city/spb/live/chto-nado-znat-o-kryshe-zimnego-dvortsa/ Понятно, что прибавить побольше роста, "нарастить вверх" наши , вдруг вознёсшиеся ввысь, скульптуры нет возможности, и они неизбежно будут теперь восприниматься "коротышками". Даже в малой степени, не проводя аналогий и прямых сопоставлений, между "Эрмитажем" и нашим ТЦ, обратим внимание на общие закономерности восприятия скульптур, установленных на большой высоте. По поводу невозможности полноценного, подобного, достигнутому на крыше Эрмитажа, рассматриванию скульптур на крыше "ТЦ Башкирия"можно сказать следующее: Скульптуры установленные на крыше Эрмитажа, создавали некий антураж внешнего облика "Зимнего дворца" , именно, при его обозревании с, примыкающей к зданию, Дворцовой площади, . Тщательное и детальное рассматривание изваяний, несмотря на их увеличенные размеры, предполагалось совершать зрителями, находящимися в непосредственной близости к изваяниям, то есть, на этой самой крыше. Сохранились описания регулярных прогулок, которые совершал император Николай II с членами своей семьи на крыше Эрмитажа, с целью обозревания этих изваяний. Сохранились даже мостки для совершения таких прогулок, процессией из членов венценосной семьи. Очень сомнительно, что подобные экскурсионные прогулки, для обозрения скульптур, когда-либо будут предусмотрены на крыше нашего Торгового центра. Путешествующих по крышам, у нас традиционно не жалуют, вспомним недавнюю историю, случившуюся на крышах Киева, с М. Саакашвили. А блогер, сделавший на крыше "Эрмитажа" интересные фотографии, в том числе, и приведённые здесь, затем имел малоприятные разбирательства с охраной Зимнего дворца , а затем стал участником "бесед с пристрастием" в разных подразделениях полиции. Итак, не думаем , что такие экскурсии на крыше нашего ТЦ, когда - либо станут реальными, тем более, что и, находясь на крыше, эти скульптуры нельзя будет обозревать, находясь перед ними, с самой важной, фронтальной позиции, а именно для такого обозревания, при их создании, они и были, изначально предназначены. Фотографии на территории ТЦ Башкирия сделаны Гузалиёй Латыповой. .
  3. Уфимские скульптуры из времён СССР теперь стали "далеки от народа"

    Очередная статья на ту же тему здесь: http://forum.topwar.ru/topic/52809-к "Как в Уфе "Девушку с веслом" обидели"
  4. Как в Уфе "Девушку с веслом" обидели

    Только что, мне стало доступно одно частное дополнение к этой статье , а именно в блоке Мити Алешковского https://echo.msk.ru/blog/aleshru/769493-echo/ оказалось размещенным фото крупного плана кисти руки "шадровской Девушки", которой она опирающейся на своё бедро. Хорошо видно, что девушка опирается на бедро не всей ладонью, а только тремя пальцами. То есть, по сути, перед нами даже не опора на бедро, а положение её руки на месте, найденном для покойного умещения этой руки. Это жест расслабленности и покоя. Скажу больше , по моему мнению, девушка, решившаяся на такой жест, озабочена не предстояoей борьбой за первенство, а находится во власти благостных дум и приятных размышлений. Рассмотрим, как, этот же жест, выглядит у девушки в "уфимской скульптуре"? Мы видим, что на её бедре покоятся все пять пальцев. Однако,утверждать, что "уфимская Девушка" опирается на бедро "всей пятернёй" не совсем верно. В действительности, она опирается лишь большим пальцем, остальные пальцы вытянуты вдоль её тела и не имеют опоры. Они напряжены и лишь готовы к захвату. Отличие это не принципиальное, но скульпторы, допуская такое своеобразие при копировании оригинала, какой-то смысл в это отступление от образца для подражания, вкладывали. Какой же? Можно гадать и предполагать до бесконечности, но очевидно одно: жест "шадровской Девушки" выражает легкое касание в котором непринуждённость сочетается с изяществом. И увы, "уфимская Девушка", готовая наложить на своё бедро всю "пятерню", заставляет думать о ней, как об особе, не привыкшей предаваться, в расслабленном состоянии, мечтам и размышлениям, а воспринимается, способной в любой момент плотно обхватить рукоять весла и убедительно заявить о своей способности "загребать мощно и неутомимо", и эта способность, вполне вероятно, исчерпывает весь арсенал положительных качеств, присущих её личности.
  5. Как в Уфе "Девушку с веслом" обидели

    Добавлю несколько слов о "Девушке с веслом" из уфимского трактира Бульвар" Обратим внимание на взаимное положение её коленей. Мы видим, что колено правой ноги заметно ниже колена левой. При этом правая нога не могла быть заметно выставленной вперёд, или быть согнутой в колене . Такое различие могло иметь место в случае, если одна нога согнута в колене и эта нога рассматриваемая "под углом" могла выглядеть короче другой. Здесь уместно вспомнить, об, уже упоминавшемся положении ступней этой девушки, по принципу "пятки вместе носки врозь". то есть ступни примыкают друг к другу, и ни одна из ступней не касается поверхности лишь носком при поднятой над поверхностью пятке ноги, что должно было бы быть, при ноге, согнутой в колене. Самое большее отличие в положении её ног состоит в том, что одна опорная нога напряжена, а вторая расслаблена, такая расслабленность заметным изгибом в колене не сопровождается. Итак, обе ноги девушки стоят рядом и они выпрямлены . Как в этом случае можно объяснить разный уровень коленного сустава каждой из ног по отношению друг к другу ? Ответ может быть только одним: в этой скульптуре воспроизведено тело с различными антропометрическими данными каждой из ног. Иными словами эта "Девушка" наделена ногами с разными размерами голени и бедра, что привело к воспринимаемому зрительно, смещению положения коленного сустава. Не станем высказывать предположение о причине этого явления, возможно, коренившемся в коварном замысле скульптора , пытавшегося умышленно наделить девушку, выставленную на всеобщее обозрение, таким физическим изъяном. Вспоминается, что на такой недостаток у возлюбленной своего лирического героя указывал в песне "Нинка-наводчица" Владимир Семёнович Высоцкий: "...она же грязная, И глаз подбит, и ноги разные..." Справедливости ради отметим, что охаивание и указание на недостатки подруги лирического героя автора - популярного советского барда - Нинки исходит исключительно от лиц, составлявших его окружение, и все "навороты негатива" в адрес своей избранницы лирический герой Высоцкого отторгает убойным в своей основательностью, аргументом : ".. А мне плевать — мне очень хочется!". Казалось бы авторитет великого поэта и властителя дум поколения 70-х в достаточной мере обеспечивает снисходительное отношение к такой мелочи, в облике обожаемой подруги, как банальная асимметричность строения её ног. Но увы , нынешним поколением молодёжи, Высоцкий уже не так ценим, как прежде, а "Нинка" с её "разными ногами" и ранее была героиней не самых известных его текстов и потому, сообщение о её "разных ногах" не звучало в 70-е в магнитофонных записях, на катушечных лентах из всех открытых окон, как это было по поводу достоинств и недостатков прочих его героев и героинь . Остаётся согласиться с тем, что современные уфимские ваятели, создавая "Девушку с веслом" для трактира "Бульвар обидели её не меньше, чем, лишённую талии и родного весла, "Девушку с веслом" у торгового центра "Башкирия".
  6. Восстановленная в Уфе, скульптура из времени СССР, утратила реалистичность, ранее ей присущую. автор: Фарт Латыпов Изваяния, как бы, перенесённые на улицы города из 50-х годов прошлого века, в 2014 году появились в Уфе в скульптурном обрамлении бывшего торгового центра Башкирия, ныне именуемом, "Лайфстайл центр Башкирия". Вопрос об инициаторе такого действа, восстанавливающего знаковые изваяния из советского прошлого, как и вопрос о принципах, которым следовали скульпторы - исполнители, уже освещался в печати. Указывалось, что созданием скульптур делается попытка возродить ценности того времени, когда "труд и спорт были в почёте" Мы зададимся другим вопросом: насколько удачно была реализована эта задача? А так же, займёмся поиском ответа на вопрос: какие именно, изваяния из советского прошлого, стали источниками - оригиналами в процессе их восстановления? . Обратим своё внимание на одно из таких восстановленных изваяний, входящих в число наиболее динамичных и потому наиболее сложных и для их создания, как в прошлом веке, так и для нынешнего возрождения. Мы имеем в виду скульптурную группу "Девушки с мячом", благо, что это изваяние избежало участи прочих скульптур, массово вознесённых на крышу торгового центра и это творение ещё можно "в деталях ", рассмотреть на земле. (О сложностях с восприятием скульптур, после из "вознесения на крышу ТЦ, можно прочитать забив в поисковик название статьи: "Уфимские скульптуры из времён СССР теперь стали "далеки от народа". Итак, первый, стоящий перед нами вопрос состоит в том: копией какого оригинала из советского прошлого является эта композиция? При выяснении этого вопроса окажется, что не удаётся отыскать оригинал, с которого могла была бы быть сделана эта копия с сохранением всех деталей оригинала. Однако, было обнаружено несколько скульптурных групп, созданных в далёкие 30- 50-е годы , не полностью идентичных , но близких по сюжету и исполнению к нашим "Девушкам". Первой, из этого перечня, рассмотрим скульптурную группу, предстающую перед зрителем, в том же составе из двух девушек, запечатлённых в момент спортивной борьбы за мяч. Она известна нам по репродукции, размещённой в журнале "Огонёк"(номер 32 за 1940 год). Автором скульптуры назван Г. Кранц. О творчестве скульптора Кранце Георгие Семеновиче, родившемся в 1905 году, выпускнике "Вхутемаса" 1929 года известно очень немного. Другим его творением, удостоенном упоминания в центральной прессе была скульптура "Мать и дитя". Все доступные нам сведения о, интересующей нас композиции этого автора, ограничены, уже названной нами, публикацией в "Огоньке". Вполне вероятно, что именно эта композиция, и явилась образцом для восстановления её в Уфимском варианте. Поэтому интересно будет рассмотреть в чём, производя на свет свой вариант копии оригинала, "уфимские мастера ваяния" следовали этому образцу из прошлого, а в чём они отошли от замысла и его исполнения своими предшественниками? Первое наше замечание будет касаться различий в передаче пластики игрового момента, запечатлённого в скульптуре . Заметим, между прочим, что девушки в исполнении Г.Кранца, как и в прочих изваяниях, где мяч обхвачен ладонями спортсменки, девушки, вопреки, приводимым подписям с названиями скульптур, играют не в волейбол, а, по всей видимости, в баскетбол. Так как, в волейболе правилами игры не предусмотрен захват и удерживание мяча в руках . В процессе игры в волейбол спортсмены лишь отбивают мяч кончиками пальцев или бьют по нему раскрытой ладонью, отправляя на площадку соперников. Если "Девушки" Кранца "зафиксированы" скульптором в момент обычной распасовки, когда одна спортсменка готова сделать бросок, а вторая готовится, брошенный мяч, принять, или отбить, о чём говорят руки "принимающей" обращённые в сторону мяча, который пока ещё, в руках её подруги, то в позициях занимаемых "уфимскими девушками" мы видим иную картину. Если положение девушки из уфимского ТЦ, владеющей мячом, мало отличается от позиции, которую, подобная ей, занимает в композиции Г. Кранца, то её "соперница" запечатлена в момент совершения действия мало понятного и оправданного. А именно, к мячу в руках "подруги из ТЦ", протянута только одна рука "соперницы", вторая рука опущена вниз и в борьбе за мяч не используется. Различие может показаться не принципиальным, в конце концов отбить мяч, или поставить блок на пути его движения, можно и одной рукой. Всё так , если бы не одно обстоятельство: ладонь руки, якобы готовой выбить мяч из рук соперницы, должна находиться ниже мяча, а при постановке блока, позиция той же ладони должна располагаться над мячом. Увы, в действительности ладонь руки "соперницы из ТЦ", находится, и ни снизу, и не сверху мяча, а в стороне от него, и к тому же, эта ладонь , своей внутренней раскрытой стороной направлена вверх, то есть опять в сторону от мяча, и такое положение руки спортсменки даже о намерении, вести предстоящую борьбу за мяч, не может свидетельствовать. В итоге этого сопоставления двух скульптурных групп заключаем, что уфимская скульптура не запечатлела, возможный в реальности, момент борьбы за мяч, который, вполне достоверно, зафиксирован в композиции Г. Кранца. И автор уфимской композиции не смог представить для обозревающих его творение зрителей, возможный в реальной жизни сюжет из спортивного единоборства, с борьбой за овладение мячом. В этом плане, считаем важным вспомнить указание мастера живописи эпохи советского прошлого, А.А. Дайнеки, который работал так же и над созданием скульптурных произведений на темы спорта. По его утверждению, динамичные образы и сцены из жизни спорта невозможно изображать, используя в качестве образца неподвижного натурщика, далее он призывал черпать вдохновение, сюжеты и образы непосредственно на спортивных площадках: "Поэтому я иду на стадион, на ринг"...) По всей видимости создатели уфимской восстановленной композиции пренебрегли этим советом мастера, и наблюдению за реальностью предпочли возможность воплощать в объеме надуманные сюжеты и сообщать о таких движениях и положениях тел, которые маловероятны в реальной жизни. Наверное такие, мягко говоря, неточности простительны автору, который в своём детстве явно не был приобщён к участию в игровых видах спорта, обязательных для каждого школьника во времена СССР и потому он представил нам вымышленную ситуацию из незнакомого ему вида спорта. Другой, нашему изваянию, наиболее близкой по сюжету, оказалась скульптура, которая некогда, в те же, советские времена, была установлена в Хабаровске. Облик этого изваяния, тоже дошёл до нас лишь в виде, сохранившейся с тех времён, фотографии. Если скульптура Г. Кранца отлична от уфимских "Девушек с мячом", тем, что девушка без мяча готова его принять, или отбить двумя руками, то скульптура двух "девушек с мячом", в прошлом, установленная в Хабаровске, предлагала для обозрения девушку, которая пытается уже, именно одной рукой, "обработать мяч", находящийся в руках её соперницы. Впрочем, при сопоставлении положения кистей рук девушек на скульптурах из Хабаровска и на скульптуре у нашего ТЦ, можно заметить серьёзное различие в положении кистей рук этих девушек. А именно, как можно видеть на фрагменте скульптуры из Хабаровска, ладонь "атакующей" спортсменки обращена внутренней стороной в сторону мяча, и эта ладонь расположена ниже мяча, что означает её готовность для захвата мяча , или для удара на нему. Фрагмент скульптуры из ТЦ Башкирия рисует такую позицию кисти руки спортсменки, из которой захват мяча невозможен, дальнейшее движение кисти руки этой спортсменки, возможно, только в противоположную от мяча сторону. В таком положении спортсменка лишена возможности проводить действия по овладению мячом, следовательно, и при эьтом сопоставлении, очевидно реалистичное отображение в борьбе за мяч в "хабаровской" скульптуре, отличающее её от, как казалось бы, полностью скопированной с неё, "уфимской" копии. Увы и в этом случае, копия уступает и этому возможному оригиналу в мастерстве и точности отображения момента динамичного спортивного эпизода. Другими словами, в уфимской скульптуре, мы имеем не реальный момент борьбы за мяч, а искусственную, далёкую от реальности, конструкцию. Впрочем, перечень подобий из советского прошлого, нашему изваянию, способный обнажить изъяны, рождённого в нашем городе слабого подражания, мало достойного своих предшественников, не исчерпан. Поиски таких подобий, приводят нас к ещё одному образцу из советского времени, увы так же, как и у прежнего, с отсутствующими сведениями об его авторе. Это творение, расположенное в настоящее время в географическом пункте Орехово, входящем в зону архитектурного обрамления канала "Москва-Волга" (Московская область, Дмитриевский район) являет нам образец сцены борьбы за мяч, лишённый того противоречия уфимскому изваянию, которое содержалось в "хабаровской"скульптуре. Отметим предварительно, что скульптурная композиция из Орехово включает в себя не два, а три персонажа, впрочем, третью фигуру, мужчины, непосредственно в борьбу за мяч не включённую, можно мысленно упустить, из числа наблюдаемых и анализируемых . Для нас сейчас важно вновь, сопоставить положение рук спортсменок, протянутых в сторону мяча, и здесь нам открываются такие обстоятельства: казалось бы, здесь положение кистей рук у спортсменок на скульптурах из Орехово и из ТЦ Башкирия идентичны. Однако, рассмотрим так же, и положение ног этих девушек, в том, и в другом, случае. Спортсменка "из Орехово" опирается на правую ногу, то есть занимает устойчивое положение, из которого может совершать последующие движения, уже рукой, в том числе и захват мяча. Совершенно иначе выглядит положение ног у спортсменки из ТЦ Башкирия. Вес тела не перенесён, ни на одну, из ног, положение её тела неустойчиво, спортсменка находится в момент её перемещения в сторону от "девушки с мячом", из такого неустойчивого положения совершать такие точные действия рукой, как захват мяча, или его отбивание, и выбивание, невозможно. Итак, спортсменка из Орехово так же, представлена нам, готовой к захвату, или выбиванию мяча, а спортсменка из ТЦ Башкирия, и при этом сопоставлении, не только не готова к борьбе за мяч, но и находится в момент своего движения от мяча, таким образом, в следующее мгновение её рука окажется ещё дальше от мяча, и так же, сама возможность, участия этой девушки в борьбе за мяч, станет ещё более отдалённой. Добавим к этому, что положение этой руки спортсменки могло бы соответствовать жесту девушки, провожающей уходящий поезд, или означать прощальный взмах рукой вслед, пролетающему мимо неё, мячу. Таким образом, в итоге предпринятых сопоставлений, попытки восстановления в Уфе скульптурной композиции с возможными источниками такого копирования - оригиналами, стало очевидным, что выполненная копия, серьёзно уступает всем вероятным источникам - оригиналам из советского прошлого. Спортсменки в скульптурной композиции, установленной в районе "Лайфстайл центра Башкирия" запечатлены в том положении, которое не является реальным моментом из подлинного сюжета спортивной борьбой за мяч, а рисует нам картину, с произвольно и хаотично, расположенными, мало связанными между собой, фигурами. Это ещё раз подтверждает мнение о том, что в скульптурной композиции у ТЦ Башкирия зафиксирован момент из, якобы, спортивной истории, и этот момент, как минимум случайный, и скорее всего, просто нереальный для сюжета действительного спортивного противостояния. В заключении, не станем занимать позицию злонамеренного торжества, но не можем не сказать, что предпринятую в Уфе, попытку, реализовать воспроизведение сюжета скульптур "Девушек с мячом" из советского прошлого нельзя признать удачной. Прототипы этого изваяния из советской эпохи, по степени правдивости, при отображении жизненных реалий, заметно превосходят, созданную в наше время копию.
