Перейти к публикации

Мэнгел Олыс

Новичок
  • Публикации

    18
  • Зарегистрирован

  • Посещение

Репутация

13 Нейтральный

О Мэнгел Олыс

  • День рождения 05/02/1968

Посетители профиля

952 просмотра профиля
  1. ОТКАЗАТЬСЯ ОТ СТЕРЕОТИПОВ – ЭТО ПОТРЕБУЕТ ВРЕМЕНИ И УСИЛИЙ Подготовка стандарта единого учебника истории столкнулась с массой трудных вопросов, которые накопились в силу устаревших идеологических конструкций и стереотипов. История исторических фальсификаций и ложных оценок уже сама по себе историография, начавшаяся со времен Петра I и Екатерины II, подкрепленная авторитетом таких выдающихся историков, как Николай Карамзин, Сергей Соловьев, Василий Ключевский. Александр Пушкин оставил свою оценку труда Карамзина: В его «Истории» изящность, простота Доказывают нам без всякого пристрастья Необходимость самовластья И прелести кнута. В ХХ веке старую историческую школу дополнили постановлением ЦК КПСС от 1944 года. Мифологизация исторических событий три столетия поддерживалась всей мощью государства, а потому отказаться от стереотипов – это потребует времени и усилий. Наша надежда и преимущество заключаются в том, что татарстанским историкам нет необходимости врать. Объективность на нашей стороне, а это сильнейший аргумент, хотя большой раздражитель для шовинистов. За годы после «перестройки» накопилась не только критическая масса литературы, но и интернет предоставляет достаточно информации, чтобы иначе взглянуть на многие события, излагаемые в учебниках. БУДУЩИМ АВТОРАМ УЧЕБНИКОВ ОСТАВЛЕН ПРОСТОР ДЛЯ ДОСТАТОЧНО ВОЛЬНОЙ ТРАКТОВКИ СОБЫТИЙ Татарстан – один из наиболее активных регионов, где изучается история как на научном уровне, так и предлагается альтернативное видение учебных пособий по истории. При подготовке «Концепции» будущего учебника мнение ученых Института истории им. Марджани изучалось особенно тщательно в силу обстоятельности и аргументированности наших замечаний. Институты РАН даже составили таблицу поправок, внесенных в новую версию «Концепции», о чем мы выразили удовлетворение в интервью газете «Коммерсант» (25 сентября). Были сняты наиболее резкие выражения по периоду Золотой Орды, более взвешенно представлены различные религии, их оценка. Откорректированы термины, и уточнен список имен и т.д. Тем не менее остаются вопросы для внесения дальнейших поправок. Лапидарность изложения «Концепции» оставляет возможность будущим авторам учебников простор для достаточно вольной трактовки событий. Например, в «Концепции» записано: «Куликовская битва». Стоит точка. Проблема не в том, что была битва или нет (хотя есть ученые, которые оспаривают сам факт битвы), а в ее интерпретации. Ключевский, например, ее вовсе исключил из многотомной истории в силу незначительности самого события. Место битвы уточнить пока что не смогли, хотя есть музей и памятник в Тульской области, но нет материалов, подтверждающих факт произошедшего боя. Главное в другом – кто с кем сражался и за что именно? То же самое касается многих других событий. Ваш покорный слуга, выступая на совещании в РАН 26 сентября, высказался так: «В Казани живут как потомки тех, кто брал Казань, как и тех, кто ее защищал. Учебник не должен сеять вражду среди казанцев в наши дни». В Москве могут обсуждать варианты изложения событий покорения Казанского ханства, а у нас в Татарстане альтернативы не существует. Ничто не должно поколебать стабильной политической ситуации. Для этого не обязательно искажать историю или смягчать историческую жестокость. Для тех столетий жестокость была характерна во всем мире, и особо крайние формы она принимала в Европе у викингов. Трудные вопросы можно решить только одним путем – максимально объективным изложением материала. Об этом говорит наш опыт написания 7-томной истории татар и Татарстана. В этой работе участвовали более 300 ученых со всей России и зарубежья. Невозможно согласовать такое количество