Перейти к публикации

Юрий Мощенский

Новичок
  • Публикации

    2
  • Зарегистрирован

  • Посещение

Репутация

0 Нейтральный
  1. Начать эту статью нужно бы было с этого: http://politikus.ru/events/4347-kak-ivan-kozhedub-amerikancev-sbil.html
  2. Более 60 лет назад в небе Кореи шли жесточайшие воздушные бои между советскими и американскими истребителями. Символами той войны стали советский МиГ-15 и американский F-86 «Сейбр» — лучшие истребители своего времени, очень похожие внешне и примерно равные по своим боевым возможностям, так что исход боя решало лишь мастерство пилотов. И «сталинские соколы» вышли из этой схватки победителями.... Забытая война В России о Корейской войне помнят разве что любители военной истории. Тогда в едином воздушном пространстве сошлись первые реактивные истребители со стреловидным крылом F-86 Sabre и МиГ-15. Две конструкторские школы, наша и американская, две сверхдержавы впервые мерялись силой друг с другом, хоть и за спинами северных и южных корейцев. Это последние воздушные бои, где использовались исключительно пушки и пулеметы. Спустя несколько лет, во Вьетнаме, ракеты полностью изменят тактику воздушного боя. В Корее же все сражения шли жесточайшим ближним боем, dogfight (свалкой), как говорят американцы. «Корейская война 1950–1953 гг., едва не переросшая в Третью мировую, была первой — и единственной — полномасштабной воздушной войной реактивной эры. Именно в небе Кореи «сталинские соколы» впервые сошлись в бою с «американскими ястребами». И, несмотря на огромное численное преимущество авиации США и их союзников, несмотря на то, что американцы бросили в бой свои лучшие авиачасти и новейшую технику, советские асы вышли из этой схватки победителями. Однако более трети века правда о подвигах наших летчиков и зенитчиков в Корее оставалась тайной за семью печатями. Треть века эта война была в СССР неизвестной, «засекреченной» войной. Треть века ее герои вынуждены были молчать о своем прошлом. Да и теперь достойные работы по истории Корейской войны можно буквально пересчитать по пальцам. И эта книга среди них — лучшая». «Красные дьяволы» в небе Кореи. Советская авиация в войне 1950–1953 гг. Хроника воздушных сражений. — М.: Яуза; Эксмо, 2007. — 704 с. — (Сталинские соколы).ISBN 978-5-699-19160-4 Вступление В декабре 1945 года на Московском совещании министров иностранных дел СССР, США и Великобритании было выработано решение по Корее, где, в частности, было предусмотрено формирование единого государства и единого общего правительства. Однако США с самого начала стали саботировать выполнение Московского соглашения и в мае 1948-го, вопреки национальным чаяниям корейского народа, были инсценированы выборы в Южной Корее. В августе была создана Корейская республика, во со ставленником США, бывшим профессором Вашингтонского университета Ли Сын Маном. С этого момента началось и военное противостояние двух государств, что в свое время и привело к тайной войне между США и СССР. Военные и политики в США искусственно разыграли «корейскую карту», нагнетая обстановку на Корейском полуострове: наращивалось военное присутствие США в Южной Корее, завозилось в большом количестве вооружение, усиленно велась подготовка и создание вооруженных сил Южной Кореи. Корейская война началась летом 1950 года и закончилась летом 1953-го. Воевали между собой корейцы Севера и Юга, воевали две системы. Система социалистическая и система капиталистическая. В результате этой трехлетней войны, в которую ввязались американцы и их сателлиты под флагом ООН — с одной стороны, Китай и Советский Союз — с другой, ничего не изменилось, так как и границы между воюющими странами, и их государственное устройство остались прежними. Администрация президента Гарри Трумэна твердо придерживалась курса на "сдерживание коммунизма" и немедленно санкционировала отправку в Корею американских войск. По инициативе США Совет Безопасности ООН в отсутствие советского представителя принял резолюцию, призывающую государства - члены ООН использовать свои войска для отражения агрессии. В Корею были переброшены американские войска, составившие основу войск ООН. Кроме того, сюда направили свои контингенты Великобритания, Турция, Бельгия, Греция, Колумбия, Индия, Филиппины и Таиланд. Австралия выделила несколько военно-морских судов и эскадрилью истребителей, а Канада, Нидерланды и Новая Зеландия направили к корейским берегам отряды ВМФ. Эта война отличалась исключительным кровопролитием и унесла жизни 4 млн. человек. С началом войны северокорейские войска в результате ожесточенных боев разбили основную группировку южнокорейских войск, быстро продвигались на юг и близки были к завершению наступательной операции, а следовательно, и к победе в этой войне. Им помешали американцы. Под флагом ООН американцы, успешно провели крупнейшую десантную операцию, высадив в районе 38-й параллели, на западе и востоке Корейского полуострова, крупные группировки войск. Эти группировки