  7. К большому сожалению в содержание этой публикации проникла досадная ошибка. А именно, скульптура в комплексе канала Москва - Волга была названа локализованной в месте с названием «Орехово», в действительности это пункт вблизи города «Дубна» с названием «Орево». Прошу прощения за допущенную мной оплошность. Добавляю материал с исправленной локализацией изображений.
  8. КбОЛЬШОМУ СОЖАЛЕНИЮ В СОДЕРЖАНИЕ ЭТОЙ
  9. Как в Уфе "Девушку с веслом" обидели

    Все мои статьи о скульптуре в СССР на этой ветке форума можно прочитать так: 1. Скульптура времён СССР, восстановленная в уфимском парке, может прославить город и привлечь поток туристов. http://forum.topwar.ru/topic/18194-с 2.Уфимская скульптура периода СССР была копией шедевра из музейного собрания в Риме http://forum.topwar.ru/topic/18283-у 3. Ещё одна скульптура из советского прошлого,восстановленная в парке Уфы, может быть отнесена к числу оригинальных и уникальных. http://forum.topwar.ru/topic/18458-е 4. Уфимские скульптуры из времён СССР теперь стали "далеки от народа" http://forum.topwar.ru/topic/28742-у 5.Восстановленная в Уфе, скульптура из времени СССР, утратила реалистичность, ранее ей присущую. http://forum.topwar.ru/topic/52704-в 6. Восстановленная в Уфе, скульптура из времени СССР, утратила реалистичность, ранее ей присущую. "http://forum.topwar.ru/topic/52704-в 7.Как в Уфе "Девушку с веслом" обидели http://forum.topwar.ru/topic/52809-к
  10. Как в Уфе "Девушку с веслом" обидели

    Эта тема дублирует предыдущую по той причине, что она не появляется в поисковых системах. Думаю, что это произошло из-за знака вопроса, поставленного в конце названия. Известно, что названия с таким знаком не сохраняются в виде новых файлов в каталогах текстовых редакторов, видимо, подобное правило существует и в отношении правил размещения в сети интернет. Прошу прошения за доставленные неудобства.
  11. Как в Уфе "Девушку с веслом" обидели?

    Как в Уфе "Девушку с веслом" обидели? "Девушка с веслом" в ряду более чем десятка скульптур, размещённых в Уфе вблизи торгового центра Башкирия (ныне именуемом, как "Лайфстайл центр Башкирия"), составивших целую аллею восстановленных изваяний из советского прошлого, занимала скромное место, никак особо не выделялась, и ничем не подчёркивалось её родство с самым известным "гипсовым символом советской эпохи". Основания для такой "скромности" действительно были, и по причине именно её популярности. Напомним, что это была растиражированная популярность, образа распространявшегося во впремена СССР по стране в массовом количестве копий. А как может цениться то, что встречалось в каждом городе почти на каждом углу? Впрочем, история с массовым тиражированием копий "Девушки с веслом" далеко не простая. А именно, широко тиражировались отнюдь не те оригиналы скульптуры "Девушки с веслом, созданные первоначально Иваном Шадром и, впервые установленные в 30-х годах в парке Горького в Москве, ". Этот Первый вариант "Девушки",названный автором "Лолой", представлял из себя девушку обнажённую,волнующую восприятие зрителей откровенным эротизмом, в том числе и "эррогированными сосками груди" http://ussrlife.blogspot.com/2016/05/blog-post_6.html . Скульптура высотой в 12 метров, была установлена в центре фонтана на главной аллее парка. Изваяние своей откровенностью, шокировало как публику, так и чиновников и подверглось жёсткой критике. http://ussrlife.blogspot.com/2016/05/blog-post_6.html Так в газете «Вечерняя Москва» от 11 августа 1935 по поводу изваяния И.Шадра было написано.: «Мы наблюдаем спекуляцию вульгарной эротической образностью ..." Скульптору было предписано изменить пропорции скульптуры. Вторая, созданная им, версия скульптуры "Девушки" была мягче, "менее мускулистой, более женственной—и в то же время более холодной и классической". https://ria.ru/weekend_art/20110903/429315200.html Воплощение этого, более скромного варианта, установили в 1936 году у главного входа того же парка им. Горького, в окружении фонтанов. Настоящую, первоначально созданную, "Лолу "скульптору разрешили сохранить и даже перенести в другой парк, но за свой счет. И.Шадр отправил её на Украину, в Ворошиловград — современный Луганск. Где она была разрушена попаданием снаряда во время войны. Впрочем, и второй более скромный вариант творения И.Шадра, не устроил, в то время, начальство в полной мере, так как, и эта "Девушка" вновь была представлена обнажённой. В этот период в СССР требования о допустимости изображения обнажённого тела серьёзно пересматривались. В 1930-е годы был провозглашён культ здорового, сильного тела, ассоциировавшегося с мощью и молодостью страны Советов. Сталинский классицизм унаследовал от античности идею «героической наготы»: физкультурники, девушки с вёслами, мячами, ядрами и прочими спортивными атрибутами – всё это было переработанной советскими идеологами традицией. https://thequestion.ru/questions/152814/m Ранее до середины 30-х годов, обнажённость, обычная в изображениях античных богов, героев и спортсменов принималась в качестве образцов для подражания. Обнажённое, спортивное тело было предметом восхищения и преклонения, такое представление было зафиксировано в таких"программных" строках В. Маяковского: "Но нет на свете прекрасней одежи, чем бронза мускулов и свежесть кожи." Сложно обнаружить чёткий рубеж, обозначивший появление в СССР цензурных запретов на изображение обнажённых тел в искусстве. Но можно высказать предположение, что в принятии таких жёстких мер в отношении изображений обнажённости сыграли случаи, когда именно в обозревании обнажённых скульптур, усматривались истоки попыток изнасилований, которые происходили, например, в парке Горького в Москве, когда предпринятое в парке размещение десятков скульптур, в числе которых было немало обнажённых, вместо приобщения трудящихся к чувствам преклонения перед изяществом и красотой изваяний, приводило к порождению чувств вовсе не возвышенных, а вполне приземлённых и даже низменных: "...расчёт на то, что физиологическое возбуждение будет переведено в эстетическое чувство не срабатывал...секс побеждал эстетику ...и посетительниц парка сразу тащили в кусты" http://ec-dejavu.ru/c/Central_park.html Эти явления в газете «Парк культуры и отдыха» глухо именовалось «хулиганством в парке». Со второй половины 1930-х годов свободы в искусстве стало меньше, круг сюжетов значительно сузился: дозволялись лишь обнажённые спортсменки, купальщицы, а также натурщицы в интерьерах мастерских – https://thequestion.ru/questions/152814/m Цензурные ограничения против обнажённости в искусстве, сказались и на судьбе "Девушки с веслом". Для массового тиражирования и распространения по всей стране, был избран вариант "Девушки"выполненный Ромуальдо Иодко. Его "Девушка, обычно, держала весло не в правой руке, как у И.Шадра, а в левой и, что самое важное, скульптор не забыл "приодеть" свою героиню, сначала в трусы и майку, а позднее в "мешковатый купальный костюм". Тема "мешковатости", постоянно упоминаемая в отношении одеяний "Ромуальдовских Девушек", не случайна, прикрывая тело своих "Девушек" избыточным количеством ткани, которое создавало складки и прослойки воздуха между одеждой и телом, скульптор обезопасил себя от обвинений в попытках представить зрителю тела, хоть в какой-то мере, напоминающие обнажённые. Эти экскурсы в прошлое скульптур "Девушек с веслом" понадобились нам для того, чтобы ответить на вопрос: с каких образцов делалась копия "Девушки с веслом", выставляемая в комплексе копий скульптур советской эпохи у ТЦ Башкирия? Заметим, во - первых, что весло у "Девушки из Уфы" в правой руке, и уже поэтому, оригинал для её копирования не мог принадлежать резцу Ромуальдо. Поиски аналогов среди множества иных изваяний "Девушек с веслом" приводят нас, как к наиболее близкому, к творению именно самого И.Шадра. И оказалось, что и этот оригинал не был в числе растиражированных по всей стране, более того, он практически в одном экземпляре хранился в музейных фондах в виде гипсовой копии и лишь, по настоянию вдовы скульптора, в 1950-х годах эта копия была переведена в бронзу для московской Третьяковской галереи. Там, же в последние годы, она попала в поле зрения ассоциации гребного спорта г-жи Аникеевой, решившей сделать "Девушку с веслом" своим символом. Именно с этой копии была создана двухметровая скульптура.Новое, воплощение утраченного монумента, было установлено в 2011 году в Парке Горького. https://ria.ru/weekend_art/20110903/429315200.html. При внимательном рассмотрении бронзовой копии "Лоллы", становится очевидной перекличка именно этого, возвращённого публике образа, с "Девушкой у ТЦ Башкирия" . Сопоставляя эти изваяния, трудно заметить какое-то различие в пластическом рисунке позиций тел этих двух девушек, Например, даже левая, свободная от весла рука, опирается именно на одно то же, место бедра, как у одной, так и у другой девушки. Казалось бы, можно было только порадоваться "расторопности" уфимских воссоздателей скульптурного прошлого СССР, которые так оперативно отреагировали на, вновь появившуюся на публике, скульптурную реликвию, и которые задались целью осчастливить уфимцев, возвратив для всеобщего обозрения, эту копию шедевра советской эпохи. Однако, отметим и некоторые различия в облике этих "девушек". Так, заметно, что "девушка из ТЦ" опирается рукой на область бедра, которая всё же, значительно ниже, той области , на которую опирается "девушка И.Шадра". Разные углы локтевого сгиба в том и в другом случае это наглядно подтверждают. Это положение руки "уфимской девушки" значительно занизившее, обозначаемый этим жестом, уровень пояса и талии, зрительно укоротило ноги девушки, при этом левая, опорная её нога (как, впрочем, и другая) лишились округлости в области бёдер, присущих "Шадровской Девушке". И эта опорная нога, опять же, в отличие от оригинала, приобрела заметное искривление (прямая линия, проведённая от стопы, через её колено проходит мимо тазобедренного сустава). Далее: колено правой ноги "уфимки" согнуто, казалось бы, под тем же углом, как и у "Девушки И.Шадра" но оно заметно более, отведено в сторону, что ещё больше убавило стройности всей фигуре. "Мешковатый купальник уфимки"не может скрыть, вываливающийся вниз и вправо живот, что опять же, отличает её облик от "поджарости" "Шадровской Девушки". Обрисовывая грудь "Уфимской Девушки", скульптор явно "поскромничал", наделив её лишь формами подростка, не достигшего возраста половой зрелости. Эти формы, в самых ответственных местах, не то что возвышенности, но даже приличные складки на "мешковатом купальнике" не смогли обозначить. Допустимо мнение, что взяв за основу лишь позу девушки в оригинале И.Шадра, уфимские скульпторы дорабатывали детали изваяния, перенося их, с форм тела уже своей натурщицы, заметно уступавшей в натренированности и гармоничности тела, спортсменкам 30-х годов, выступавшим в качестве моделей в процессе работы И.Шадра. Однако, весьма обидно, было бы для уфимцев, согласиться с утверждением о том, что в их городе с миллионом жителей, не нашлось ни одной натурщицы-обладательницы красивого, тренированного тела, равного по своим достоинствам телам спортсменок из 30-х годов. Приступая к работе над этой статьёй, планировалось поговорить про излишнюю скромность, которой наделили "Девушку" наши современные скульпторы, когда они, создавая копию творения И.Шадра, изрядно "задрапировали" оригинал мастера, который настойчиво, вопреки критике и нападкам, продолжал представлять для обозревания новые варианты своей "Девушки", вновь, исключительно обнажённой. Теперь же, уяснив, насколько копия уступает оригиналу в передаче форм тела, близких к идеальным, в оригинале у И.Шадра, приходится согласиться с тем, что такую, сомнительного качества, копию "Девушки с веслом", представленную для обозрения уфимцам, вполне оправдано было бы, ещё в большей степени "прикрыть". Завершая предпринятое здесь сопоставление, нельзя было обойти вниманием и самый главный атрибут изваяния "Девушки ", который в связке с его обладательницей навсегда вошёл в историю советской эпохи и обессмертил их общее имя. Имеется в виду, конечно же, "весло". Казалось бы, нет смысла обсуждать этот неодушевлённый предмет, повествуя о степени совершенства прекрасного тела спортсменки и о впечатлении, оказываемом её образом, на современников. Всё так, если бы создатели "уфимской Девушки", оставили бы в её руке, то самое весло, которое было у неё в 30-е и в последующие годы. Но нет, подобие такого же весла, как у "Уфимки с веслом" мы не видим у близких ей, по "духу и телу "Девушек" ни в 30-е ни в 40-е, ни в 50-е годы. Послужившие оригиналами для воплощения в изваянии, эти знаковые атрибуты "Девушек", изначально были выполнены исключительно из дерева, и иногда напоминают предмет для гребли, довольно грубо выстроганный из доски, "случайно попавшейся на глаза". И в очень редких случаях, лопастям весла придан изящный изгиб, призванный обеспечить более эффективное загребание водяной массы. "Уфимские реаниматоры Девушки" потратили немало стараний, создавая детальное пластическое подобие реального весла. Беда в том, что при этом, не был найден подлинный оригинал из того времени, уместный для его копирования. Лопасть весла в руке "уфимки" имеет чёткое воспроизведение рёбер жёсткости, которые могли быть лишь у вёсел из пластика, или алюминия и каковых не имелось в 30-е,40-е и в 50-е годы в пользовании, как спортсменов, так, впрочем, и у обладателей лодок для отдыха и рыбалки. Более того, поиск аналогов таких вёсел приводит нас к подобным изделиям в деталях, совпадающих с веслом, вручённым нашей "Уфимке". Как оказалось, именно такие вёсла входили в комплектацию надувных лодок из ПВХ, которые появились в нашей стране лишь во второй половине ХХ века и конечно же, при занятии "спортивной греблей" не использовались. http://masterkat.ru/article/14/n Можно предположить, что воссоздавая "Девушку с веслом" уфимские скульпторы не посчитали необходимым обеспечить своё изваяние веслом, соответствующим воссоздаваемой эпохе, и использовали в качестве образца, завалявшееся у кого-то в гараже, старое весло, и увы, его возраст оказался, далеко не столь почтенным, чтобы оно могло оказаться в руке спортсменки из 30-х годов, и этот, навязанный "Уфимской Девушке", для того времени, фальшивый, спортивный атрибут, тогда ещё не существовавший, изрядно добавил чёрной краски этой попытке, вернуть горожанам светлый облик образа из советского прошлого. Суровость критики в адрес уфимских создателей "Девушки с веслом" могут смягчить примеры случаев, когда в других местах нашей страны, нередко появляются "Девушки" ещё более "грузноватые", и в ещё более "мешковатых" трусах и купальниках. Добавим, что, в ещё более плачевном положении оказалась "Девушка с веслом", выставленная в интерьере уфимского трактира "Бульвар". Здесь "Девушку" представили в карикатурном виде, обрядив в мужские "семейные" трусы и предельно укоротив её ноги. Впечатление "ходульности" её фигуре придаёт и положение ступней её ног, расположенных согласно правилу: "Пятки вместе носки врозь", принятому в военном строю по команде "Смирно". Стоять в таком положении продолжительное время невозможно, и эта "Девушка" исполняет роль, вызывающую сострадание к своей "тяжкой участи".