мнений, опираясь на идеологическую конструкцию, только максимальная объективность и профессионализм ученых могут обеспечить цельное изложение обширного и нередко спорного материала. ИЛИ МЫ «МНОГОНАЦИОНАЛЬНЫЙ НАРОД», ИЛИ ЖЕ ВСЕ СТАНОВИМСЯ НОВОЙ «РОССИЙСКОЙ НАЦИЕЙ» Несмотря на внесение множества исправлений, предложенных учеными и учителями со всех уголков страны, остается масса нерешенных вопросов. Наиболее сложный, хотя, казалось бы, очевидный заключается в определении характера нынешнего государства и вытекающего отсюда подхода к изложению истории. Над историками и политиками довлеет европоцентризм. История России начинается не просто в европейской части нынешней территории, но в ее небольшом северном уголке. Если бы писалась история Новгородской области, с этим можно было бы согласиться, но современная территория страны охватывает пространство от Калининграда до Тихого океана. В нынешней «Концепции» она представлена глазами славян/русских, появившихся в Киевской Руси, Новгороде, Ладоге и колонизующих территорию Европы и Азии. При этом затушевывают или просто игнорируют роль таких мощных государств той же европейской части, как Волжско-Камская Булгария и Хазарский каганат, а, например, история Сибири начинается с Ермака. Все, кто защищает свою территорию, представлены в образе врагов, как на картине Сурикова, а не борцов за свою независимость. Но Сибирь до Ермака имела уже тысячелетнюю историю. Если даже пренебречь скифами, то, например, тюркский каганат существовал уже с VI века. А потомки тех государств – алтайцы, хакасы, тувинцы, буряты, сибирские татары и другие – доныне живут в Сибири. Начальная точка истории России не проблема удобства изложения, а вопрос принципиальной оценки государственного устройства. Или мы «многонациональный народ», как записано в Конституции, или же все становимся новой «российской нацией», наподобие американцев. Второй вариант из сферы утопической мечты шовинистов, которые хотят ассимилировать не только татар, чеченцев и других, но даже русских. «Вертикаль власти» с такой задачей не сможет справиться. ПОЯВИЛОСЬ АЛЬТЕРНАТИВНОЕ ВИДЕНИЕ ИСТОРИИ, ГДЕ ПРИСУТСТВУЮТ И ПОВСЕДНЕВНОСТЬ, И ЦИВИЛИЗАЦИОННЫЙ ПОДХОД Не менее важный вопрос состоит в оценке России как европейского или евразийского государства. Казалось бы, очевиден евразийский характер страны, но тогда придется отвергнуть то, что закладывал Петр I и подкрепляли последующие поколения политиков. Объективная история и экономическая потребность в рынках сбыта требуют признания евразийского характера России. Уже сегодня фактическое состояние исторического сознания среди регионов страны обнаруживает существенное расхождение в этом вопросе. Пока в российских учебниках славяне через Карпаты мигрируют в сторону Киева, а варяги спускаются по рекам в сторону Новгорода, в учебниках Татарстана уже расцветает Тюркский каганат. Все это нельзя оставить в качестве регионального компонента, поскольку задевает сущностные характеристики нынешнего государства. Вызывает нарекание общий тон «Концепции», когда события выглядят как войны и победы, будто составлены военным ведомством. Естественно, сегодня появилось альтернативное видение истории, где присутствуют и повседневность, и цивилизационный подход, но он не стал доминирующим, отголоски старой идеологии колонизации пространства и народов нет-нет да слышатся. Вокруг единого учебника истории не было бы таких баталий, если бы в стране существовала цельная признанная всеми народами идеология. Сегодня же в условиях отсутствия общих ценностных ориентиров и доминирования мнения о необходимости деидеологизации история становится объектом концептуальных споров о судьбоносных вопросах. Лучший способ прийти к консенсусу – это встать на точку зрения максимальной объективности истории, что могут обеспечить ученые, а не политики. Рафаэль Хакимов Подробнее на «БИЗНЕС Online»:http://www.business-gazeta.ru/article/89374