отрезали наступавшие войска от баз снабжения оружием, продовольствием, горючим. Но на этом война опять-таки не закончилась. Руководство Корейской Народно-Демократической Республики, потеряв на юге страны основные силы своей армии, обратилось к своим друзьям — Китаю и Советскому Союзу за помощью. Китай взял на себя решение боевых задач сухопутными войсками, а Советский Союз — задачу авиационного прикрытия от ударов с воздуха важнейших объектов и коммуникаций на территории Северной Кореи. Помощь, оказанная КНДР Китаем и Советским Союзом, была очень значительной и сыграла решающую роль в том, что государственная граница между Северной и Южной Кореей возвратилась на 38-ю параллель. Как все начиналось В октябре 1950 года первый этап воздушной войны в небе Кореи, несмотря на мужественность бойцов КНА, закончился разгромом авиации КНДР. Уничтожение американскими ВВС авиации КНДР в воздухе и на земле в самом начале войны отрицательно сказалось на темпах наступления северокорейских войск. В течение месяца ВВС КНА были уничтожены американской авиацией в воздушных боях и на аэродромах. По американским оценкам, из 150 имевшихся в северокорейских ВВС в начале войны боевых самолетов сохранилось лишь 18, которые могли предпринимать спорадические, тревожащие налеты на Сеул. По советским данным, к 21 августа 1950 года авиация КНА имела 21 боевой самолет, из них 20 штурмовиков и 1 истребитель. При таком положении нельзя было рассчитывать на противодействие американской авиации. В зенитно-артиллерийских частях КНА в общей сложности имелось не более 80 37-мм и 85-мм зенитных орудий, что не обеспечивало прикрытия даже самых важных объектов, как на фронте, так и в тылу. Полное господство авиации противника в воздухе лишило возможности КНА совершать перегруппировки сил и средств, а также до предела затруднило питание фронта из тыла. С 1 ноября начался второй этап воздушной войны — в нее вступили опытные летчики советских ВВС на реактивных истребителях МиГ-15. Чашу терпения советской стороны переполнили два инцидента, которые произошли накануне ввода войск КНД в Корею: 4 сентября недалеко от советской ВМБ в Порт-Артуре в Желтом море был атакован 11 палубными истребителями Ф4У «Корсар» из эскадрильи ВФ-53 (авианосец «Вэлли Фордж») советский самолет-разведчик А-20 из состава 36-го мтап ТОФ. Советские летчики выполняли учебный полет и были без всякой на то причины атакованы и сбиты самолетами ВМС США — все три члена экипажа погибли. Через месяц, 8 октября, в Приморье в глубине советской территории в 100 км от советско-корейской границы в 16 ч. 17 мин. по местному времени два истребителя ВВС США типа Ф-80 нарушили нашу границу в районе озера Ханка, атаковав советский военный аэродром Сухая Речка, где в это время базировался 821-й иап, вооруженный поршневыми истребителями «Кингкобра». Полк готовился к плановым учениям в данном районе Приморья. Два реактивных истребителя ВВС США появились из-за сопок неожиданно, сделав боевой разворот над аэродромом, пошли в атаку на стоянку дежурных истребителей и ударили из всего бортового оружия по самолетам 821-го полка. Нападение было столь неожиданным, что никто не понял, кто и почему стреляет. Затем командование полка приняло неверное решение: было запрещено уже готовым истребителям подняться на перехват нарушителям. Командир полка посчитал, что при этом будут большие потери и жертвы. В итоге пара истребителей ВВС США без помех, блокировав советский аэродром, провела две атаки по стоянкам «Кинг-кобр» и безнаказанно удалилась на территорию Северной Кореи. К счастью, жертв не было, не было даже раненых. Но от огня штурмующих было повреждено 8 самолетов полка, но только 1 из них был списан из-за тяжелых повреждений, а остальные вскоре снова вернулись в строй. Американской стороне был заявлен решительный протест в связи с данным инцидентом, но американцы лишь извинились. Этот инцидент они рассматривали как недоразумение. Два молодых пилота из 49-й ИБАГ ВВС США «по ошибке» залетели на территорию СССР и приняли советский аэродром за северокорейский и снова по ошибке штурмовали его. В середине октября 1950 года, по договоренности правительств Советского Союза, Китая и Кореи, командование ВВС Советской Армии приняло решение направить в Китай 324-ю истребительную авиационную дивизию, для переучивания на самолетах МиГ-15 корейских летчиков. Было приказано в короткий срок сформировать два истребительных авиаполка, штаб и управление дивизии, а также части специального и материального обеспечения. Формирование двух полков проводилось из личного состава трех авиаполков, которые базировались на аэродромах Кубинка, Теплый Стан и входили в 324-ю авиадивизию прежнего состава. Летный состав формируемых полков разрешено было набирать только из добровольцев трех полков, за исключением летчиков-пилотажников, принимавших участие в показательных полетах. Сформированные экипажи, звенья, эскадрильи, технический состав под руководством молодого