  12. Посещающий мои страницы может встретить несколько тем с одним названием и с одинаковым содержанием. Это результат сбоя при размещении мной материала статьи. Когда при попытке сохранения текста появлялояcь сообщение об ошибке ERROR. Я считал, что сохранение не состоялось и повторял попытку. Оказалось, что все мои попытки были успешными, так произошло многократное дублирование одних и тех же тем, удалить лишнее я не могу. Обращался к модераторам с просьбой удалить через опцию "Жалоба", но пока нет результатов. Прошу прощения за доставляемые Вам неудобства.
  13. Уфимские скульптуры из времён СССР теперь стали "далеки от народа"

    Этот список пополнился такой моей статьёй: Восстановленная в Уфе, скульптура из времени СССР, утратила реалистичность, ранее ей присущую. "http://forum.topwar.ru/topic/52704-в
  14. Восстановленная в Уфе, скульптура из времени СССР, утратила реалистичность, ранее ей присущую. автор: Фарт Латыпов Изваяния, как бы, перенесённые на улицы города из 50-х годов прошлого века, в 2014 году появились в Уфе в скульптурном обрамлении бывшего торгового центра Башкирия, ныне именуемом, "Лайфстайл центр Башкирия". Вопрос об инициаторе такого действа, восстанавливающего знаковые изваяния из советского прошлого, как и вопрос о принципах, которым следовали скульпторы - исполнители, уже освещался в печати. Указывалось, что созданием скульптур делается попытка возродить ценности того времени, когда "труд и спорт были в почёте" Мы зададимся другим вопросом: насколько удачно была реализована эта задача? А так же, займёмся поиском ответа на вопрос: какие именно, изваяния из советского прошлого, стали источниками - оригиналами в процессе их восстановления? . Обратим своё внимание на одно из таких восстановленных изваяний, входящих в число наиболее динамичных и потому наиболее сложных и для их создания, как в прошлом веке, так и для нынешнего возрождения. Мы имеем в виду скульптурную группу "Девушки с мячом", благо, что это изваяние избежало участи прочих скульптур, массово вознесённых на крышу торгового центра и это творение ещё можно "в деталях ", рассмотреть на земле. (О сложностях с восприятием скульптур, после из "вознесения на крышу ТЦ, можно прочитать забив в поисковик название статьи: "Уфимские скульптуры из времён СССР теперь стали "далеки от народа". Итак, первый, стоящий перед нами вопрос состоит в том: копией какого оригинала из советского прошлого является эта композиция? При выяснении этого вопроса окажется, что не удаётся отыскать оригинал, с которого могла была бы быть сделана эта копия с сохранением всех деталей оригинала. Однако, было обнаружено несколько скульптурных групп, созданных в далёкие 30- 50-е годы , не полностью идентичных , но близких по сюжету и исполнению к нашим "Девушкам". Первой, из этого перечня, рассмотрим скульптурную группу, предстающую перед зрителем, в том же составе из двух девушек, запечатлённых в момент спортивной борьбы за мяч. Она известна нам по репродукции, размещённой в журнале "Огонёк"(номер 32 за 1940 год). Автором скульптуры назван Г. Кранц. О творчестве скульптора Кранце Георгие Семеновиче, родившемся в 1905 году, выпускнике "Вхутемаса" 1929 года известно очень немного. Другим его творением, удостоенном упоминания в центральной прессе была скульптура "Мать и дитя". Все доступные нам сведения о, интересующей нас композиции этого автора, ограничены, уже названной нами, публикацией в "Огоньке". Вполне вероятно, что именно эта композиция, и явилась образцом для восстановления её в Уфимском варианте. Поэтому интересно будет рассмотреть в чём, производя на свет свой вариант копии оригинала, "уфимские мастера ваяния" следовали этому образцу из прошлого, а в чём они отошли от замысла и его исполнения своими предшественниками? Первое наше замечание будет касаться различий в передаче пластики игрового момента, запечатлённого в скульптуре . Заметим, между прочим, что девушки в исполнении Г.Кранца, как и в прочих изваяниях, где мяч обхвачен ладонями спортсменки, девушки, вопреки, приводимым подписям с названиями скульптур, играют не в волейбол, а, по всей видимости, в баскетбол. Так как, в волейболе правилами игры не предусмотрен захват и удерживание мяча в руках . В процессе игры в волейбол спортсмены лишь отбивают мяч кончиками пальцев или бьют по нему раскрытой ладонью, отправляя на площадку соперников. Если "Девушки" Кранца "зафиксированы" скульптором в момент обычной распасовки, когда одна спортсменка готова сделать бросок, а вторая готовится, брошенный мяч, принять, или отбить, о чём говорят руки "принимающей" обращённые в сторону мяча, который пока ещё, в руках её подруги, то в позициях занимаемых "уфимскими девушками" мы видим иную картину. Если положение девушки из уфимского ТЦ, владеющей мячом, мало отличается от позиции, которую, подобная ей, занимает в композиции Г. Кранца, то её "соперница" запечатлена в момент совершения действия мало понятного и оправданного. А именно, к мячу в руках "подруги из ТЦ", протянута только одна рука "соперницы", вторая рука опущена вниз и в борьбе за мяч не используется. Различие может показаться не принципиальным, в конце концов отбить мяч, или поставить блок на пути его движения, можно и одной рукой. Всё так , если бы не одно обстоятельство: ладонь руки, якобы готовой выбить мяч из рук соперницы, должна находиться ниже мяча, а при постановке блока, позиция той же ладони должна располагаться над мячом. Увы, в действительности ладонь руки "соперницы из ТЦ", находится, и ни снизу, и не сверху мяча, а в стороне от него, и к тому же, эта ладонь , своей внутренней раскрытой стороной направлена вверх, то есть опять в сторону от мяча, и такое положение руки спортсменки даже о намерении, вести предстоящую борьбу за мяч, не может свидетельствовать. В итоге этого сопоставления двух скульптурных групп заключаем, что уфимская скульптура не запечатлела, возможный в реальности, момент борьбы за мяч, который, вполне достоверно, зафиксирован в композиции Г. Кранца. И автор уфимской композиции не смог представить для обозревающих его творение зрителей, возможный в реальной жизни сюжет из спортивного единоборства, с борьбой за овладение мячом. В этом плане, считаем важным вспомнить указание мастера живописи эпохи советского прошлого, А.А. Дайнеки, который работал так же и над созданием скульптурных произведений на темы спорта. По его утверждению, динамичные образы и сцены из жизни спорта невозможно изображать, используя в качестве образца неподвижного натурщика, далее он призывал черпать вдохновение, сюжеты и образы непосредственно на спортивных площадках: "Поэтому я иду на стадион, на ринг"...) По всей видимости создатели уфимской восстановленной композиции пренебрегли этим советом мастера, и наблюдению за реальностью предпочли возможность воплощать в объеме надуманные сюжеты и сообщать о таких движениях и положениях тел, которые маловероятны в реальной жизни. Наверное такие, мягко говоря, неточности простительны автору, который в своём детстве явно не был приобщён к участию в игровых видах спорта, обязательных для каждого школьника во времена СССР и потому он представил нам вымышленную ситуацию из незнакомого ему вида спорта. Другой, нашему изваянию, наиболее близкой по сюжету, оказалась скульптура, которая некогда, в те же, советские времена, была установлена в Хабаровске. Облик этого изваяния, тоже дошёл до нас лишь в виде, сохранившейся с тех времён, фотографии. Если скульптура Г. Кранца отлична от уфимских "Девушек с мячом", тем, что девушка без мяча готова его принять, или отбить двумя руками, то скульптура двух "девушек с мячом", в прошлом, установленная в Хабаровске, предлагала для обозрения девушку, которая пытается уже, именно одной рукой, "обработать мяч", находящийся в руках её соперницы. Впрочем, при сопоставлении положения кистей рук девушек на скульптурах из Хабаровска и на скульптуре у нашего ТЦ, можно заметить серьёзное различие в положении кистей рук этих девушек. А именно, как можно видеть на фрагменте скульптуры из Хабаровска, ладонь "атакующей" спортсменки обращена внутренней стороной в сторону мяча, и эта ладонь расположена ниже мяча, что означает её готовность для захвата мяча , или для удара на нему. Фрагмент скульптуры из ТЦ Башкирия рисует такую позицию кисти руки спортсменки, из которой захват мяча невозможен, дальнейшее движение кисти руки этой спортсменки, возможно, только в противоположную от мяча сторону. В таком положении спортсменка лишена возможности проводить действия по овладению мячом, следовательно, и при эьтом сопоставлении, очевидно реалистичное отображение в борьбе за мяч в "хабаровской" скульптуре, отличающее её от, как казалось бы, полностью скопированной с неё, "уфимской" копии. Увы и в этом случае, копия уступает и этому возможному оригиналу в мастерстве и точности отображения момента динамичного спортивного эпизода. Другими словами, в уфимской скульптуре, мы имеем не реальный момент борьбы за мяч, а искусственную, далёкую от реальности, конструкцию. Впрочем, перечень подобий из советского прошлого, нашему изваянию, способный обнажить изъяны, рождённого в нашем городе слабого подражания, мало достойного своих предшественников, не исчерпан. Поиски таких подобий, приводят нас к ещё одному образцу из советского времени, увы так же, как и у прежнего, с отсутствующими сведениями об его авторе. Это творение, расположенное в настоящее время в географическом пункте Орехово, входящем в зону архитектурного обрамления канала "Москва-Волга" (Московская область, Дмитриевский район) являет нам образец сцены борьбы за мяч, лишённый того противоречия уфимскому изваянию, которое содержалось в "хабаровской"скульптуре. Отметим предварительно, что скульптурная композиция из Орехово включает в себя не два, а три персонажа, впрочем, третью фигуру, мужчины, непосредственно в борьбу за мяч не включённую, можно мысленно упустить, из числа наблюдаемых и анализируемых . Для нас сейчас важно вновь, сопоставить положение рук спортсменок, протянутых в сторону мяча, и здесь нам открываются такие обстоятельства: казалось бы, здесь положение кистей рук у спортсменок на скульптурах из Орехово и из ТЦ Башкирия идентичны. Однако, рассмотрим так же, и положение ног этих девушек, в том, и в другом, случае. Спортсменка "из Орехово" опирается на правую ногу, то есть занимает устойчивое положение, из которого может совершать последующие движения, уже рукой, в том числе и захват мяча. Совершенно иначе выглядит положение ног у спортсменки из ТЦ Башкирия. Вес тела не перенесён, ни на одну, из ног, положение её тела неустойчиво, спортсменка находится в момент её перемещения в сторону от "девушки с мячом", из такого неустойчивого положения совершать такие точные действия рукой, как захват мяча, или его отбивание, и выбивание, невозможно. Итак, спортсменка из Орехово так же, представлена нам, готовой к захвату, или выбиванию мяча, а спортсменка из ТЦ Башкирия, и при этом сопоставлении, не только не готова к борьбе за мяч, но и находится в момент своего движения от мяча, таким образом, в следующее мгновение её рука окажется ещё дальше от мяча, и так же, сама возможность, участия этой девушки в борьбе за мяч, станет ещё более отдалённой. Добавим к этому, что положение этой руки спортсменки могло бы соответствовать жесту девушки, провожающей уходящий поезд, или означать прощальный взмах рукой вслед, пролетающему мимо неё, мячу. Таким образом, в итоге предпринятых сопоставлений, попытки восстановления в Уфе скульптурной композиции с возможными источниками такого копирования - оригиналами, стало очевидным, что выполненная копия, серьёзно уступает всем вероятным источникам - оригиналам из советского прошлого. Спортсменки в скульптурной композиции, установленной в районе "Лайфстайл центра Башкирия" запечатлены в том положении, которое не является реальным моментом из подлинного сюжета спортивной борьбой за мяч, а рисует нам картину, с произвольно и хаотично, расположенными, мало связанными между собой, фигурами. Это ещё раз подтверждает мнение о том, что в скульптурной композиции у ТЦ Башкирия зафиксирован момент из, якобы, спортивной истории, и этот момент, как минимум случайный, и скорее всего, просто нереальный для сюжета действительного спортивного противостояния. В заключении, не станем занимать позицию злонамеренного торжества, но не можем не сказать, что предпринятую в Уфе, попытку, реализовать воспроизведение сюжета скульптур "Девушек с мячом" из советского прошлого нельзя признать удачной. Прототипы этого изваяния из советской эпохи, по степени правдивости, при отображении жизненных реалий, заметно превосходят, созданную в наше время копию.