  2. Слов на сей счет произнесено предостаточно. Поэты, писатели, философы не одного поколения искали красивые ответы на этот простой вопрос. Много их, ответов, рождено чувством, а не знаниями. Придумывали порой самое невероятное, вплоть до этрусков, то есть предшественников римской цивилизации, от них якобы идет русский народ. "Древнерусская народность с восточнославянским самосознанием сформировалась в период единства древнерусского раннефеодального Киевского государства (Киевской Руси IX-XII веков)" - такова официальная точка зрения, утвердившаяся в России. А что было до Киевской Руси? Не на пустом же месте возникла она? Кто были те люди, что пришли в IX веке на берег Днепра? Откуда? Почему? И настолько ли единой была Киевская Русь, чтобы там за два века смог появиться новый народ? Иначе говоря, новая культура, со своим самобытным лицом, отличным от других народов мира?.. Непонятно и то, почему коренные жители Киева называются украинцами, а не русскими - ведь Русь это и есть Киев? Наконец, почему культуры украинцев и русских так отличаются одна от другой? Они должны быть одинаковыми - от одного все-таки корня. А они разные. Или нет? Путаница какая-то: жители Киевской Руси украинцы - не русские, а негры - русские. К моменту появления Киевской Руси успели угаснуть великие цивилизации в Египте, Персии, Древней Греции, Риме, не говоря о Древнем Востоке и Алтае. Мир явно был обитаемым, он и до рождения Киевской Руси не был диким и первобытным даже на территории нынешней России. Высокая культура отличала его, по крайней мере находки археологов убеждают именно в этом. Значит, становлению Руси что-то предшествовало? Но что? К сожалению, все эти вопросы в России принято обходить молчанием. Или предлагать вместо ответа что-то вопиющее, порождающее только новое недоумение. Однако сохранились документы той поры, о них известно всему миру. Никакой тайны нет, тайна - только для россиян, от которых просто скрывают эти сведения или истолковывают их по-своему. Почему нельзя назвать вещи своими именами? Например, немецкий историк Л. Мюллер, признанный во всем мире авторитет по древней культуре Восточной Европы, анализирует самые ранние документы, где упомянут народ - РУСЫ: "Вертинские анналы", "Русская летопись", трактат "Об управлении империей" Константина Багрянородного. И что же? Везде одно: русами называли скандинавов - варягов. Выходит, российский энциклопедический справочник "Народы мира", цитата из которого приведена выше, мягко говоря, неточен. Некорректно говорить о русском народе, умалчивая о его "родителях" - русах, от которых взято не только имя. Русы основали Киевскую Русь. Зачем скрывать общеизвестное? Зачем притягивать сюда славян и делать из них "строителей" Руси, если славяне и рядом не жили? В "Бертинских анналах", например, сообщается о прибытии русов к Людовику Благочестивому в 839 году. Это и есть одно из первых, самых древних письменных свидетельств, где упомянут народ "русы". Возможно, есть и другие документы, которые тоже свидетельствуют об этом. Говоря о своей национальной принадлежности, русы назвались шведами, теми, "кого мы еще зовем норманнами", поясняет автор. Выходит, первые русские действительно славянами не были. Больше того, они даже не знали о своем "славянстве". Их корни совершенно иные. Не только греки, но и римляне, арабы, кипчаки, иранцы - весь мир - в IX-XII веках понимали слово "русь" одинаково. Этим словом называли народ, известный в России под именем "варяги". Так записано во всех исторических документах той поры, и оспаривать это абсурдно. То было норманнское время. Тогда, в конце первого тысячелетия, не только Киевскую Русь основали они. В 1066 году варяги завоевали Англию и утвердили там свою правящую династию ("Английскую Русь"?). Однако воспитанные в иных традициях англичане не считают, что этот факт надо замалчивать или отрицать, он не принижает достоинство