энергичного инженера авиаполка инженер-капитана Ф. Круглякова разобрали 31 самолет МиГ-15. Каждый самолет разместили в самолетном ящике. Ящики погрузили на железнодорожные платформы и под охраной сопровождающей команды отправили в Китай за 10—15 дней до убытия основной группы личного состава дивизии. Трудности перевода Советские летчики вступили в бой инкогнито, так как официально Советский Союз в войне в Корее не участвовал. Поэтому первые советские летчики носили форму КНД, не имели у себя никаких документов, удостоверявших их личность, кроме того, им было приказано в воздухе говорить только по-корейски. Для этого они в течение недели были обучены двум десяткам корейских фраз, необходимых для ведения боя. Использование корейских разговорников усложняло радиообмен, так что первые несколько воздушных схваток остались за американцами. Поэтому запрет — не говорить в бою по-русски — действовал недолго: когда начинался бой, советские летчики начисто забывали необходимый в бою корейский язык и переходили на русский «фольклор», тем самым не раз спасая свою жизнь в бою. Ситуация в воздухе кардинально изменилась. Об этом приказе ходил тогда анекдот: летит кореец на МиГ-15. Видит — на него сейбр заходит, он быстренько читает инструкцию: «Если вам плохо — нажмите синюю кнопку». Нажимает. Стучат пулеметы — F-86 падает. Летит дальше. На него наседают двое. В инструкции написано: «Если вам очень плохо — нажмите красную кнопку». Жмет — самолет выходит на вираж, заходит нападающим в хвост и сбивает янки. Летит дальше. На него нападает целая эскадрилья. Кореец читает: «Если вам хуже некуда, поверните красный рычаг». Поворачивает. Открывается дверца, вылезает русский летчик и говорит: «Ну-ка, братан, подвинься, сейчас повоюем». В погоне за технологиями Во время любых военных конфликтов противоборствующими сторонами интенсивно ведется разведка и поиск новых образцов военной техники и оборудования противника. Для сбора образцов новой техники противника создавались спецгруппы военных специалистов в той или иной области техники, которые разными путями и способами вели поиск или захват новой техники противной стороны. Корейская война в этом вопросе была не исключением. Американцы были очень заинтересованы в приобретении нового советского истребителя МиГ-15бис, если не целиком, то хотя бы обломки этой машины. Проблема заключалась в том, что «миги» вели боевые действия строго над своей территорией, поэтому сбитые «миги» можно было найти только на территории Северной Кореи. Для этого американцы послали специально подготовленные группы диверсантов, которые проникали на территорию Северной Кореи, и одной из задач этих групп был захват сбитых летчиков с «мигов» и сбор оборудования со сбитых самолетов. Однако полной картины о технических возможностях МиГ-15 по отдельным фрагментам оборудования собрать было невозможно, для этого нужна была целая машина и тогда американцы были вынуждены объявить о премии в 100 000 долларов в награду тому летчику Северной Кореи, кто доставит неповрежденный «миг». Но за время войны никто из летчиков ВВС СССР не предал свою армию и народ. Только после окончания войны, а точнее, 21 сентября 1953 года, северокорейский летчик лейтенант Ро Ким Сун (по другим данным, Но Ким Сок) дезертировал на МиГ-15бис, бортовой № 2057, и перелетел в Южную Корею, сев на авиабазе К-14 (Кимпо). Он получил обещанную награду, а самолет был переброшен в США на авиабазу «Эглин Филд» во Флориде уже со знаками США (№ 616) для проведения полномасштабных летных испытаний. Советские военные специалисты также пытались добывать новые военные разработки в области авиастроения противной стороны. У них добыча была богаче, чем у американцев, так как почти вся территория Северной Кореи была усеяна обломками сбитых самолетов США. С появлением в небе Кореи новых современных истребителей Ф-86 «сейбр» были предприняты попытки добыть образец этой боевой машины как можно в более целом состоянии. Для этого в Москве в начале апреля 1951 года была сформирована специальная группа «Норд», которой была поставлена боевая задача: посадить принудительно на одном из аэродромов Северной Кореи или Северо-Восточного Китая целый «сейбр». Но только в октябре 1951 года летчиками 196-го иап 324-й иад был добыт первый целый «сейбр» в этой войне. 6 октября летчики 196-го иап под командованием командира полка подполковника Пепеляева Е.Г. провели воздушный бой с группой Ф-86 в количестве 30 машин. Бой был ожесточенный. В нем Пепеляев сбил два «сейбра» и еще один подбил, и тот сел на «брюхо» на {151} берегу Желтого моря. Этот «сейбр» совершил вынужденную посадку на берегу Желтого моря, а его пилот был подобран ПСС ВВС США. Самолет же с незначительными повреждениями почти целый был доставлен на аэродром Аньдун, а затем отправлен в Москву на изучение. МиГи против Сейбров Летчики с обеих сторон обладали большим опытом, полученным во Второй мировой войне. Например, 324-й истребительной авиационной дивизией командовал сам Иван Никитович Кожедуб – трижды Герой Советского Союза, самый результативный летчик-истребитель в армии союзников. Имея большой опыт, полученный во время Великой Отечественной, Иван Никитович как в небе, так и в командовании показал себя с лучшей стороны. С апреля 1951-го по январь 1952 года летчики его дивизии одержали 216 воздушных побед, потеряв всего 27 машин и 9 пилотов. Лучшую результативность, чем американцы, в воздухе показали советские истребители. Николай Сутягин – 21 воздушная победа. 