  15. Восстановленная в Уфе, скульптура из времени СССР, утратила реалистичность, ранее ей присущую. автор: Фарт Латыпов Изваяния, как бы, перенесённые на улицы города из 50-х годов прошлого века, в 2014 году появились в Уфе в скульптурном обрамлении бывшего торгового центра Башкирия, ныне именуемом, "Лайфстайл центр Башкирия". Вопрос об инициаторе такого действа, восстанавливающего знаковые изваяния из советского прошлого, как и вопрос о принципах, которым следовали скульпторы - исполнители, уже освещался в печати. Указывалось, что созданием скульптур делается попытка возродить ценности того времени, когда "труд и спорт были в почёте" Мы зададимся другим вопросом: насколько удачно была реализована эта задача? А так же, займёмся поиском ответа на вопрос: какие именно, изваяния из советского прошлого, стали источниками - оригиналами в процессе их восстановления? . Обратим своё внимание на одно из таких восстановленных изваяний, входящих в число наиболее динамичных и потому наиболее сложных и для их создания, как в прошлом веке, так и для нынешнего возрождения. Мы имеем в виду скульптурную группу "Девушки с мячом", благо, что это изваяние избежало участи прочих скульптур, массово вознесённых на крышу торгового центра и это творение ещё можно "в деталях ", рассмотреть на земле. (О сложностях с восприятием скульптур, после из "вознесения на крышу ТЦ, можно прочитать забив в поисковик название статьи: "Уфимские скульптуры из времён СССР теперь стали "далеки от народа". Итак, первый, стоящий перед нами вопрос состоит в том: копией какого оригинала из советского прошлого является эта композиция? При выяснении этого вопроса окажется, что не удаётся отыскать оригинал, с которого могла была бы быть сделана эта копия с сохранением всех деталей оригинала. Однако, было обнаружено несколько скульптурных групп, созданных в далёкие 30- 50-е годы , не полностью идентичных , но близких по сюжету и исполнению к нашим "Девушкам". Первой, из этого перечня, рассмотрим скульптурную группу, предстающую перед зрителем, в том же составе из двух девушек, запечатлённых в момент спортивной борьбы за мяч. Она известна нам по репродукции, размещённой в журнале "Огонёк"(номер 32 за 1940 год). Автором скульптуры назван Г. Кранц. О творчестве скульптора Кранце Георгие Семеновиче, родившемся в 1905 году, выпускнике "Вхутемаса" 1929 года известно очень немного. Другим его творением, удостоенном упоминания в центральной прессе была скульптура "Мать и дитя". Все доступные нам сведения о, интересующей нас композиции этого автора, ограничены, уже названной нами, публикацией в "Огоньке". Вполне вероятно, что именно эта композиция, и явилась образцом для восстановления её в Уфимском варианте. Поэтому интересно будет рассмотреть в чём, производя на свет свой вариант копии оригинала, "уфимские мастера ваяния" следовали этому образцу из прошлого, а в чём они отошли от замысла и его исполнения своими предшественниками? Первое наше замечание будет касаться различий в передаче пластики игрового момента, запечатлённого в скульптуре . Заметим, между прочим, что девушки в исполнении Г.Кранца, как и в прочих изваяниях, где мяч обхвачен ладонями спортсменки, девушки, вопреки, приводимым подписям с названиями скульптур, играют не в волейбол, а, по всей видимости, в баскетбол. Так как, в волейболе правилами игры не предусмотрен захват и удерживание мяча в руках . В процессе игры в волейбол спортсмены лишь отбивают мяч кончиками пальцев или бьют по нему раскрытой ладонью, отправляя на площадку соперников. Если "Девушки" Кранца "зафиксированы" скульптором в момент обычной распасовки, когда одна спортсменка готова сделать бросок, а вторая готовится, брошенный мяч, принять, или отбить, о чём говорят руки "принимающей" обращённые в сторону мяча, который пока ещё, в руках её подруги, то в позициях занимаемых "уфимскими девушками" мы видим иную картину. Если положение девушки из уфимского ТЦ, владеющей мячом, мало отличается от позиции, которую, подобная ей, занимает в композиции Г. Кранца, то её "соперница" запечатлена в момент совершения действия мало понятного и оправданного. А именно, к мячу в руках "подруги из ТЦ", протянута только одна рука "соперницы", вторая рука опущена вниз и в борьбе за мяч не используется. Различие может показаться не принципиальным, в конце концов отбить мяч, или поставить блок на пути его движения, можно и одной рукой. Всё так , если бы не одно обстоятельство: ладонь руки, якобы готовой выбить мяч из рук соперницы, должна находиться ниже мяча, а при постановке блока, позиция той же ладони должна располагаться над мячом. Увы, в действительности ладонь руки "соперницы из ТЦ", находится, и ни снизу, и не сверху мяча, а в стороне от него, и к тому же, эта ладонь , своей внутренней раскрытой стороной направлена вверх, то есть опять в сторону от мяча, и такое положение руки спортсменки даже о намерении, вести предстоящую борьбу за мяч, не может свидетельствовать. В итоге этого сопоставления двух скульптурных групп заключаем, что уфимская скульптура не запечатлела, возможный в реальности, момент борьбы за мяч, который, вполне достоверно, зафиксирован в композиции Г. Кранца. И автор уфимской композиции не смог представить для обозревающих его творение зрителей, возможный в реальной жизни сюжет из спортивного единоборства, с борьбой за овладение мячом. В этом плане, считаем важным вспомнить указание мастера живописи эпохи советского прошлого, А.А. Дайнеки, который работал так же и над созданием скульптурных произведений на темы спорта. По его утверждению, динамичные образы и сцены из жизни спорта невозможно изображать, используя в качестве образца неподвижного натурщика, далее он призывал черпать вдохновение, сюжеты и образы непосредственно на спортивных площадках: "Поэтому я иду на стадион, на ринг"...) По всей видимости создатели уфимской восстановленной композиции пренебрегли этим советом мастера, и наблюдению за реальностью предпочли возможность воплощать в объеме надуманные сюжеты и сообщать о таких движениях и положениях тел, которые маловероятны в реальной жизни. Наверное такие, мягко говоря, неточности простительны автору, который в своём детстве явно не был приобщён к участию в игровых видах спорта, обязательных для каждого школьника во времена СССР и потому он представил нам вымышленную ситуацию из незнакомого ему вида спорта. Другой, нашему изваянию, наиболее близкой по сюжету, оказалась скульптура, которая некогда, в те же, советские времена, была установлена в Хабаровске. Облик этого изваяния, тоже дошёл до нас лишь в виде, сохранившейся с тех времён, фотографии. Если скульптура Г. Кранца отлична от уфимских "Девушек с мячом", тем, что девушка без мяча готова его принять, или отбить двумя руками, то скульптура двух "девушек с мячом", в прошлом, установленная в Хабаровске, предлагала для обозрения девушку, которая пытается уже, именно одной рукой, "обработать мяч", находящийся в руках её соперницы. Впрочем, при сопоставлении положения кистей рук девушек на скульптурах из Хабаровска и на скульптуре у нашего ТЦ, можно заметить серьёзное различие в положении кистей рук этих девушек. А именно, как можно видеть на фрагменте скульптуры из Хабаровска, ладонь "атакующей" спортсменки обращена внутренней стороной в сторону мяча, и эта ладонь расположена ниже мяча, что означает её готовность для захвата мяча , или для удара на нему. Фрагмент скульптуры из ТЦ Башкирия рисует такую позицию кисти руки спортсменки, из которой захват мяча невозможен, дальнейшее движение кисти руки этой спортсменки, возможно, только в противоположную от мяча сторону. В таком положении спортсменка лишена возможности проводить действия по овладению мячом, следовательно, и при эьтом сопоставлении, очевидно реалистичное отображение в борьбе за мяч в "хабаровской" скульптуре, отличающее её от, как казалось бы, полностью скопированной с неё, "уфимской" копии. Увы и в этом случае, копия уступает и этому возможному оригиналу в мастерстве и точности отображения момента динамичного спортивного эпизода. Другими словами, в уфимской скульптуре, мы имеем не реальный момент борьбы за мяч, а искусственную, далёкую от реальности, конструкцию. Впрочем, перечень подобий из советского прошлого, нашему изваянию, способный обнажить изъяны, рождённого в нашем городе слабого подражания, мало достойного своих предшественников, не исчерпан. Поиски таких подобий, приводят нас к ещё одному образцу из советского времени, увы так же, как и у прежнего, с отсутствующими сведениями об его авторе. Это творение, расположенное в настоящее время в географическом пункте Орехово, входящем в зону архитектурного обрамления канала "Москва-Волга" (Московская область, Дмитриевский район) являет нам образец сцены борьбы за мяч, лишённый того противоречия уфимскому изваянию, которое содержалось в "хабаровской"скульптуре. Отметим предварительно, что скульптурная композиция из Орехово включает в себя не два, а три персонажа, впрочем, третью фигуру, мужчины, непосредственно в борьбу за мяч не включённую, можно мысленно упустить, из числа наблюдаемых и анализируемых . Для нас сейчас важно вновь, сопоставить положение рук спортсменок, протянутых в сторону мяча, и здесь нам открываются такие обстоятельства: казалось бы, здесь положение кистей рук у спортсменок на скульптурах из Орехово и из ТЦ Башкирия идентичны. Однако, рассмотрим так же, и положение ног этих девушек, в том, и в другом, случае. Спортсменка "из Орехово" опирается на правую ногу, то есть занимает устойчивое положение, из которого может совершать последующие движения, уже рукой, в том числе и захват мяча. Совершенно иначе выглядит положение ног у спортсменки из ТЦ Башкирия. Вес тела не перенесён, ни на одну, из ног, положение её тела неустойчиво, спортсменка находится в момент её перемещения в сторону от "девушки с мячом", из такого неустойчивого положения совершать такие точные действия рукой, как захват мяча, или его отбивание, и выбивание, невозможно. Итак, спортсменка из Орехово так же, представлена нам, готовой к захвату, или выбиванию мяча, а спортсменка из ТЦ Башкирия, и при этом сопоставлении, не только не готова к борьбе за мяч, но и находится в момент своего движения от мяча, таким образом, в следующее мгновение её рука окажется ещё дальше от мяча, и так же, сама возможность, участия этой девушки в борьбе за мяч, станет ещё более отдалённой. Добавим к этому, что положение этой руки спортсменки могло бы соответствовать жесту девушки, провожающей уходящий поезд, или означать прощальный взмах рукой вслед, пролетающему мимо неё, мячу. Таким образом, в итоге предпринятых сопоставлений, попытки восстановления в Уфе скульптурной композиции с возможными источниками такого копирования - оригиналами, стало очевидным, что выполненная копия, серьёзно уступает всем вероятным источникам - оригиналам из советского прошлого. Спортсменки в скульптурной композиции, установленной в районе "Лайфстайл центра Башкирия" запечатлены в том положении, которое не является реальным моментом из подлинного сюжета спортивной борьбой за мяч, а рисует нам картину, с произвольно и хаотично, расположенными, мало связанными между собой, фигурами. Это ещё раз подтверждает мнение о том, что в скульптурной композиции у ТЦ Башкирия зафиксирован момент из, якобы, спортивной истории, и этот момент, как минимум случайный, и скорее всего, просто нереальный для сюжета действительного спортивного противостояния. В заключении, не станем занимать позицию злонамеренного торжества, но не можем не сказать, что предпринятую в Уфе, попытку, реализовать воспроизведение сюжета скульптур "Девушек с мячом" из советского прошлого нельзя признать удачной. Прототипы этого изваяния из советской эпохи, по степени правдивости, при отображении жизненных реалий, заметно превосходят, созданную в наше время копию.
  16. Сюжет восстановленной в Уфе, скульптуры из времени СССР, утратил реалистичность, ранее ей присущую. автор: Фарт Латыпов Изваяния, как бы, перенесённые на улицы города из 50-х годов прошлого века, в 2014 году появились в Уфе в скульптурном обрамлении бывшего торгового центра Башкирия, ныне именуемом, "Лайфстайл центр Башкирия". Вопрос об инициаторе такого действа, восстанавливающего знаковые изваяния из советского прошлого, как и вопрос о принципах, которым следовали скульпторы - исполнители, уже освещался в печати. Указывалось, что созданием скульптур делается попытка возродить ценности того времени, когда "труд и спорт были в почёте" Мы зададимся другим вопросом: насколько удачно была реализована эта задача? А так же, займёмся поиском ответа на вопрос: какие именно, изваяния из советского прошлого, стали источниками - оригиналами в процессе их восстановления? . Обратим своё внимание на одно из таких восстановленных изваяний, входящих в число наиболее динамичных и потому наиболее сложных и для их создания, как в прошлом веке, так и для нынешнего возрождения. Мы имеем в виду скульптурную группу "Девушки с мячом", благо, что это изваяние избежало участи прочих скульптур, массово вознесённых на крышу торгового центра и это творение ещё можно "в деталях ", рассмотреть на земле. (О сложностях с восприятием скульптур, после из "вознесения на крышу ТЦ, можно прочитать забив в поисковик название статьи: "Уфимские скульптуры из времён СССР теперь стали "далеки от народа". Итак, первый, стоящий перед нами вопрос состоит в том: копией какого оригинала из советского прошлого является эта композиция? При выяснении этого вопроса окажется, что не удаётся отыскать оригинал, с которого могла была бы быть сделана эта копия с сохранением всех деталей оригинала. Однако, было обнаружено несколько скульптурных групп, созданных в далёкие 30- 50-е годы , не полностью идентичных , но близких по сюжету и исполнению к нашим "Девушкам". Первой, из этого перечня, рассмотрим скульптурную группу, предстающую перед зрителем, в том же составе из двух девушек, запечатлённых в момент спортивной борьбы за мяч. Она известна нам по репродукции, размещённой в журнале "Огонёк"(номер 32 за 1940 год). Автором скульптуры назван Г. Кранц. О творчестве скульптора Кранце Георгие Семеновиче, родившемся в 1905 году, выпускнике "Вхутемаса" 1929 года известно очень немного. Другим его творением, удостоенном упоминания в центральной прессе была скульптура "Мать и дитя". Все доступные нам сведения о, интересующей нас композиции этого автора, ограничены, уже названной нами, публикацией в "Огоньке". Вполне вероятно, что именно эта композиция, и явилась образцом для восстановления её в Уфимском варианте. Поэтому интересно будет рассмотреть в чём, производя на свет свой вариант копии оригинала, "уфимские мастера ваяния" следовали этому образцу из прошлого, а в чём они отошли от замысла и его исполнения своими предшественниками? Первое наше замечание будет касаться различий в передаче пластики игрового момента, запечатлённого в скульптуре . Заметим, между прочим, что девушки в исполнении Г.Кранца, как и в прочих изваяниях, где мяч обхвачен ладонями спортсменки, девушки, вопреки, приводимым подписям с названиями скульптур, играют не в волейбол, а, по всей видимости, в баскетбол. Так как, в волейболе правилами игры не предусмотрен захват и удерживание мяча в руках . В процессе игры в волейбол спортсмены лишь отбивают мяч кончиками пальцев или бьют по нему раскрытой ладонью, отправляя на площадку соперников. Если "Девушки" Кранца "зафиксированы" скульптором в момент обычной распасовки, когда одна спортсменка готова сделать бросок, а вторая готовится, брошенный мяч, принять, или отбить, о чём говорят руки "принимающей" обращённые в сторону мяча, который пока ещё, в руках её подруги, то в позициях занимаемых "уфимскими девушками" мы видим иную картину. Если положение девушки из уфимского ТЦ, владеющей мячом, мало отличается от позиции, которую, подобная ей, занимает в композиции Г. Кранца, то её "соперница" запечатлена в момент совершения действия мало понятного и оправданного. А именно, к мячу в руках "подруги из ТЦ", протянута только одна рука "соперницы", вторая рука опущена вниз и в борьбе за мяч не используется. Различие может показаться не принципиальным, в конце концов отбить мяч, или поставить блок на пути его движения, можно и одной рукой. Всё так , если бы не одно обстоятельство: ладонь руки, якобы готовой выбить мяч из рук соперницы, должна находиться ниже мяча, а при постановке блока, позиция той же ладони должна располагаться над мячом. Увы, в действительности ладонь руки "соперницы из ТЦ", находится, и ни снизу, и не сверху мяча, а в стороне от него, и к тому же, эта ладонь , своей внутренней раскрытой стороной направлена вверх, то есть опять в сторону от мяча, и такое положение руки спортсменки даже о намерении, вести предстоящую борьбу за мяч, не может свидетельствовать. В итоге этого сопоставления двух скульптурных групп заключаем, что уфимская скульптура не запечатлела, возможный в реальности, момент борьбы за мяч, который, вполне достоверно, зафиксирован в композиции Г. Кранца. И автор уфимской композиции не смог представить для обозревающих его творение зрителей, возможный в реальной жизни сюжет из спортивного единоборства, с борьбой за овладение мячом. В этом плане, считаем важным вспомнить указание мастера живописи эпохи советского прошлого, А.