нынешних англичан. А каково тогда австралийцам, их государство основали ссыльные? А мальтийцам - потомкам пиратов? Русы были сильным народом, с которым считались и о котором, к сожалению, очень мало известно. Они заставили уважать себя. Почему не приемлют их нынешние русские? Почему придумывают себе небылицы вместо истории? Непонятно. Интересно, а как сами варяги называли Киевскую Русь? Свое государство на Днепре? Просто "Русью" они его называть не могли, потому что так называли соплеменников, выходцев из Северной Швеции - жителей побережья, обитавших к северу от Стокгольма. Их и сейчас так называют. Отчаянные были люди, отвага их не знала границ: блестящие мореплаватели, смелые воины, они держали в руках Северную Европу. На побережье и на воде не было им равных соперников. Реконструкции древних шведов. Слово "русь" скандинавские ученые выводят от древневаряжского (древнеисландский диалект) "гребцы", "мореходы". Действительно, варяги вошли в мир именно как "воины моря". Реки им были дорогами, морской утес - приютом. Древние их саги тому лучшее подтверждение. Вроде бы все сходится. Последние на сей счет сомнения, если они еще остаются, развеивают финны и эстонцы, давние соседи шведов, которые по старинной привычке называют Швецию словом, созвучным слову "Роутси". В то время как южного соседа, который на географической карте обозначался "СССР", они традиционно называют "Вения", от слова "венеды" - то есть "славяне". Мало того, в Эстонии есть местечко на побережье, оно так и называется "Новая Руосия", там когда-то жили шведы... Это их название! Сохранилось. Все свои заморские территории варяги называли именно так. Словом "венеды" пользуются не только финны и эстонцы. В немецком языке сохранилось оно в значении "славяне", и у итальянцев в ходу это слово. "Русы" и "славяне" совершенно разные, абсолютно не совпадающие понятия в этнографии. Впервые о венедах как о европейском народе мир узнал из работ римского ученого и писателя Плиния Старшего (24-79), который составил многотомный трактат "Естественная история". Это настоящая энциклопедия древнего мира! Работа, на которой выросли ученые всех последующих поколений. По Плинию, древние славяне называли себя "венедами". Другой римский историк, Тацит (58-117), подтвердил и дополнил сведения о венедах - народе, обитавшем на севере Европы, между Вислой и Одером. С тех пор начинается в мировой науке фиксированная история венедов, то есть славян... Придумывать в ней ничего не надо, все есть как есть. О варягах же, об их облике и нравах мир узнал много позже, в IX веке, из Жития епископа Георгия Амастридского, где сообщалось о нападении русов на город Амастриду (на южном берегу Черного моря), о насилии и грабежах, о чудесном вмешательстве святого, предотвратившего разграбление. Событие датируется 860 годом. Русы в IX веке не раз беспокоили Византию, их знакомство с Константинополем, с его дворцами и храмами не прошло бесследно: молва о далеких богатых городах запечатлелась в скандинавских сагах. Поэтому погром в городе Амастриде, конечно, не был случайностью, к нему готовились загодя... Здесь тоже вроде бы все ясно, ничего не надо придумывать. Но почему-то иные российские историки утверждают, что тот погром устроили некие "славяно-русы", однако Георгий Амастридский о таком "народе" не говорит. "Славяно-русы" - это как диагноз в истории болезни, но им посвящены книги! Авторов не заботит, что славяне и русы даже рядом не жили, их разделяло Балтийское море. Всем отличались они: образом жизни, внешностью, духовным укладом. Варяги, например, исповедовали веру Одинову, в которой главенствовал небесный бог Донар, Дангыр, славяне же о ней не знали. Варяги искали себе пропитание в морской торговле, в военных подвигах, а славяне - в кочевом скотоводстве, позже - в неоседлом земледелии. Больше того, летописи той поры отмечали: "русы ходили воевати славян", "славяне платили