20 поединков выиграл полковник Анатолий Пепеляев. По 15 самолетов противника уничтожили капитан Лев Щукин, подполковник Александр Сморчков и майор Дмитрий Оськин. Еще 6 советских пилотов одержали 10 и более побед. 5 и более побед на счету 43 советских летчиков. По сути дела, ввод в бой советских авиадивизий внес перелом в ход войны. А реактивные МиГ-15 попросту вызвали шок у командования США в Корее. Сразу обнаружилось превосходство советской авиатехники перед всеми типами реактивной техники ВВС США, применяемой в тот период. Ни «шутинг стары», ни палубные истребители «пантера» не могли на равных сражаться с советскими «мигами». Только классный пилот на данных машинах мог одержать победу над «мигом», но и здесь заокеанским асам не повезло: все советские летчики, сражавшиеся в небе Кореи в 1950 году, имели боевой опыт только что закончившейся войны и были не новичками в освоении реактивной техники, но над советскими летчиками довлел еще и психологический фактор, ведь они ранее в бою с американскими пилотами не встречались, не знали их тактику боя, боевой настрой и мастерство. Да и то обстоятельство, что американцы были нашими союзниками в годы Великой Отечественной войны, снижало боевой настрой в схватках, который появился после человеческих потерь. Американское командование, обеспокоенное большими потерями своей авиации в небе Кореи, приняло ряд серьезных мер: во-первых, резко сократило количество боевых вылетов в район Аньдун–Синыйджу авиации ВВС и ВМС, во-вторых, после анализа ноябрьских потерь было отмечено, что поршневые штурмовики Ф-51 «Мустанг», которые на тот период являлись основными истребителями-бомбардировщиками армейской авиации США в Корее, не могут выполнять боевые задачи в районе действия «мигов» без мощного прикрытия истребительной авиации. Те же выводы сделаны и в отношении основных бомбардировщиков САК в Корее — Б-29. С появлением реактивных МиГ-15 безнаказанным налетам «крепостей» на объекты в глубине Северной Кореи пришел конец, чему яркое подтверждение — большие потери «крепостей» в ноябре. Даже большие наряды истребителей не спасали Б-29 от потерь, и стали нередки случаи невыполнения боевого задания из-за противодействия «мигов». Реактивные истребители МиГ-15 в этот период представляли главную опасность для американской авиации на Дальнем Востоке, и понесенные потери в небе Кореи были тому подтверждением. Кроме того, по официальному заключению историка и специалиста по воздушным боям ВВС США Роберта Ф. Фатрелла, «стрелообразные» «миги» явно превосходили старые Ф-80С, а также новый истребитель ВМС США Ф-9Ф «Пантера», не говоря уже о поршневых Ф-51. Это обстоятельство послужило причиной того, что главнокомандующий ВВС США генерал Вандерберг послал в Корею две эскадры из состава САК и командования противовоздушной обороны США: 27-я авиагруппа истребителей, оснащенная самолетами Ф-84Е«Тандерджет», предназначалась для сопровождения подразделений бомбардировщиков, 4-я авиагруппа истребителей-перехватчиков, вооруженная новыми истребителями Ф-86А(«Сейбр»), должна была очистить воздушное пространство от МиГ-15. 15 декабря произошло событие, которое повлияло на дальнейший ход воздушной войны в небе Кореи: американское командование бросило в бой свою гордость — новые истребители Ф-86 «Сейбр». В 13 ч. 45 мин. 17 декабря на перехват самолетов противника в район Аньдуня вылетела четверка МиГ-15 под командованием начальника ВСС дивизии подполковника Ефромеенко Я.Н. В районе Аньдуня они обнаружили четверку серебристых истребителей с красными носами, о чем и было доложено ведущему группы. Тот ответил: «Вижу, это наши!» — и продолжил полет по маршруту. Но неожиданно группа была обстреляна сзади и сверху, причем основной удар был нанесен по машине ведущего. Машина Ефромеенко загорелась, двигатель заглох, и летчик, видя безвыходность ситуации, покинул машину катапультированием. Это было первое катапультирование с МиГ-15 в боевых условиях в советских ВВС. Приземлился подполковник Ефромеенко благополучно и вскоре вернулся в строй. Ведомые Ефромеенко провели короткий бой с «незнакомцами», но те вскоре вышли из боя, так как на помощь нашим уже подходила другая группа «мигов». Уже на земле летчики полка пришли к заключению, что они дрались сегодня с новыми американскими истребителями Ф-86 «Сейбр», о которых недавно докладывала разведка корпуса. Все были единодушны и в том, что это серьезный и опасный противник, с