А. Дайнеки, который работал так же и над созданием скульптурных произведений на темы спорта. По его утверждению, динамичные образы и сцены из жизни спорта невозможно изображать, используя в качестве образца неподвижного натурщика, далее он призывал черпать вдохновение, сюжеты и образы непосредственно на спортивных площадках: "Поэтому я иду на стадион, на ринг"...) По всей видимости создатели уфимской восстановленной композиции пренебрегли этим советом мастера, и наблюдению за реальностью предпочли возможность воплощать в объеме надуманные сюжеты и сообщать о таких движениях и положениях тел, которые маловероятны в реальной жизни. Наверное такие, мягко говоря, неточности простительны автору, который в своём детстве явно не был приобщён к участию в игровых видах спорта, обязательных для каждого школьника во времена СССР и потому он представил нам вымышленную ситуацию из незнакомого ему вида спорта. Другой, нашему изваянию, наиболее близкой по сюжету, оказалась скульптура, которая некогда, в те же, советские времена, была установлена в Хабаровске. Облик этого изваяния, тоже дошёл до нас лишь в виде, сохранившейся с тех времён, фотографии. Если скульптура Г. Кранца отлична от уфимских "Девушек с мячом", тем, что девушка без мяча готова его принять, или отбить двумя руками, то скульптура двух "девушек с мячом", в прошлом, установленная в Хабаровске, предлагала для обозрения девушку, которая пытается уже, именно одной рукой, "обработать мяч", находящийся в руках её соперницы. Впрочем, при сопоставлении положения кистей рук девушек на скульптурах из Хабаровска и на скульптуре у нашего ТЦ, можно заметить серьёзное различие в положении кистей рук этих девушек. А именно, как можно видеть на фрагменте скульптуры из Хабаровска, ладонь "атакующей" спортсменки обращена внутренней стороной в сторону мяча, и эта ладонь расположена ниже мяча, что означает её готовность для захвата мяча , или для удара на нему. Фрагмент скульптуры из ТЦ Башкирия рисует такую позицию кисти руки спортсменки, из которой захват мяча невозможен, дальнейшее движение кисти руки этой спортсменки, возможно, только в противоположную от мяча сторону. В таком положении спортсменка лишена возможности проводить действия по овладению мячом, следовательно, и при эьтом сопоставлении, очевидно реалистичное отображение в борьбе за мяч в "хабаровской" скульптуре, отличающее её от, как казалось бы, полностью скопированной с неё, "уфимской" копии. Увы и в этом случае, копия уступает и этому возможному оригиналу в мастерстве и точности отображения момента динамичного спортивного эпизода. Другими словами, в уфимской скульптуре, мы имеем не реальный момент борьбы за мяч, а искусственную, далёкую от реальности, конструкцию. Впрочем, перечень подобий из советского прошлого, нашему изваянию, способный обнажить изъяны, рождённого в нашем городе слабого подражания, мало достойного своих предшественников, не исчерпан. Поиски таких подобий, приводят нас к ещё одному образцу из советского времени, увы так же, как и у прежнего, с отсутствующими сведениями об его авторе. Это творение, расположенное в настоящее время в географическом пункте Орехово, входящем в зону архитектурного обрамления канала "Москва-Волга" (Московская область, Дмитриевский район) являет нам образец сцены борьбы за мяч, лишённый того противоречия уфимскому изваянию, которое содержалось в "хабаровской"скульптуре. Отметим предварительно, что скульптурная композиция из Орехово включает в себя не два, а три персонажа, впрочем, третью фигуру, мужчины, непосредственно в борьбу за мяч не включённую, можно мысленно упустить, из числа наблюдаемых и анализируемых . Для нас сейчас важно вновь, сопоставить положение рук спортсменок, протянутых в сторону мяча, и здесь нам открываются такие обстоятельства: казалось бы, здесь положение кистей рук у спортсменок на скульптурах из Орехово и из ТЦ Башкирия идентичны. Однако, рассмотрим так же, и положение ног этих девушек, в том, и в другом, случае. Спортсменка "из Орехово" опирается на правую ногу, то есть занимает устойчивое положение, из которого может совершать последующие движения, уже рукой, в том числе и захват мяча. Совершенно иначе выглядит положение ног у спортсменки из ТЦ Башкирия. Вес тела не перенесён, ни на одну, из ног, положение её тела неустойчиво, спортсменка находится в момент её перемещения в сторону от "девушки с мячом", из такого неустойчивого положения совершать такие точные действия рукой, как захват мяча, или его отбивание, и выбивание, невозможно. Итак, спортсменка из Орехово так же, представлена нам, готовой к захвату, или выбиванию мяча, а спортсменка из ТЦ Башкирия, и при этом сопоставлении, не только не готова к борьбе за мяч, но и находится в момент своего движения от мяча, таким образом, в следующее мгновение её рука окажется ещё дальше от мяча, и так же, сама возможность, участия этой девушки в борьбе за мяч, станет ещё более отдалённой. Добавим к этому, что положение этой руки спортсменки могло бы соответствовать жесту девушки, провожающей уходящий поезд, или означать прощальный взмах рукой вслед, пролетающему мимо неё, мячу. Таким образом, в итоге предпринятых сопоставлений, попытки восстановления в Уфе скульптурной композиции с возможными источниками такого копирования - оригиналами, стало очевидным, что выполненная копия, серьёзно уступает всем вероятным источникам - оригиналам из советского прошлого. Спортсменки в скульптурной композиции, установленной в районе "Лайфстайл центра Башкирия" запечатлены в том положении, которое не является реальным моментом из подлинного сюжета спортивной борьбой за мяч, а рисует нам картину, с произвольно и хаотично, расположенными, мало связанными между собой, фигурами. Это ещё раз подтверждает мнение о том, что в скульптурной композиции у ТЦ Башкирия зафиксирован момент из, якобы, спортивной истории, и этот момент, как минимум случайный, и скорее всего, просто нереальный для сюжета действительного спортивного противостояния. В заключении, не станем занимать позицию злонамеренного торжества, но не можем не сказать, что предпринятую в Уфе, попытку, реализовать воспроизведение сюжета скульптур "Девушек с мячом" из советского прошлого нельзя признать удачной. Прототипы этого изваяния из советской эпохи, по степени правдивости, при отображении жизненных реалий, заметно превосходят, созданную в наше время копию.
  17. Сюжет восстановленной в Уфе, скульптуры из времени СССР, утратил реалистичность, ранее ей присущую. автор: Фарт Латыпов Изваяния, как бы, перенесённые на улицы города из 50-х годов прошлого века, в 2014 году появились в Уфе в скульптурном обрамлении бывшего торгового центра Башкирия, ныне именуемом, "Лайфстайл центр Башкирия". Вопрос об инициаторе такого действа, восстанавливающего знаковые изваяния из советского прошлого, как и вопрос о принципах, которым следовали скульпторы - исполнители, уже освещался в печати. Указывалось, что созданием скульптур делается попытка возродить ценности того времени, когда "труд и спорт были в почёте" http://ufa.bezformata.ru/listnews/bashkiriya-poyavilis-skulpturi-iz/22130143/ Мы зададимся другим вопросом: насколько удачно была реализована эта задача? А так же, займёмся поиском ответа на вопрос: какие именно, изваяния из советского прошлого, стали источниками - оригиналами в процессе их восстановления? . Обратим своё внимание на одно из таких восстановленных изваяний, входящих в число наиболее динамичных и потому наиболее сложных и для их создания, как в прошлом веке, так и для нынешнего возрождения. Мы имеем в виду скульптурную группу "Девушки с мячом", благо, что это изваяние избежало участи прочих скульптур, массово вознесённых на крышу торгового центра и это творение ещё можно "в деталях ", рассмотреть на земле. (О сложностях с восприятием скульптур, после из "вознесения на крышу ТЦ, читать здесь http://forum.topwar.ru/topic/28742-у ) Итак, первый, стоящий перед нами вопрос состоит в том: копией какого оригинала из советского прошлого является эта композиция? При выяснении этого вопроса окажется, что не удаётся отыскать оригинал, с которого могла была бы быть сделана эта копия с сохранением всех деталей оригинала. Однако, было обнаружено несколько скульптурных групп, созданных в далёкие 30- 50-е годы , не полностью идентичных , но близких по сюжету и исполнению к нашим "Девушкам". Первой, из этого перечня, рассмотрим скульптурную группу, предстающую перед зрителем, в том же составе из двух девушек, запечатлённых в момент спортивной борьбы за мяч. Она известна нам по репродукции, размещённой в журнале "Огонёк"(номер 32 за 1940 год). Автором скульптуры назван Г. Кранц. О творчестве скульптора Кранце Георгие Семеновиче, родившемся в 1905 году, выпускнике "Вхутемаса" 1929 года известно очень немного. Другим его творением, удостоенном упоминания в центральной прессе была скульптура "Мать и дитя". Все доступные нам сведения о, интересующей нас композиции этого автора, ограничены, уже названной нами, публикацией в "Огоньке". Вполне вероятно, что именно эта композиция, и явилась образцом для восстановления её в Уфимском варианте. Поэтому интересно будет рассмотреть в чём, производя на свет свой вариант копии оригинала, "уфимские мастера ваяния" следовали этому образцу из прошлого, а в чём они отошли от замысла и его исполнения своими предшественниками? Первое наше замечание будет касаться различий в передаче пластики игрового момента, запечатлённого в скульптуре . Заметим, между прочим, что девушки в исполнении Г.Кранца, как и в прочих изваяниях, где мяч обхвачен ладонями спортсменки, девушки, вопреки, приводимым подписям с названиями скульптур, играют не в волейбол, а, по всей видимости, в баскетбол. Так как, в волейболе правилами игры не предусмотрен захват и удерживание мяча в руках . В процессе игры в волейбол спортсмены лишь отбивают мяч кончиками пальцев или бьют по нему раскрытой ладонью, отправляя на площадку соперников. Если "Девушки" Кранца "зафиксированы" скульптором в момент обычной распасовки, когда одна спортсменка готова сделать бросок, а вторая готовится, брошенный мяч, принять, или отбить, о чём говорят руки "принимающей" обращённые в сторону мяча, который пока ещё, в руках её подруги, то в позициях занимаемых "уфимскими девушками" мы видим иную картину. Если положение девушки из уфимского ТЦ, владеющей мячом, мало отличается от позиции, которую, подобная ей, занимает в композиции Г. Кранца, то её "соперница" запечатлена в момент совершения действия мало понятного и оправданного. А именно, к мячу в руках "подруги из ТЦ", протянута только одна рука "соперницы", вторая рука опущена вниз и в борьбе за мяч не используется. Различие может показаться не принципиальным, в конце концов отбить мяч, или поставить блок на пути его движения, можно и одной рукой. Всё так , если бы не одно обстоятельство: ладонь руки, якобы готовой выбить мяч из рук соперницы, должна находиться ниже мяча, а при постановке блока, позиция той же ладони должна располагаться над мячом. Увы, в действительности ладонь руки "соперницы из ТЦ", находится, и ни снизу, и не сверху мяча, а в стороне от него, и к тому же, эта ладонь , своей внутренней раскрытой стороной направлена вверх, то есть опять в сторону от мяча, и такое положение руки спортсменки даже о намерении, вести предстоящую борьбу за мяч, не может свидетельствовать. В итоге этого сопоставления двух скульптурных групп заключаем, что уфимская скульптура не запечатлела, возможный в реальности, момент борьбы за мяч, который, вполне достоверно, зафиксирован в композиции Г. Кранца. И автор уфимской композиции не смог представить для обозревающих его творение зрителей, возможный в реальной жизни сюжет из спортивного единоборства, с борьбой за овладение мячом. В этом плане, считаем важным вспомнить указание мастера живописи эпохи советского прошлого, А.А. Дайнеки, который работал так же и над созданием скульптурных произведений на темы спорта. По его утверждению, динамичные образы и сцены из жизни спорта невозможно изображать, используя в качестве образца неподвижного натурщика, далее он призывал черпать вдохновение, сюжеты и образы непосредственно на спортивных площадках: "Поэтому я иду на стадион, на ринг"...) http://slib.ru/zdorovaya-rossiya/item/46-sport-v-iskusstve По всей видимости создатели уфимской восстановленной композиции пренебрегли этим советом мастера, и наблюдению за реальностью предпочли возможность воплощать в объеме надуманные сюжеты и сообщать о таких движениях и положениях тел, которые маловероятны в реальной жизни. Наверное такие, мягко говоря, неточности простительны автору, который в своём детстве явно не был приобщён к участию в игровых видах спорта, обязательных для каждого школьника во времена СССР и потому он представил нам вымышленную ситуацию из незнакомого ему вида спорта. Другой, нашему изваянию, наиболее близкой по сюжету, оказалась скульптура, которая некогда, в те же, советские времена, была установлена в Хабаровске. Облик этого изваяния, тоже дошёл до нас лишь в виде, сохранившейся с тех времён, фотографии. Если скульптура Г. Кранца отлична от уфимских "Девушек с мячом", тем, что девушка без мяча готова его принять, или отбить двумя руками, то скульптура двух "девушек с мячом", в прошлом, установленная в Хабаровске, предлагала для обозрения девушку, которая пытается уже, именно одной рукой, "обработать мяч", находящийся в руках её соперницы. Впрочем, при сопоставлении положения кистей рук девушек на скульптурах из Хабаровска и на скульптуре у нашего ТЦ, можно заметить серьёзное различие в положении кистей рук этих девушек. А именно, как можно видеть на фрагменте скульптуры из Хабаровска, ладонь "атакующей" спортсменки обращена внутренней стороной в сторону мяча, и эта ладонь расположена ниже мяча, что означает её готовность для захвата мяча , или для удара на нему. Фрагмент скульптуры из ТЦ Башкирия рисует такую позицию кисти руки спортсменки, из которой захват мяча невозможен, дальнейшее движение кисти руки этой спортсменки, возможно, только в противоположную от мяча сторону. В таком положении спортсменка лишена возможности проводить действия по овладению мячом, следовательно, и при эьтом сопоставлении, очевидно реалистичное отображение в борьбе за мяч в "хабаровской" скульптуре, отличающее её от, как казалось бы, полностью скопированной с неё, "уфимской" копии. Увы и в этом случае, копия уступает и этому возможному оригиналу в мастерстве и точности отображения момента динамичного спортивного эпизода. Другими словами, в уфимской скульптуре, мы имеем не реальный момент борьбы за мяч, а искусственную, далёкую от реальности, конструкцию. Впрочем, перечень подобий из советского прошлого, нашему изваянию, способный обнажить изъяны, рождённого в нашем городе слабого подражания, мало достойного своих предшественников, не исчерпан. Поиски таких подобий, приводят нас к ещё одному образцу из советского времени, увы так же, как и у прежнего, с отсутствующими сведениями об его авторе. Это творение, расположенное в настоящее время в географическом пункте Орехово, входящем в зону архитектурного обрамления канала "Москва-Волга" (Московская область, Дмитриевский район) являет нам образец сцены борьбы за мяч, лишённый того противоречия уфимскому изваянию, которое содержалось в "хабаровской"скульптуре. Отметим предварительно, что скульптурная композиция из Орехово включает в себя не два, а три персонажа, впрочем, третью фигуру, мужчины, непосредственно в борьбу за мяч не включённую, можно мысленно упустить, из числа наблюдаемых и анализируемых . Для нас сейчас важно вновь, сопоставить положение рук спортсменок, протянутых в сторону мяча, и здесь нам открываются такие обстоятельства: казалось бы, здесь положение кистей рук у спортсменок на скульптурах из Орехово и из ТЦ Башкирия идентичны. Однако, рассмотрим так же, и положение ног этих девушек, в том, и в другом, случае. Спортсменка "из Орехово" опирается на правую ногу, то есть занимает устойчивое положение, из которого может совершать последующие движения, уже рукой, в том числе и захват мяча. Совершенно иначе выглядит положение ног у спортсменки из ТЦ Башкирия. Вес тела не перенесён, ни на одну, из ног, положение её тела неустойчиво, спортсменка находится в момент её перемещения в сторону от "девушки с мячом", из такого неустойчивого положения совершать такие точные действия рукой, как захват мяча, или его отбивание, и выбивание, невозможно. Итак, спортсменка из Орехово так же, представлена нам, готовой к захвату, или выбиванию мяча, а спортсменка из ТЦ Башкирия, и при этом сопоставлении, не только не готова к борьбе за мяч, но и находится в момент своего движения от мяча, таким образом, в следующее мгновение её рука окажется ещё дальше от мяча, и так же, сама возможность, участия этой девушки в борьбе за мяч, станет ещё более отдалённой. Добавим к этому, что положение этой руки спортсменки могло бы соответствовать жесту девушки, провожающей уходящий поезд, или означать прощальный взмах рукой вслед, пролетающему мимо неё, мячу. Таким образом, в итоге предпринятых сопоставлений, попытки восстановления в Уфе скульптурной композиции с возможными источниками такого копирования - оригиналами, стало очевидным, что выполненная копия, серьёзно уступает всем вероятным источникам - оригиналам из советского прошлого. Спортсменки в скульптурной композиции, установленной в районе "Лайфстайл центра Башкирия" запечатлены в том положении, которое не является реальным моментом из подлинного сюжета спортивной борьбой за мяч, а рисует нам картину, с произвольно и хаотично, расположенными, мало связанными между собой, фигурами. Это ещё раз подтверждает мнение о том, что в скульптурной композиции у ТЦ Башкирия зафиксирован момент из, якобы, спортивной истории, и этот момент, как минимум случайный, и скорее всего, просто нереальный для сюжета действительного спортивного противостояния. В заключении, не станем занимать позицию злонамеренного торжества, но не можем не сказать, что предпринятую в Уфе, попытку, реализовать воспроизведение сюжета скульптур "Девушек с мячом" из советского прошлого нельзя признать удачной. Прототипы этого изваяния из советской эпохи, по степени правдивости, при отображении жизненных реалий, заметно превосходят, созданную в наше время копию.