дань русам". Это цитаты! Говорить о "славяно-русах" - все равно что искать следы каких-нибудь "греко-арабов" или "римо-марокканцев". "Русы не имеют пашен, а питаются лишь тем, что привозят из земли славян", - отмечал древний летописец Востока Ибн-Руст. "Всегда 100- 200 из них (русов) ходят к славянам и насильно берут у них на свое содержание", - вторил ему другой писатель тех лет, Гардизи. Казалось бы, о чем еще говорить? И тем не менее. А как появились варяги на мировой арене? Кто были они? Эти вопросы слабо исследованы, они не случайны: из ничего не мог же появиться народ. Тем более что следы исторического присутствия варягов есть, и они внушительны. Стоило бы присмотреться к ним внимательнее. В Скандинавии уже давно найдены памятники с древними тюркскими рунами. Откуда? Вопрос открытый. А могла ли письменность Алтая сама, без людей оказаться здесь, в Скандинавии? Нет, конечно. Таинственные письмена не раз пытались прочитать скандинавские ученые, но, не зная тюркского языка, сделать это трудно. Поэтому у каждого переводчика получался свой "перевод", а у всех - одна неразгаданная тайна. Тюрки-кипчаки пришли в Скандинавию, судя по иным событиям, еще во времена Аттилы, расцвет их культуры здесь пришелся на VII век. Всадники принесли умение обрабатывать землю плугами, выращивать крупных домашних животных, плавить железную руду, чего местные жители (охотники и рыболовы) делать не умели. О тех далеких днях свидетельствуют и "оленные камни", издавна служившие тюркам ориентирами на местности. И на них те же рунические надписи и орнаменты Алтая, родины тюрков... Участие тюрков в "рождении" варягов (как нового народа!) более чем очевидно. Это прочитывается в скандинавских сагах, например в "Саге о Виланде" или "Саге о Сигурде", там очень много тюркской символики. Даже героическая "Песнь о нибелунгах" имеет исторические корни и хозяина (нифлунгами тюрки в древности называли богатырей, служивших дракону)... Конечно, об этом нужен отдельный рассказ. Частью его могла бы стать история Исландии, еще одной "Руси". Название у страны четко выведено из тюркского корня - "Горячая земля". Версия "Ледяная земля" для горячей Исландии не подходит: ледяных островов в Северном океане много, а горячий только один. Страна вулканов и гейзеров сохранила своим государственным флагом голубое знамя Аттилы с двумя шлыками... Что еще надо? И это не все. Есть старинная географическая карта, по которой сверяли путь варяги, когда-то она хранилась в музее Венгрии. На этой карте, слева в углу, кто-то написал тюркскими рунами короткий текст. Возможно, это сделал варяг по имени Тюрк, он был вместе с Лейвом Эйриксоном в легендарном плавании 1000 года, когда они открыли Америку за пятьсот лет до Колумба. Знаменитую и таинственную землю Винленд. Сейчас эти данные кажутся неправдоподобными. Но они не придуманы... Потому что слово "рус" есть даже в "Собрании тюркских наречий" средневекового ученого Махмуда Кашгарского, большого знатока древнетюркского языка. Он жил в Средней Азии и вряд ли что слышал о скандинавах. "Рус" - так древние тюрки называли род гребцов и перевозчиков, то есть тех, кто добывал себе пропитание водным извозом. Иначе говоря, веслом. Причем слово это "этническое", поясняет словарь. Автор: Мурад Аджи
  3. Переведен на русский язык и издан оригинальный труд голландского автора конца XVI — начала XVII вв. Николааса Витсена «Северная и Восточная Тартария», включающая описания областей, расположенных в северной и восточной части Европы. Н. Витсен — бургомистр Амстердама, один из богатейших людей Голландии, находившийся в дружеских отношениях с Петром I. Известно, что первый император России с благоговением относился к Голландии, именно туда он прорубил окно в Европу. Петр I был всегда в курсе научных исследований интересного во всех отношениях голландца. Автор книги оставил немало интересных воспоминаний о нем. Труд этот — не