ним надо «ухо держать востро» и необходимо менять тактику боя, чтобы успешно бороться с «сейбрами». Наши летчики только изучали своего нового противника и на первых порах попадались на приманку из одной группы «сейбров», не замечая следовавшую за ней и с превышением другую группу Ф-86, и попадали под ее удар. Поэтому в первых боях успех был на стороне пилотов «сейбров», которые за неделю боев смогли выиграть все схватки с «мигами», сбить один из них и серьезно повредить еще два. Правда, досталось и пилотам «сейбров», которые, по заявлению американской стороны, до конца декабря имели три случая серьезного повреждения «сейбров» в боях с «мигами». Конечно же, после появления «сейбров» в небе Кореи воздушных боев стало больше, да и по накалу они стали более ожесточенными и упорными. Это и неудивительно, ведь 4-я авиагруппа истребителей-перехватчиков представляла собой отборную часть ВВС США: на ее вооружении находились считавшиеся в свое время лучшими истребители США Ф-86 «Сейбр». Кроме того, в 4-й авиагруппе, состоящей из трех эскадрилий (334, 335, 336-я аэ), были собраны исключительно опытные летчики, большинство из которых участвовали в боевых действиях во Второй мировой войне и считались в соответствии с американскими понятиями по количеству сбитых самолетов асами. Стычки с «сейбрами» теперь стали обычным делом для летчиков 324-й дивизии. Каждый день было в среднем по 2 боевых вылета и 1–2 встречи с противником, в основном с «сейбрами», которые появлялись в районе «Аллеи “мигов”» большими группами по 20–30 машин или двумя группами — одна в качестве приманки, а вторая ударная. С каждым днем летчики обоих полков набирали столь необходимый боевой опыт воздушных боев с противником в небе Кореи, и с каждым днем летчики 324-й дивизии все увереннее себя чувствовали в бою, более упорно и грамотно вели бои с «сейбрами», навязывая все больше им свои условия в бою, и все чаще выходили победителями. Правда, давались эти победы нелегко и были еще редки, но и своих потерь не допускали в боях с Ф-86, так как поняли, что это серьезный противник, и если не допускать просчетов в бою, то драться с ним можно. По воспоминаниям участника командира полка подполковника Пепеляева Евгения Георгиевича: «Сравнивая боевые возможности двух самолетов, можно сказать, что характеристики истребителей весьма близки. Поэтому успех в воздушном бою МиГ-15 бис с Ф-86 зависел только от мастерства и отваги летчиков, выбора маневра и взаимодействия в групповом бою. Электронное, пилотажное и навигационное оборудование на самолете Ф-86 более совершенное, чем на МиГ-15 бис. В первых воздушных боях с истребителями противника многие летчики чувствовали себя некомфортно. Особенное напряжение ощущалось в первых воздушных боях с истребителями Ф-86, которые были не хуже, а по некоторым параметрам, например по скорости и виражам, даже лучше МиГ-15 бис. Преимущество это было совсем незначительным и практически, при грамотных действиях летчиков МиГ-15 бис в воздушном бою, значения не имело, тем более если летчик на МиГ-15 бис не ввяжется в бой на виражах, не будет проводить бой с потерей высоты. В любом воздушном бою ведомый летчик не должен визуально терять своего ведущего, а тем более отрываться от своей группы. В первом воздушном бою истребителей МиГ-15 с Ф-86 большинство наших летчиков испытывало психологическое воздействие боязни за жизнь свою и товарищей. Те летчики, которые утверждают, что в первых боях не испытывали страха, едва ли говорят правду. На самом деле в первом бою, как в воздухе, так и на земле, человек испытывает страх. Дело в том, что не каждый человек может подавить в себе этот страх. Один летчик, с сильной волей и крепкими нервами, страх подавляет полностью, другой — частично, а третий не может подавить свой страх в бою до конца войны». Миг-15 и F-86 оказались достойными друг друга соперниками. МиГ-15 был почти в полтора раза легче и меньше, превосходил Сейбра в скороподъемности и удельной тяговооруженности. F-86 был быстрее советского самолета в пикировании, более маневренным, а также при полетах в сложных метеоусловиях и ночью, т.к. оснащались радиолокационными прицелами. Обладали они и некоторым превосходством в скорости, но не на столько значительным, чтобы диктовать свои условия. В вооружении сильнее был МиГ, несмотря на 6 крупнокалиберных пулеметов у американского истребителя, три пушки (две 23-миллиметрового калибра и одна 37-миллиметрового) оказались гораздо эффективнее за счет большей пробивной силы. Но и у F-86, существенным моментом являлось то, что летчики пользовались противоперегрузочными костюмами, о чем их советские коллеги могли лишь мечтать, что позволяло американцам работать на больших высотах и с большими перегрузками. Аллея Мигов «Аллеей МиГов» называли территорию северо-западной части Северной Кореи вдоль южного берега реки Ялуцзян, которую контролировали советские летчики. Именно это место стало ареной самых жарких воздушных схваток этой