  18. Сюжет восстановленной в Уфе, скульптуры из времени СССР, утратил реалистичность, ранее ей присущую. автор: Фарит Латыпов Изваяния, как бы, перенесённые на улицы города из 50-х годов прошлого века, в 2014 году появились в Уфе в скульптурном обрамлении бывшего торгового центра Башкирия, ныне именуемом, "Лайфстайл центр Башкирия". Вопрос об инициаторе такого действа, восстанавливающего знаковые изваяния из советского прошлого, как и вопрос о принципах, которым следовали скульпторы - исполнители, уже освещался в печати. Указывалось, что созданием скульптур делается попытка возродить ценности того времени, когда "труд и спорт были в почёте" http://ufa.bezformata.ru/listnews/bashkiriya-poyavilis-skulpturi-iz/22130143/ Мы зададимся другим вопросом: насколько удачно была реализована эта задача? А так же, займёмся поиском ответа на вопрос: какие именно, изваяния из советского прошлого, стали источниками - оригиналами в процессе их восстановления? . Обратим своё внимание на одно из таких восстановленных изваяний, входящих в число наиболее динамичных и потому наиболее сложных и для их создания, как в прошлом веке, так и для нынешнего возрождения. Мы имеем в виду скульптурную группу "Девушки с мячом", благо, что это изваяние избежало участи прочих скульптур, массово вознесённых на крышу торгового центра и это творение ещё можно "в деталях ", рассмотреть на земле. (О сложностях с восприятием скульптур, после из "вознесения на крышу ТЦ, можно прочитать здесь ) Итак, первый, стоящий перед нами вопрос состоит в том: копией какого оригинала из советского прошлого является эта композиция? При выяснении этого вопроса окажется, что не удаётся отыскать оригинал, с которого могла была бы быть сделана эта копия с сохранением всех деталей первоисточника. Однако, было обнаружено несколько скульптурных групп, созданных в далёкие 30- 50-е годы , не полностью идентичных , но близких по сюжету и исполнению к нашим "Девушкам". Первой, из этого перечня, рассмотрим скульптурную группу, предстающую перед зрителем, в том же составе из двух девушек, запечатлённых в момент спортивной борьбы за мяч. Она известна нам по репродукции, размещённой в журнале "Огонёк"(номер 32 за 1940 год). Автором скульптуры назван Г. Кранц. О творчестве скульптора Кранце Георгие Семеновиче, родившемся в 1905 году, выпускнике "Вхутемаса" 1929 года известно очень немного. Другим его творением, удостоенном упоминания в центральной прессе была скульптура "Мать и дитя". Все доступные нам сведения о, интересующей нас композиции этого автора, ограничены, уже названной нами, публикацией в "Огоньке". Вполне вероятно, что именно эта композиция, и явилась образцом для восстановления её в Уфимском варианте. Поэтому интересно будет рассмотреть в чём, производя на свет свой вариант копии оригинала, "уфимские мастера ваяния" следовали этому образцу из прошлого, а в чём они отошли от замысла и его исполнения своими предшественниками? Первое наше замечание будет касаться различий в передаче пластики игрового момента, запечатлённого в скульптуре . Заметим, между прочим, что девушки в исполнении Г.Кранца, как и в прочих изваяниях, где мяч обхвачен ладонями спортсменки, девушки, вопреки, приводимым подписям с названиями скульптур, играют не в волейбол, а, по всей видимости, в баскетбол. Так как, в волейболе правилами игры не предусмотрен захват и удерживание мяча в руках . В процессе игры в волейбол спортсмены лишь отбивают мяч кончиками пальцев, или бьют по нему раскрытой ладонью, отправляя на площадку соперников. Если допустить, что "Девушки" Кранца "зафиксированы" скульптором в момент обычной "распасовки", когда одна спортсменка готова сделать бросок, а вторая готовится, брошенный мяч, принять, или отбить, о чём говорят руки "принимающей" обращённые в сторону мяча, который пока ещё, в руках её подруги, то в позициях, занимаемых "уфимскими девушками", мы видим иную картину. Если положение "девушки из уфимского ТЦ" владеющей мячом, мало отличается от позиции, которую, подобная ей, занимает в композиции Г. Кранца, то её "соперница" запечатлена в момент совершения действия мало понятного и оправданного. А именно, к мячу в руках "подруги из ТЦ", протянута только одна рука "соперницы", вторая рука опущена вниз и в борьбе за мяч не используется. Различие может показаться не принципиальным, в конце концов, отбить мяч, или поставить блок на пути его движения, можно и одной рукой. Всё так , если бы не одно обстоятельство: ладонь руки, якобы готовой выбить мяч из рук соперницы, должна находиться ниже мяча, а при постановке блока, позиция той же ладони должна располагаться уже над мячом. Увы, в действительности ладонь руки "соперницы из ТЦ", находится, и ни снизу, и не сверху мяча, а в стороне от него, и к тому же, эта ладонь , своей внутренней раскрытой стороной направлена вверх, то есть опять в сторону от мяча, и такое положение руки спортсменки даже о намерении, вести предстоящую борьбу за мяч, не может свидетельствовать. В итоге этого сопоставления двух скульптурных групп заключаем, что уфимская скульптура не запечатлела, возможный в реальности, момент борьбы за мяч, который, вполне достоверно, зафиксирован в композиции Г. Кранца. И автор уфимской композиции не смог представить для обозревающих его творение зрителей, возможный в реальной жизни сюжет из спортивного единоборства, с борьбой за овладение мячом. В этом плане, считаем важным вспомнить указание мастера живописи эпохи советского прошлого, А.А. Дайнеки, который работал так же и над созданием скульптурных произведений на темы спорта. По его утверждению, динамичные образы и сцены из жизни спорта невозможно изображать, используя в качестве образца неподвижного натурщика, далее он призывал черпать вдохновение, сюжеты и образы непосредственно на спортивных площадках: "Поэтому я иду на стадион, на ринг"...) http://slib.ru/zdorovaya-rossiya/item/46-sport-v-iskusstve По всей видимости, создатели уфимской восстановленной композиции пренебрегли этим советом мастера, и наблюдению за реальностью предпочли возможность воплощать в объеме надуманные сюжеты и сообщать о таких движениях и положениях тел, которые маловероятны в реальной жизни. Наверное такие, мягко говоря, неточности простительны автору, который в своём детстве явно не был приобщён к участию в игровых видах спорта, обязательных для каждого школьника во времена СССР и потому он представил нам вымышленную ситуацию из незнакомого ему вида спорта. Другой, нашему изваянию, наиболее близкой по сюжету, оказалась скульптура, которая некогда, в те же, советские времена, была установлена в Хабаровске. Облик этого изваяния, тоже дошёл до нас лишь в виде, сохранившейся с тех времён, фотографии. Если скульптура Г. Кранца отлична от уфимских "Девушек с мячом", тем, что девушка без мяча готова его принять, или отбить двумя руками, то скульптура двух "девушек с мячом", в прошлом, установленная в Хабаровске, предлагала для обозрения девушку, которая пытается уже, именно одной рукой, "обработать мяч", находящийся в руках её соперницы. Впрочем, при сопоставлении положения кистей рук девушек на скульптурах из Хабаровска и на композиции у нашего ТЦ, можно заметить серьёзное различие в положении кистей рук этих девушек. А именно, как можно видеть на фрагменте скульптуры из Хабаровска, ладонь "атакующей" спортсменки обращена внутренней стороной в сторону мяча, и эта ладонь расположена ниже мяча, что означает её готовность для захвата мяча , или для удара по нему. Фрагмент скульптуры из ТЦ Башкирия рисует такую позицию кисти руки спортсменки, из которой захват мяча невозможен, дальнейшее движение кисти руки этой спортсменки, возможно, только в противоположную от мяча сторону. В таком положении спортсменка лишена возможности проводить действия по овладению мячом. Следовательно, и при этом сопоставлении, мы наблюдаем реалистичное отображение в борьбе за мяч в "хабаровской" скульптуре, отличающее её от, как казалось бы, полностью скопированной с неё, "уфимской" копии. Увы и в этом случае, копия уступает и этому возможному оригиналу в мастерстве и точности отображения момента динамичного спортивного эпизода. Другими словами, можем ещё раз убедиться в том, что в "уфимской скульптуре", мы имеем не реальный момент борьбы за мяч, а искусственную, далёкую от реальности, конструкцию. Впрочем, перечень подобий из советского прошлого, нашему изваянию, способный обнажить изъяны, рождённого в нашем городе слабого подражания, мало достойного своих предшественников, не исчерпан. Поиски таких подобий, приводят нас к ещё одному образцу из советского времени, увы так же, как и у прежнего, с отсутствующими сведениями об его авторе. Это творение, расположенное в настоящее время в географическом пункте Орехово, входящем в зону архитектурного обрамления канала "Москва-Волга" (Московская область, Дмитриевский район) являет нам образец сцены борьбы за мяч, лишённый того противоречия "уфимскому изваянию", которое содержалось в "хабаровской"скульптуре. Отметим предварительно, что скульптурная композиция из Орехово включает в себя не два, а три персонажа, впрочем, третью фигуру, мужчины, непосредственно, в борьбу за мяч не включённую, можно мысленно упустить, из числа наблюдаемых и анализируемых. Для нас сейчас важно вновь, сопоставить положение рук спортсменок, протянутых в сторону мяча, и здесь нам открываются такие обстоятельства: казалось бы, здесь положение кистей рук у спортсменок на скульптурах из Орехово и из ТЦ Башкирия идентичны. Однако, рассмотрим так же, и положение ног этих девушек, в том, и в другом, случае. Спортсменка "из Орехово" опирается на правую ногу, то есть занимает устойчивое положение, из которого может совершать последующие движения, уже рукой, в том числе и захват мяча. Совершенно иначе выглядит положение ног у спортсменки из ТЦ Башкирия. Вес тела не перенесён, ни на одну, из ног, положение её тела неустойчиво, спортсменка находится в момент её перемещения в сторону от "девушки с мячом", из такого неустойчивого положения совершать такие точные и энергичные действия рукой, как захват мяча, или его отбивание, и выбивание, невозможно. Итак, спортсменка из Орехово так же, представлена нам, готовой к захвату, или выбиванию мяча, а девушка из ТЦ Башкирия, и при этом сопоставлении, не только не готова к борьбе за мяч, но и находится в момент своего движения от мяча, таким образом, в следующее мгновение её рука окажется ещё дальше от мяча, и так же, сама возможность, участия этой девушки в борьбе за мяч, станет ещё более отдалённой. Добавим к этому, что положение этой руки спортсменки могло бы соответствовать жесту девушки, провожающей уходящий поезд, или означать прощальный взмах рукой вслед, пролетающему мимо неё, мячу. Таким образом, в итоге предпринятых сопоставлений, попытки восстановления в Уфе скульптурной композиции с возможными источниками такого копирования - оригиналами, стало очевидным, что выполненная копия, серьёзно уступает всем вероятным источникам - оригиналам из советского прошлого. Спортсменки в скульптурной композиции, установленной в районе "Лайфстайл центра Башкирия" запечатлены в том положении, которое не является реальным моментом из подлинного сюжета спортивной борьбой за мяч, а рисует нам картину, с произвольно и хаотично, расположенными, мало связанными между собой, фигурами. Это ещё раз подтверждает мнение о том, что в скульптурной композиции у ТЦ Башкирия зафиксирован момент из, якобы, спортивной истории, и этот момент, как минимум случайный, и скорее всего, просто нереальный для сюжета действительного спортивного противостояния. В заключении, не станем занимать позицию злонамеренного торжества, но не можем не сказать, что предпринятую в Уфе, попытку, реализовать воспроизведение сюжета скульптур "Девушек с мячом" из советского прошлого нельзя признать удачной. Прототипы этого изваяния из советской эпохи, по степени правдивости, при отображении жизненных реалий, заметно превосходят, созданную в наше время копию.