войны. В 1950 году Северная Корея начала наступление на Южную Корею, но помощь США практически лишила коммунистические войска авиации, и в октябре Советский Союз согласился отправить на фронт свои самые современные на тот момент истребители МиГ-15 вместе с техниками и летчиками впридачу. На стороне Севера выступали советский 64-й Отдельный истребительный авиакорпус, состоящий из полков ВВС, ПВО и Тихоокеанского флота, и Объединенная китайско-корейская воздушная армия (ОБА). Несмотря на количественный перевес в воздухе, установить абсолютное господство в воздухе и уничтожить истребительную авиацию КНА (в ее числе и 64-й иак советских ВВС) американцы не смогли. Агрессор уже не сумел больше добиться такого превосходства в воздухе, какое существовало осенью 1950 года. Воздушное пространство над северо-западной частью Кореи между Ялуцзяном и Чопчопаном все больше завоевывали серебристые МиГ-15. В кругах американской авиации, американские пилоты говорили о так называемой (Migs alley) «Аллее “мигов”», в которую лишь изредка пытались заходить американские разведывательные самолеты. Основной задачей МиГ-15 в Корее было нападение на американские B-29 Stratofortress, бомбившие позиции Северной Кореи. Наши летчики, используя преимущество в высоте полета и скорости, действовали большим количеством пар истребителей. На максимальной скорости они разрезали порядки американских истребителей охранения и атаковали бомбардировщики. Сейбры пытались помешать этому, что им редко удавалось. В схватках над Кореей Победителями стали наши летчики, сумевшие организовать непроходимый заслон на этой «Аллее МиГов». Черный день Американских ВВС В четверг 12 апреля 1951 года в районе моста через р. Ялуцзян между Аньдунем и Синыйджу, в котором участвовало более 100 самолетов с обеих сторон. Ранним утром с баз Окинавы были подняты в воздух 39 бомбардировщиков Б-29 (по нашим данным, 48): Их непосредственное прикрытие осуществляли 36 Ф-84Е, кроме того, три группы «сейбров»— 18 истребителей-перехватчиков осуществляли передовой заслон колонны «крепостей» и имели задачу сковать боем группы «мигов» с Аньдунского аэроузла (по нашим данным, было около 40 «сейбров»), а также два десятка истребителей Ф-80 . Противник был своевременно обнаружен радиолокационными средствами корпуса, и на отражение его налета были подняты все боеспособные истребители 324-й дивизии — в воздух последовательно, несколькими группами, ушли 44 истребителя МиГ-15. Атака была столь неожиданной для противника, что ни стрелки, ни истребители прикрытия ничего не смогли предпринять против этой стремительной атаки. Тут же другие пары «мигов» перешли в атаку на строй «крепостей». Несмотря на попытки истребителей прикрытия помешать атаке «мигов», у них это на сей раз не вышло, так как, учитывая негативный прошлый опыт борьбы против групп Б-29, на этот раз наши летчики атаковали строй Б-29 на большой скорости и с разных направлений.. Несмотря на перевес американцев 3 к 1, советские летчики сбили двенадцать В-29 и четыре F-84. Кроме того, многие «Крепости» получили повреждения — практически каждый вернувшийся экипаж привез убитых или раненых. Американцам удалось сбить всего один МиГ-15. В историю ВВС США этот день вошел как « Черный четверг». Вот как описывает это сражение участник этого боя капитан Абакумов Борис Сергеевич: «Ранним утром 12 апреля 1951 года мы встретились на аэродроме в кабинах самолетов. Технический состав еще задолго до нашего прибытия опробовал двигатели и подготовил самолеты к боевым вылетам. Посты наблюдения и локаторные станции доложили воздушную обстановку. Первые сообщения говорили о том, что денек будет «жарким». На аэродроме стояла напряженная тишина. КП информировал, что в наш район на небольшой скорости движется большая группа самолетов, тип их не известен. На КП дивизии Иван Никитович Кожедуб принял решение выслать разведку, и вот с бетонной взлетной полосы аэродрома с оглушительным ревом, особенно ощутимым в этой утренней тишине, ушла в воздух шестерка «мигов», которые тут же исчезли в голубизне неба. Мы же все сидим в кабинах самолетов в готовности № 1. В наушниках шлемофона сквозь хаос «эфирной морзянки» четко слышатся доклады летчиков воздушной разведки. Разведчики доложили, что над морем обнаружена группа бомбардировщиков, следующих колонной «ромбов» в направлении дельты р. Ялуцзян. Б-29 были прикрыты плотным кольцом реактивных истребителей типа Ф-84. В общей сложности в полете участвовало более 100 самолетов США, с нашей стороны в воздух поднялись всего 44 истребителя — все имевшиеся на аэродроме Аньдуня. Итак, мы все в воздухе. Кожедуб с КП руководил боем, нацеливал всех нас на подходящие бомбардировщики, и вот уже первые факелы огромных машин потянули дымные следы к земле. Американские истребители, не торопившиеся выручать своих собратьев, носились по внешнему кольцу этой огромной орбиты и ждали момента, кого бы из наших «подхватить» на прицел. Бомбардировщики не выдерживали наших атак, сбрасывали бесцельно многотонные бомбы. Один из бомбардировщиков резко отвернул от боевого курса и, отстреливаясь всеми башнями, ушел в сторону нашего аэродрома, который некому было прикрывать. Немедленно перевел свой самолет в атаку и дал пушечную очередь — недолет. Времени в обрез. Атаковал еще раз, взял поправку в прицеливании и выпустил весь боекомплект в хвост противнику — хвост «крепости» развалился на глазах. Экипаж оставил бомбардировщик и спустился на парашютах. Один парашютист чуть не попал под удар моего самолета, я успел отвернуть машину. Бой продолжался. Мелькали истребители перед глазами: где небо, где земля — все смешалось в этой одной карусели. Пара «сейбров» пристроилась ко мне в хвост и с дистанции 300 м открыла огонь, а на каждом «сейбре» по 6 пулеметов калибра 12,7 мм. Это я сразу почувствовал, когда забарабанили пули по плоскости моего самолета. После моего энергичного маневра «сейбры» немного от меня отстали. Мой покалеченный «миг» с сильным правым креном несся к аэродрому, а «сейбры» пытались его догнать. Приземление прошло благополучно, но для следующего боя мне дали другой «миг» — машину самого комдива Кожедуба, а мою через несколько дней техники полностью восстановили». Итог этого самого крупного сражения в небе Кореи со дня начала этой войны был для американцев печален, хотя они тщательно скрывают его, заявляя своим налогоплательщикам, что в нем потеряно всего три Б-29. Однако, согласно последним исследованиям аргентинского историка Д. Зампини, в этом сражении американцы действительно потеряли по разным причинам 10 своих бомбардировщиков Б-29 и еще два истребителя Ф-80. Но что бы ни заявляли американцы об этом бое, последующие события только подтверждают превосходство «мигов» перед американской техникой. После боя 12 апреля почти неделю у американцев был траур по жертвам этого сражения. Кроме того, штаб бомбардировочного командования США заявил, что убрал из состава своих сил 75 бомбардировщиков Б-29: 8 из них навсегда остались в земле Северной Кореи, другие 17 машин вернулись на аэродромы Южной Кореи и Японии с множеством повреждений и были попросту списаны. В последующие после «черного» четверга дни апреля 1951 года накал боев резко снизился, хотя вылетов не стало меньше, но встречи с противником стали редки, так как он избегал их. Тактика ведения реактивной войны После бойни таких масштабов, В-29 на целых полтора месяца прекратили совершать налеты на территорию, контролируемую нашими ВВС. В дальнейшем, тактика ведения воздушной войны изменилась, американские ВВС стали редко заходить на «Аллею Мигов», а при появлении наших истребителей, бомбардировщики В-29, спешно сбрасывали бомбы куда придется и уходили за реку, перелетать которую нашим летчикам было запрещено. Что же касается «Сейбров», то американские пилоты стали применять тактику подкарауливания МиГов при заходе на посадку, у которых кончалось горючее и зачастую уже не было боеприпасов. Они подкарауливали наших летчиков при подходе к своему аэродрому и атаковывали отдельные пары наших «мигов». Так, под удар звена «сейбров» при подходе к аэродрому попала пара старшего лейтенанта Шеломонова. Шеломонов, как только услышал, что пули попали в его самолет, тут же сделал резкий маневр и избежал дальнейших попаданий и тут же ушел от атаки вверх и вскоре благополучно сел на своем аэродроме, привезя в своем самолете 6 пробоин. А вот его ведомому, капитану Самусину Е.Н., не повезло, и его самолет получил больше попаданий — были пробиты топливные баки, остановился двигатель, и летчику пришлось катапультироваться. Тактика ведения боя нашими летчиками, по воспоминаниям п/п-ка Пепеляева, заключалась в следующем: «При сближении истребителей с противником, идя навстречу, выстраивали полк в колонну звеньев по эскадрильям, по короткой команде сбрасывали подвесные баки и увеличивали скорость полета до 900—950 км/час. Визуально обнаружив группу неприятельских самолетов, я обычно давал команду: «Атакую первую группу, ведущему группы прикрытия — прикрыть», или: «Атаковать другую группу противника», или: «Действовать по обстановке» — в зависимости от состава и боевых порядков истребителей противника. В ходе воздушного боя с истребителями противника ударная группа «МиГов» распадалась на звенья и пары. Атака в групповом воздушном бою истребителей скоротечной бывает очень редко, только в том случае, когда противник не видит атакующего. Как правило, при сближении с самолетом противника последний маневрирует, выполняет различные фигуры пилотажа, не дает вести прицельный огонь. Поэтому, чтобы занять позицию для стрельбы, зайти «в хвост», то есть в заднюю полусферу паре или отдельному самолету противника, летчик тратит много сил и относительно много времени. При этом другие пары самолетов Ф-86 изо всех сил стремятся помешать атаке и также выйти на огневую позицию. Каждая пара МиГ-15 и Ф-86 стремится зайти в «хвост» друг другу, дать прицельную очередь, и так, чтобы