  19. автор: Фарит Латыпов Изваяния, как бы, перенесённые на улицы города из 50-х годов прошлого века, в 2014 году появились в Уфе в скульптурном обрамлении бывшего торгового центра Башкирия, ныне именуемом, "Лайфстайл центр Башкирия". Вопрос об инициаторе такого действа, восстанавливающего знаковые изваяния из советского прошлого, как и вопрос о принципах, которым следовали скульпторы - исполнители, уже освещался в печати. Указывалось, что созданием скульптур делается попытка возродить ценности того времени, когда "труд и спорт были в почёте" http://ufa.bezformata.ru/listnews/bashkiriya-poyavilis-skulpturi-iz/22130143/ Мы зададимся другим вопросом: насколько удачно была реализована эта задача? А так же, займёмся поиском ответа на вопрос: какие именно, изваяния из советского прошлого, стали источниками - оригиналами в процессе их восстановления? . Обратим своё внимание на одно из таких восстановленных изваяний, входящих в число наиболее динамичных и потому наиболее сложных и для их создания, как в прошлом веке, так и для нынешнего возрождения. Мы имеем в виду скульптурную группу "Девушки с мячом", благо, что это изваяние избежало участи прочих скульптур, массово вознесённых на крышу торгового центра и это творение ещё можно "в деталях ", рассмотреть на земле. (О сложностях с восприятием скульптур, после из "вознесения на крышу ТЦ, можно прочитать здесь ) Итак, первый, стоящий перед нами вопрос состоит в том: копией какого оригинала из советского прошлого является эта композиция? При выяснении этого вопроса окажется, что не удаётся отыскать оригинал, с которого могла была бы быть сделана эта копия с сохранением всех деталей первоисточника. Однако, было обнаружено несколько скульптурных групп, созданных в далёкие 30- 50-е годы , не полностью идентичных , но близких по сюжету и исполнению к нашим "Девушкам". Первой, из этого перечня, рассмотрим скульптурную группу, предстающую перед зрителем, в том же составе из двух девушек, запечатлённых в момент спортивной борьбы за мяч. Она известна нам по репродукции, размещённой в журнале "Огонёк"(номер 32 за 1940 год). Автором скульптуры назван Г. Кранц. О творчестве скульптора Кранце Георгие Семеновиче, родившемся в 1905 году, выпускнике "Вхутемаса" 1929 года известно очень немного. Другим его творением, удостоенном упоминания в центральной прессе была скульптура "Мать и дитя". Все доступные нам сведения о, интересующей нас композиции этого автора, ограничены, уже названной нами, публикацией в "Огоньке". Вполне вероятно, что именно эта композиция, и явилась образцом для восстановления её в Уфимском варианте. Поэтому интересно будет рассмотреть в чём, производя на свет свой вариант копии оригинала, "уфимские мастера ваяния" следовали этому образцу из прошлого, а в чём они отошли от замысла и его исполнения своими предшественниками? Первое наше замечание будет касаться различий в передаче пластики игрового момента, запечатлённого в скульптуре . Заметим, между прочим, что девушки в исполнении Г.Кранца, как и в прочих изваяниях, где мяч обхвачен ладонями спортсменки, девушки, вопреки, приводимым подписям с названиями скульптур, играют не в волейбол, а, по всей видимости, в баскетбол. Так как, в волейболе правилами игры не предусмотрен захват и удерживание мяча в руках . В процессе игры в волейбол спортсмены лишь отбивают мяч кончиками пальцев, или бьют по нему раскрытой ладонью, отправляя на площадку соперников. Если допустить, что "Девушки" Кранца "зафиксированы" скульптором в момент обычной "распасовки", когда одна спортсменка готова сделать бросок, а вторая готовится, брошенный мяч, принять, или отбить, о чём говорят руки "принимающей" обращённые в сторону мяча, который пока ещё, в руках её подруги, то в позициях, занимаемых "уфимскими девушками", мы видим иную картину. Если положение "девушки из уфимского ТЦ" владеющей мячом, мало отличается от позиции, которую, подобная ей, занимает в композиции Г. Кранца, то её "соперница" запечатлена в момент совершения действия мало понятного и оправданного. А именно, к мячу в руках "подруги из ТЦ", протянута только одна рука "соперницы", вторая рука опущена вниз и в борьбе за мяч не используется. Различие может показаться не принципиальным, в конце концов, отбить мяч, или поставить блок на пути его движения, можно и одной рукой. Всё так , если бы не одно обстоятельство: ладонь руки, якобы готовой выбить мяч из рук соперницы, должна находиться ниже мяча, а при постановке блока, позиция той же ладони должна располагаться уже над мячом. Увы, в действительности ладонь руки "соперницы из ТЦ", находится, и ни снизу, и не сверху мяча, а в стороне от него, и к тому же, эта ладонь , своей внутренней раскрытой стороной направлена вверх, то есть опять в сторону от мяча, и такое положение руки спортсменки даже о намерении, вести предстоящую борьбу за мяч, не может свидетельствовать. В итоге этого сопоставления двух скульптурных групп заключаем, что уфимская скульптура не запечатлела, возможный в реальности, момент борьбы за мяч, который, вполне достоверно, зафиксирован в композиции Г. Кранца. И автор уфимской композиции не смог представить для обозревающих его творение зрителей, возможный в реальной жизни сюжет из спортивного единоборства, с борьбой за овладение мячом. В этом плане, считаем важным вспомнить указание мастера живописи эпохи советского прошлого, А.А. Дайнеки, который работал так же и над созданием скульптурных произведений на темы спорта. По его утверждению, динамичные образы и сцены из жизни спорта невозможно изображать, используя в качестве образца неподвижного натурщика, далее он призывал черпать вдохновение, сюжеты и образы непосредственно на спортивных площадках: "Поэтому я иду на стадион, на ринг"...) http://slib.ru/zdorovaya-rossiya/item/46-sport-v-iskusstve По всей видимости, создатели уфимской восстановленной композиции пренебрегли этим советом мастера, и наблюдению за реальностью предпочли возможность воплощать в объеме надуманные сюжеты и сообщать о таких движениях и положениях тел, которые маловероятны в реальной жизни. Наверное такие, мягко говоря, неточности простительны автору, который в своём детстве явно не был приобщён к участию в игровых видах спорта, обязательных для каждого школьника во времена СССР и потому он представил нам вымышленную ситуацию из незнакомого ему вида спорта. Другой, нашему изваянию, наиболее близкой по сюжету, оказалась скульптура, которая некогда, в те же, советские времена, была установлена в Хабаровске. Облик этого изваяния, тоже дошёл до нас лишь в виде, сохранившейся с тех времён, фотографии. Если скульптура Г. Кранца отлична от уфимских "Девушек с мячом", тем, что девушка без мяча готова его принять, или отбить двумя руками, то скульптура двух "девушек с мячом", в прошлом, установленная в Хабаровске, предлагала для обозрения девушку, которая пытается уже, именно одной рукой, "обработать мяч", находящийся в руках её соперницы. Впрочем, при сопоставлении положения кистей рук девушек на скульптурах из Хабаровска и на композиции у нашего ТЦ, можно заметить серьёзное различие в положении кистей рук этих девушек. А именно, как можно видеть на фрагменте скульптуры из Хабаровска, ладонь "атакующей" спортсменки обращена внутренней стороной в сторону мяча, и эта ладонь расположена ниже мяча, что означает её готовность для захвата мяча , или для удара по нему. Фрагмент скульптуры из ТЦ Башкирия рисует такую позицию кисти руки спортсменки, из которой захват мяча невозможен, дальнейшее движение кисти руки этой спортсменки, возможно, только в противоположную от мяча сторону. В таком положении спортсменка лишена возможности проводить действия по овладению мячом. Следовательно, и при этом сопоставлении, мы наблюдаем реалистичное отображение в борьбе за мяч в "хабаровской" скульптуре, отличающее её от, как казалось бы, полностью скопированной с неё, "уфимской" копии. Увы и в этом случае, копия уступает и этому возможному оригиналу в мастерстве и точности отображения момента динамичного спортивного эпизода. Другими словами, можем ещё раз убедиться в том, что в "уфимской скульптуре", мы имеем не реальный момент борьбы за мяч, а искусственную, далёкую от реальности, конструкцию. Впрочем, перечень подобий из советского прошлого, нашему изваянию, способный обнажить изъяны, рождённого в нашем городе слабого подражания, мало достойного своих предшественников, не исчерпан. Поиски таких подобий, приводят нас к ещё одному образцу из советского времени, увы так же, как и у прежнего, с отсутствующими сведениями об его авторе. Это творение, расположенное в настоящее время в географическом пункте Орехово, входящем в зону архитектурного обрамления канала "Москва-Волга" (Московская область, Дмитриевский район) являет нам образец сцены борьбы за мяч, лишённый того противоречия "уфимскому изваянию", которое содержалось в "хабаровской"скульптуре. Отметим предварительно, что скульптурная композиция из Орехово включает в себя не два, а три персонажа, впрочем, третью фигуру, мужчины, непосредственно, в борьбу за мяч не включённую, можно мысленно упустить, из числа наблюдаемых и анализируемых. Для нас сейчас важно вновь, сопоставить положение рук спортсменок, протянутых в сторону мяча, и здесь нам открываются такие обстоятельства: казалось бы, здесь положение кистей рук у спортсменок на скульптурах из Орехово и из ТЦ Башкирия идентичны. Однако, рассмотрим так же, и положение ног этих девушек, в том, и в другом, случае. Спортсменка "из Орехово" опирается на правую ногу, то есть занимает устойчивое положение, из которого может совершать последующие движения, уже рукой, в том числе и захват мяча. Совершенно иначе выглядит положение ног у спортсменки из ТЦ Башкирия. Вес тела не перенесён, ни на одну, из ног, положение её тела неустойчиво, спортсменка находится в момент её перемещения в сторону от "девушки с мячом", из такого неустойчивого положения совершать такие точные и энергичные действия рукой, как захват мяча, или его отбивание, и выбивание, невозможно. Итак, спортсменка из Орехово так же, представлена нам, готовой к захвату, или выбиванию мяча, а девушка из ТЦ Башкирия, и при этом сопоставлении, не только не готова к борьбе за мяч, но и находится в момент своего движения от мяча, таким образом, в следующее мгновение её рука окажется ещё дальше от мяча, и так же, сама возможность, участия этой девушки в борьбе за мяч, станет ещё более отдалённой. Добавим к этому, что положение этой руки спортсменки могло бы соответствовать жесту девушки, провожающей уходящий поезд, или означать прощальный взмах рукой вслед, пролетающему мимо неё, мячу. Таким образом, в итоге предпринятых сопоставлений, попытки восстановления в Уфе скульптурной композиции с возможными источниками такого копирования - оригиналами, стало очевидным, что выполненная копия, серьёзно уступает всем вероятным источникам - оригиналам из советского прошлого. Спортсменки в скульптурной композиции, установленной в районе "Лайфстайл центра Башкирия" запечатлены в том положении, которое не является реальным моментом из подлинного сюжета спортивной борьбой за мяч, а рисует нам картину, с произвольно и хаотично, расположенными, мало связанными между собой, фигурами. Это ещё раз подтверждает мнение о том, что в скульптурной композиции у ТЦ Башкирия зафиксирован момент из, якобы, спортивной истории, и этот момент, как минимум случайный, и скорее всего, просто нереальный для сюжета действительного спортивного противостояния. В заключении, не станем занимать позицию злонамеренного торжества, но не можем не сказать, что предпринятую в Уфе, попытку, реализовать воспроизведение сюжета скульптур "Девушек с мячом" из советского прошлого нельзя признать удачной. Прототипы этого изваяния из советской эпохи, по степени правдивости, при отображении жизненных реалий, заметно превосходят, созданную в наше время копию.
  20. Сюжет восстановленной в Уфе, скульптуры из времени СССР, утратил реалистичность, ранее ей присущую. автор: Фарит Латыпов Изваяния, как бы, перенесённые на улицы города из 50-х годов прошлого века, в 2014 году появились в Уфе в скульптурном обрамлении бывшего торгового центра Башкирия, ныне именуемом, "Лайфстайл центр Башкирия". Вопрос об инициаторе такого действа, восстанавливающего знаковые изваяния из советского прошлого, как и вопрос о принципах, которым следовали скульпторы - исполнители, уже освещался в печати. Указывалось, что созданием скульптур делается попытка возродить ценности того времени, когда "труд и спорт были в почёте" http://ufa.bezformata.ru/listnews/bashkiriya-poyavilis-skulpturi-iz/22130143/ Мы зададимся другим вопросом: насколько удачно была реализована эта задача? А так же, займёмся поиском ответа на вопрос: какие именно, изваяния из советского прошлого, стали источниками - оригиналами в процессе их восстановления? . Обратим своё внимание на одно из таких восстановленных изваяний, входящих в число наиболее динамичных и потому наиболее сложных и для их создания, как в прошлом веке, так и для нынешнего возрождения. Мы имеем в виду скульптурную группу "Девушки с мячом", благо, что это изваяние избежало участи прочих скульптур, массово вознесённых на крышу торгового центра и это творение ещё можно "в деталях ", рассмотреть на земле. (О сложностях с восприятием скульптур, после из "вознесения на крышу ТЦ, можно прочитать здесь ) Итак, первый, стоящий перед нами вопрос состоит в том: копией какого оригинала из советского прошлого является эта композиция? При выяснении этого вопроса окажется, что не удаётся отыскать оригинал, с которого могла была бы быть сделана эта копия с сохранением всех деталей первоисточника. Однако, было обнаружено несколько скульптурных групп, созданных в далёкие 30- 50-е годы , не полностью идентичных , но близких по сюжету и исполнению к нашим "Девушкам". Первой, из этого перечня, рассмотрим скульптурную группу, предстающую перед зрителем, в том же составе из двух девушек, запечатлённых в момент спортивной борьбы за мяч. Она известна нам по репродукции, размещённой в журнале "Огонёк"(номер 32 за 1940 год). Автором скульптуры назван Г. Кранц. О творчестве скульптора Кранце Георгие Семеновиче, родившемся в 1905 году, выпускнике "Вхутемаса" 1929 года известно очень немного. Другим его творением, удостоенном упоминания в центральной прессе была скульптура "Мать и дитя". Все доступные нам сведения о, интересующей нас композиции этого автора, ограничены, уже названной нами, публикацией в "Огоньке". Вполне вероятно, что именно эта композиция, и явилась образцом для восстановления её в Уфимском варианте. Поэтому интересно будет рассмотреть в чём, производя на свет свой вариант копии оригинала, "уфимские мастера ваяния" следовали этому образцу из прошлого, а в чём они отошли от замысла и его исполнения своими предшественниками? Первое наше замечание будет касаться различий в передаче пластики игрового момента, запечатлённого в скульптуре . Заметим, между прочим, что девушки в исполнении Г.Кранца, как и в прочих изваяниях, где мяч обхвачен ладонями спортсменки, девушки, вопреки, приводимым подписям с названиями скульптур, играют не в волейбол, а, по всей видимости, в баскетбол. Так как, в волейболе правилами игры не предусмотрен захват и удерживание мяча в руках . В процессе игры в волейбол спортсмены лишь отбивают мяч кончиками пальцев, или бьют по нему раскрытой ладонью, отправляя на площадку соперников. Если допустить, что "Девушки" Кранца "зафиксированы" скульптором в момент обычной "распасовки", когда одна спортсменка готова сделать бросок, а вторая готовится, брошенный мяч, принять, или отбить, о чём говорят руки "принимающей" обращённые в сторону мяча, который пока ещё, в руках её подруги, то в позициях, занимаемых "уфимскими девушками", мы видим иную картину. Если положение "девушки из уфимского ТЦ" владеющей мячом, мало отличается от позиции, которую, подобная ей, занимает в композиции Г. Кранца, то её "соперница" запечатлена в момент совершения действия мало понятного и оправданного. А именно, к мячу в руках "подруги из ТЦ", протянута только одна рука "соперницы", вторая рука опущена вниз и в борьбе за мяч не используется. Различие может показаться не принципиальным, в конце концов, отбить мяч, или поставить блок на пути его движения, можно и одной рукой. Всё так , если бы не одно обстоятельство: ладонь руки, якобы готовой выбить мяч из рук соперницы, должна находиться ниже мяча, а при постановке блока, позиция той же ладони должна располагаться уже над мячом. Увы, в действительности ладонь руки "соперницы из ТЦ", находится, и ни снизу, и не сверху мяча, а в стороне от него, и к тому же, эта ладонь , своей внутренней раскрытой стороной направлена вверх, то есть опять в сторону от мяча, и такое положение руки спортсменки даже о намерении, вести предстоящую борьбу за мяч, не может свидетельствовать. В итоге этого сопоставления двух скульптурных групп заключаем, что уфимская скульптура не запечатлела, возможный в реальности, момент борьбы за мяч, который, вполне достоверно, зафиксирован в композиции Г. Кранца. И автор уфимской композиции не смог представить для обозревающих его творение зрителей, возможный в реальной жизни сюжет из спортивного единоборства, с борьбой за овладение мячом. В этом плане, считаем важным вспомнить указание мастера живописи эпохи советского прошлого, А.