самой не попасть в прицел. Увидев, что какой-либо МиГ-15 подвергается атаке Ф-86, летчик прерывает свою атаку и заградительным или прицельным огнем отбивает атаку «Сейбра». То же самое делают летчики, сидящие в самолетах Ф-86. Со стороны это напоминает громадный клубок, образованный ведущими воздушный бой парами и звеньями самолетов. Летчики гоняются друг за другом, чтобы одержать победу, сбить самолет противника или заставить его покинуть поле боя. Чем дольше по времени продолжается воздушный бой, тем меньше остается в баках горючего и тем более легким становится самолет, что намного облегчает маневр и при умелом управлении обеспечивает результативность воздушного боя. Победы в воздушном бою добивается та сторона, у которой больше хорошо подготовленных летчиков, не боящихся ни боя, ни противника и дерущихся до тех пор, пока самолеты противника не покинут поле боя». Американская военная историческая литература, посвященная конфликту в Корее, создала следующую картину событий, которая приобрела широкую известность: немногочисленным американским пилотам Ф-86 противостояли полчища МиГов, причем на каждый сбитый "Сэйбр" приходилось 15 советских самолетов. Как и любая пропаганда - к истине это имело, как правило, очень отдаленное отношение. Известно, что в воздухе над "Аллеей МиГов" зачастую безраздельно царили именно советские самолеты. Соотношение их побед к потерям было 3 к 1 при численном превосходстве авиации США, летчики которой, отдавая себе отчет, с кем им приходилось иметь дело, и заслуженно наградили своих советских коллег прозвищем "хончо", означающим в своем оригинале "командир" (японск.). Информационная война Как показывает весь дальнейший ход истории, американцы умеют воевать только со слабым противником, но зато они очень хорошо умеют врать. Это касается и итогов Второй мировой войны, войны в Корее и во Вьетнаме. Информационные войны, ведущиеся в наше время, мы полностью проигрываем. Это показала и короткая война с Грузией и ведущейся сейчас война на Украине. Первая ложь о войне появилась сразу после войны в Корее, где американцы впервые столкнулись с нами в открытом бою. В то время как простым гражданам СССР было вообще ничего не известно о Корейской войне, в Америке результаты воздушных дуэлей корректировались год за годом. В вышедшей по горячим следам документальной книге «Воздушная мощь – решающая сила в Корее» (Торонто – Нью-Йорк – Лондон, 1957 г.) констатировалось, что ВВС США только в боевых схватках потеряли около двух тысяч самолетов, потери коммунистических самолетов оценивались в тысячу. А спустя 20 лет, в 1977 году, вышла энциклопедия авиации, в которой соотношение было уже 20:1 в пользу американцев. Две тысячи сбитых самолетов они записали на свой счет, а потери уменьшили до 114 самолетов. Для лучшей статистики в советские потери включались и самолеты, которыми управляли китайские и корейские летчики. Сейчас, когда генштабом России данные об этой войне рассекречены и доступны для использования, мы можем говорить о реальных итогах боев в «Аллее МиГов». Советские летчики 64-го истребительного авиационного корпуса провели 1872 воздушных боя, в ходе которых сбили 1106 самолетов противника, из них F-86 – 650 единиц. Безвозвратные потери корпуса составили 335 самолетов. Общее соотношение три к одному в пользу советских пилотов, в том числе два к одному, считая только новейшие для того времени истребители, МиГ-15 и F-86 «Сейбр». Наши летчики сыграли решающую роль в успешном завершении освободительной миссии, отдав все силы и энергию, а нередко и жизнь общему делу победы. За проявленное мужество 22 воздушных бойца были награждены Золотой Звездой Героя СССР. Масштабность событий и упорство в воздушных операциях привели к потере за период войны около 2800 самолетов авиации США (по нашим данным). В настоящее время американцы оценивают свои потери и потери своих союзников в 3500 самолетов (книга Дж. Стюарта «Воздушная мощь — решающая сила в Корее»). Из них половина побед на счету летчиков 64-го иак. Выиграв воздушную войну в Корее, мы проиграли войну информационную. Есть только один способ изменить сложившуюся ситуацию – открывать архивы, писать научные труды и книги. Самое главное — не забывать об этих воздушных боях, где в чужом небе наши истребители сходились в яростных и отчаянных схватках с американцами, первых боях реактивных самолетов и последних дуэлях на авиапушках и пулеметах, где наши летчики с блеском выполнили поставленную задачу и заслужили память и почет. Более 120 летчиков спят вечным сном на Порт-Артурском кладбище маньчжурской земли. Вечная память в наших сердцах вам, советским «соколам». Вы достойный пример для подражания и воспитания молодежи. Сегодня, когда вокруг Северной Кореи опять концентрируются Американские войска, как никогда, актуально вспомнить итоги этой войны. Американцам свойственно забывать, как их били, нужно бы напомнить им.. Военный летчик в запасе Юрий Мощенский
×
×
  • Создать...