А. Дайнеки, который работал так же и над созданием скульптурных произведений на темы спорта. По его утверждению, динамичные образы и сцены из жизни спорта невозможно изображать, используя в качестве образца неподвижного натурщика, далее он призывал черпать вдохновение, сюжеты и образы непосредственно на спортивных площадках: "Поэтому я иду на стадион, на ринг"...) http://slib.ru/zdorovaya-rossiya/item/46-sport-v-iskusstve По всей видимости, создатели уфимской восстановленной композиции пренебрегли этим советом мастера, и наблюдению за реальностью предпочли возможность воплощать в объеме надуманные сюжеты и сообщать о таких движениях и положениях тел, которые маловероятны в реальной жизни. Наверное такие, мягко говоря, неточности простительны автору, который в своём детстве явно не был приобщён к участию в игровых видах спорта, обязательных для каждого школьника во времена СССР и потому он представил нам вымышленную ситуацию из незнакомого ему вида спорта. Другой, нашему изваянию, наиболее близкой по сюжету, оказалась скульптура, которая некогда, в те же, советские времена, была установлена в Хабаровске. Облик этого изваяния, тоже дошёл до нас лишь в виде, сохранившейся с тех времён, фотографии. Если скульптура Г. Кранца отлична от уфимских "Девушек с мячом", тем, что девушка без мяча готова его принять, или отбить двумя руками, то скульптура двух "девушек с мячом", в прошлом, установленная в Хабаровске, предлагала для обозрения девушку, которая пытается уже, именно одной рукой, "обработать мяч", находящийся в руках её соперницы. Впрочем, при сопоставлении положения кистей рук девушек на скульптурах из Хабаровска и на композиции у нашего ТЦ, можно заметить серьёзное различие в положении кистей рук этих девушек. А именно, как можно видеть на фрагменте скульптуры из Хабаровска, ладонь "атакующей" спортсменки обращена внутренней стороной в сторону мяча, и эта ладонь расположена ниже мяча, что означает её готовность для захвата мяча , или для удара по нему. Фрагмент скульптуры из ТЦ Башкирия рисует такую позицию кисти руки спортсменки, из которой захват мяча невозможен, дальнейшее движение кисти руки этой спортсменки, возможно, только в противоположную от мяча сторону. В таком положении спортсменка лишена возможности проводить действия по овладению мячом. Следовательно, и при этом сопоставлении, мы наблюдаем реалистичное отображение в борьбе за мяч в "хабаровской" скульптуре, отличающее её от, как казалось бы, полностью скопированной с неё, "уфимской" копии. Увы и в этом случае, копия уступает и этому возможному оригиналу в мастерстве и точности отображения момента динамичного спортивного эпизода. Другими словами, можем ещё раз убедиться в том, что в "уфимской скульптуре", мы имеем не реальный момент борьбы за мяч, а искусственную, далёкую от реальности, конструкцию. Впрочем, перечень подобий из советского прошлого, нашему изваянию, способный обнажить изъяны, рождённого в нашем городе слабого подражания, мало достойного своих предшественников, не исчерпан. Поиски таких подобий, приводят нас к ещё одному образцу из советского времени, увы так же, как и у прежнего, с отсутствующими сведениями об его авторе. Это творение, расположенное в настоящее время в географическом пункте Орехово, входящем в зону архитектурного обрамления канала "Москва-Волга" (Московская область, Дмитриевский район) являет нам образец сцены борьбы за мяч, лишённый того противоречия "уфимскому изваянию", которое содержалось в "хабаровской"скульптуре. Отметим предварительно, что скульптурная композиция из Орехово включает в себя не два, а три персонажа, впрочем, третью фигуру, мужчины, непосредственно, в борьбу за мяч не включённую, можно мысленно упустить, из числа наблюдаемых и анализируемых. Для нас сейчас важно вновь, сопоставить положение рук спортсменок, протянутых в сторону мяча, и здесь нам открываются такие обстоятельства: казалось бы, здесь положение кистей рук у спортсменок на скульптурах из Орехово и из ТЦ Башкирия идентичны. Однако, рассмотрим так же, и положение ног этих девушек, в том, и в другом, случае. Спортсменка "из Орехово" опирается на правую ногу, то есть занимает устойчивое положение, из которого может совершать последующие движения, уже рукой, в том числе и захват мяча. Совершенно иначе выглядит положение ног у спортсменки из ТЦ Башкирия. Вес тела не перенесён, ни на одну, из ног, положение её тела неустойчиво, спортсменка находится в момент её перемещения в сторону от "девушки с мячом", из такого неустойчивого положения совершать такие точные и энергичные действия рукой, как захват мяча, или его отбивание, и выбивание, невозможно. Итак, спортсменка из Орехово так же, представлена нам, готовой к захвату, или выбиванию мяча, а девушка из ТЦ Башкирия, и при этом сопоставлении, не только не готова к борьбе за мяч, но и находится в момент своего движения от мяча, таким образом, в следующее мгновение её рука окажется ещё дальше от мяча, и так же, сама возможность, участия этой девушки в борьбе за мяч, станет ещё более отдалённой. Добавим к этому, что положение этой руки спортсменки могло бы соответствовать жесту девушки, провожающей уходящий поезд, или означать прощальный взмах рукой вслед, пролетающему мимо неё, мячу. Таким образом, в итоге предпринятых сопоставлений, попытки восстановления в Уфе скульптурной композиции с возможными источниками такого копирования - оригиналами, стало очевидным, что выполненная копия, серьёзно уступает всем вероятным источникам - оригиналам из советского прошлого. Спортсменки в скульптурной композиции, установленной в районе "Лайфстайл центра Башкирия" запечатлены в том положении, которое не является реальным моментом из подлинного сюжета спортивной борьбой за мяч, а рисует нам картину, с произвольно и хаотично, расположенными, мало связанными между собой, фигурами. Это ещё раз подтверждает мнение о том, что в скульптурной композиции у ТЦ Башкирия зафиксирован момент из, якобы, спортивной истории, и этот момент, как минимум случайный, и скорее всего, просто нереальный для сюжета действительного спортивного противостояния. В заключении, не станем занимать позицию злонамеренного торжества, но не можем не сказать, что предпринятую в Уфе, попытку, реализовать воспроизведение сюжета скульптур "Девушек с мячом" из советского прошлого нельзя признать удачной. Прототипы этого изваяния из советской эпохи, по степени правдивости, при отображении жизненных реалий, заметно превосходят, созданную в наше время копию.
  21. Уфимские скульптуры из времён СССР теперь стали "далеки от народа"

    На эту мою статью откликнулась команда Торгового центра Башкирия. Критика была принята, было сказано, что решение о "вознесении" скульптур было принято в качестве "вынужденной меры" в борьбе с вандализмом, и было заявлено о возможном впоследствии возвращении скульптур на землю. Привожу далее содержание этого отклика: https://vk.com/bashkirialifestyle?w=wall-90325410_3233 Григорий Молоканов В первую очередь огромное спасибо за статью, мы всегда рады не равнодушным к центру людям. Возможно что в рамках борьбы с вандалами мы приняли неверное решение о переносе скульптур на крышу центра, и в будущем все равно вернемся к первоначальному месту размещения. Команда ЛСЦ Башкирия ведет работы по созданию паркового пространства, обращая внимания на красоту, чистоту, безопасность и функциональность прилегающей территории. В прошлом году мы занимались озеленением, монтажом дополнительного освещения, реконструкцией сцены и организацией открытого всесезонного тренажерного комплекса. В этом году улучшили охрану, добавив работников и видеокамер.Увеличили песочницу для детей. Организовали дополнительное асфальтовое покрытие в аллею для удобства прогулок с колясками. Закупили современное звуковое оборудование, и теперь проводим музыкальные концерты каждую неделю . Также готовим к открытию поле для мини футбола и скалодром для маленьких детей. Призываем жителей Уфы, вступать в диалог с нами , для принятия лучших решений в организации нашего дружелюбного общественного пространства. С любовью к городу и его жителям - команда лайфстайл центра Башкирия.
  22. Уфимские скульптуры из времён СССР теперь стали "далеки от народа"

    В этих утверждениях автора комментария звучат ноты "квасного патриотизма", противоречащие , кроме прочего, восприятию исторически достоверного облика Петра I . Так в, отмеченном комментатором, облачении Петра I в "европейский костюм" нет ничего противоречащего исторически правдивому портрету императора, который, как известно, именно в Европу "прорубил окно, и не только облачался в европейские одежды, сам, но и требовал такого-же от своего окружения. На скульптуре Петра вблизи с Ростральной колонной он изображён не в окружении вражеских кораблей, а в окружении носов российских кораблей, к тому времени погибших, таким образом, композиция этой "колонны с Петром", призванная, воспевать победы российского флота, в реальности, исполненная Церетелли, объективно, напоминала о событиях, трагических для российского флота и моряков этого флота, и вовсе не говорила о близости Петра кораблям врага, якобы заявленной, в этой скульптуре Церетелли, и в чём, упрекается и автор, якобы, сочувствующий Церетелли и даже подозреваемый в родстве с ним, и этот автор, по мнению комментатора, и есть именно я. При этом, в действительности, всё сказанное этим комментатором, исключительно, "высосано из пальца" и есть пустое "словоблудие".
  23. Уфимские скульптуры из времён СССР теперь стали "далеки от народа"

    Другие мои статьи о скульптуре СССР в г. Уфе можно посмотреть здесь: 1. Скульптура времён СССР, восстановленная в уфимском парке, может прославить город и привлечь поток туристов. http://forum.topwar.ru/topic/18194-с 2.Уфимская скульптура периода СССР была копией шедевра из музейного собрания в Риме http://forum.topwar.ru/topic/18283-у 3. Ещё одна скульптура из советского прошлого,восстановленная в парке Уфы, может быть отнесена к числу оригинальных и уникальных. http://forum.topwar.ru/topic/18458-е 4. Уфимские скульптуры из времён СССР теперь стали "далеки от народа" http://forum.topwar.ru/topic/28742-у К О М М Е Н ТА Р И И Эта скульптура "Пантеры на шаре" вернулась на своё место в уфимском парке https://kudaufa.ru/place/park-im-salavata-julaeva/ И дело не в, упущенных при восстановлении деталях, а наоборот, в деталях дополнительно добавленных. http://u7a.ru/articles/culture/8991
  24. Уфимская скульптура периода СССР была копией шедевра из музейного собрания в Риме

    При переходе на твой блок выдаётся такая картинка. Речи твои, конечно, сладкие, но влезать в твои такие заманчивые объятия нет желания.
  25. Уфимская скульптура периода СССР была копией шедевра из музейного собрания в Риме. автор: Фарит Латыпов. Подлежащая восстановлению, уфимская скульптура периода СССР "Мальчик вынимающий занозу, была копией с копии шедевра из музейного собрания в Риме. Мы уже указывали ранее, на заявленные планы восстановления в Уфе одной из скульптур периода СССР "Мальчик вынимающий занозу", являвшейся одной из копий оригинала, хранящихся во многих крупнейших музеях мира, в том числе: (в Риме в Капитолийском музее и во Дворце Консерваторов, и в Британском музее), в нашей стране копии "Мальчика..." были выставлены вблизи Галереи Гонзаго в Павловске (СПБ), а также одна расположена в Крыму в заповеднике Никитского ботанического сада. http://forum.topwar.ru/topic/18194-скульптура-времён-ссср www.allufa.ru/news/obshchestvo/---v-ufe-na-kryshe-kinoteatra-pobeda-ustanovili-pamyatnik-voin-osvoboditel-rabotnik-i-kolkhoznitsa/ Понятно, что актуальной задачей, стоящей перед скульпторами, решающими задачу восстановления утраченного изваяния, является достижение наиболее полного соответствия восстанавливаемого облика с исходным оригиналом. И этот оригинал (он же копия, так как, сам этот шедевр 1-го века нашей эры дошёл до нас не в авторском исполнении, а в виде римских и более поздних копий) он известен нам лишь по сохранившимся фотографиям, увы, совсем не многочисленным, а точнее , лишь одной, из числа нам известных, достаточно масштабной, чтобы она могла позволять судить о деталях этой скульптурной композиции. Очень сложна, и даже, практически невыполнима, задача , отслеживания того пути , который был проделан уфимской копией "Мальчика..." через цепь многократных копирований от одной из копий, хранящихся в одном из европейских музеев, до её установки в 50-е годы ХХ века на площадке перед уфимским кинотеатром "Победа". Для проведения сопоставительного сравнения копии "уфимского Мальчика..." и копий, служивших для этой копии оригиналом, нами была предпринятая попытка сопоставления наиболее выразительных и сложных композиционно, участков этих скульптур, на которых воспроизведены изображения положения пальцев кисти правой руки "Мальчика..." в соотношении положения этой кисти к подошве его левой ноги, откуда и извлекается заноза. По итогам этого сопоставления стало очевидным, что наиболее близким, по взаимному расположению элементов, составляющих этот композиционный блок, к скульптуре "Мальчика.." из Уфы, является копия"Мальчика...", хранящаяся в собрании "Капитолийские музеи" (Рим) Причём, при внимательном рассмотрении, как копии, так и оригинала, можно заметить, что, если расположение правой кисти мальчика по отношению к ступне левой ноги в "уфимской" копии и у "Капитолийской копии" "Мальчиков..." , служившей, вероятно, уфимской и ей подобным копиям, оригиналом( оригиналом, вероятно, не непосредственным, а, проходившей предварительные "промежуточные" стадии копирования, и ставшие в итоге моделью для копирования "уфимского мальчика"), совпадают в общих чертах, но имеют различия частные. Так если у "уфимского мальчика" пальцы левой кисти собраны в кулак, то у "Капитолийского" отдельные пальцы частично раскрыты и отстоят от прочих. В числе таких "не прижатых пальцев"именно"мизинец, большой и указательный" оказались не случайно, так как именно такое положение пальцев, позволяло скульптору более естественно воссоздать процесс "выщипывания занозы" с участием именно этих пальцев(большого и указательного). Однако, как уже отмечалось, такого "отдельного" положения пальцев правой кисти "Мальчика..." в "уфимской копии не наблюдается. Такое отличие в "уфимской копии "Мальчика..." можно объяснить сложностью процесса копирования и изготовления форм (матриц) отливок таких мелких и тонких деталей, как отдельные пальцы. В результате таких сложностей, изготовители копий могли исправлять отливки слепков, которые не позволяли получить повторение кисти с отдельными "не прижатыми пальцами" , Таким образом, вероятно изготовители копий упрощали свою задачу, избегая копирование отдельных мелких и требующих дополнительных усилий и особой старательности исполнителей,прибегая к упрощению своей задачи, заменяя модель, предназначенной для копирования кисти с отдельными пальцами, на упрощённую модель кисти с пальцами "сжатыми в кулак". Впрочем, нельзя полностью исключить и вариант выбора изготовителями копии, упрощённого варианта кисти, как выбора, сделанного в пользу "кисти с пальцами сжатыми в кулак" изначально и сознательно, когда они при этом, они руководствовались стремлением, хотя бы отчасти, обезопасить изваяние от последствий, актов вандализма. Поскольку у, выставляемой в общественных местах скульптуры, именно отдельные пальцы изваяния становились первоочередным объектом атак вандалов. Итак, с учётом названных уточнений и разъяснений, у нас имеются достаточные основания считать "уфимскую копию" скульптуры "Мальчика вынимающего занозу", копией с копии одноимённого шедевра из музейного собрания в Риме (Капитолийские музеи). Речь может идти о копии, полученной, по всей вероятности, не непосредственно с музейной копии - оригинала, а в результате одного из циклов многократного повторного копирования). При проведении восстановительных работ с этой копией, в нашем городе, изменения внесённые в "уфимскую копию"Мальчика..." должны быть сохранены и воспроизводиться с предпринятыми в 50-е годы исправлениями и дополнениями ( проводить воссоздание кисти именно с пальцами "сжатыми в кулак"). Так как, хотя современные технологии и позволяют во многом, обойти сложности с копированием таких мелких и хрупких деталей, таких как, отдельные пальцы кисти руки, однако эти технологии не решают проблему "вандальных атак", видимо,определивших в своё время, подмену, при копировании, "отдельных пальцев" на "сжатые в кулак", атак, остающихся актуальными, и в наш век цифровых и нанотехнологий.
×