цельное изложение истории и географии территории, обозначенной автором как Тартария, и по его представлениям, вбирающей в себя всю Евразию. Во вступительном слове Н. Витсен писал: «Я избрал (для описания) северные и восточные части Азии и Европы, как наименее изученные. Знания о них настолько смутные, что границы Тартарии едва известны в Европе по названию и местоположению»1. Видимо, название Тартарии ассоциировалось в Европе с деяниями таких, как их обозначил автор, «могучих завоевателей, как Чингисхан, Тамерлан, «не уступавших в величии и военной славе Александру и Цезарю». Они, «вышедшие из стран Тартарии, покорили Азию от Сины до Константинополя и в XII в. сеяли страх всей Европе». Европейцы всю эту территорию продолжали называть Тартарией и даже после того, когда на ней появилась могущественная империя Петра I. Весьма интересна информативная база этого, поистине великого, труда. Ее, прежде всего, составили тексты беседы автора с татарами, китайцами, греками, персами, с людьми разных профессий, в том числе и побывавшими в плену в азиатских странах, их сообщения. От китайцев Витсен получал китайские и татарские письмена. Составляя свою карту, автор во многом опирался на сведения, полученные от своих респондентов. В то же время он настолько осторожен, щепетилен и критичен в отношении этих данных, что писал: «Могло все же случиться, что (в мои расчеты) вкрались незначительные ошибки. Время и опыт их исправят». И, разумеется, Витсен оказался прав. Тогда не было сколь-либо совершенных методов сбора и изучения географических данных. Названия городов и иных населенных пунктов наносились на карту со слов информаторов. Описания обычаев и традиций народов во многих случаях исходили от их недоброжелателей. Весьма примечательны в этом отношении примечания В. Н. Татищева, которые приводят в специальной разъяснительной книге современные составители труда Витсена2. Народы, о которых идет речь у Витсена, не столько сами татары, сколько те разнородные этносы, когда-то оказавшиеся под их влиянием и покровительством. Во многом это даже не тюрки. Но все они обозначены как тартары или татары. По данным труда Витсена, можно проследить постепенное выделение из общего татарского дома других народов со своими названиями. У него узбеки пока что узбекские татары, бухарцы — бухарские татары. В то же время у Витсена нет точного обозначения татар-тюрков. Он, так же как в более позднее время Бичурин (Иакинф)I, ошибочно представлял татар и монгол в качестве одного племени. По нему, были черные татары и белые татары. Все они в то же время и монголы. Более того, Витсен был склонен считать истинными татарами монголов. Возможно, что причиной этого могло стать возвышение Чингисхана, войска которого считались татаро-монгольскими. Между тем, жившие намного раньше Витсена исследователи хорошо различали татар и монгол. Так, среднеазиатский ученый-тюрколог ХI в. Махмуд Кашгари причислял татар к одному из двадцати тюркских племен. Он утверждал, что они, так же как и печенеги, башкиры, половцы и киргизы, говорили по-тюркски3. Арабский историк Ибн аль-Асир, живший в 1160-1233 гг., тоже относил татар к тюркским племенам4 . Витсен Н. Северная и Восточная Тартария / Пер. с голландского В. Г. Трисмана. – Амстердам, 2010. – Т. I, II. – 1225 с.; Т. III. – 579 с. Рашид ад-Дин (1247-1318) также резко отграничивал тюркский язык от монгольского. В перечне 28 «настоящих» монгольских родов не упоминается ни один татарский род. Он относил татар к тюркам и называл их «самыми известными тюркскими племенами» в период образования державы Чингисхана. По словам Рашид ад-Дина, в начале монгольской истории название «татар» имело два значения: конкретное наименование племени отуз-татар, кочевавших южнее р. Керулен и являвшихся противниками монголов, и собирательное — всех восточных кочевников от Китайской стены до сибирской тайги. Для Витсена в данном случае было важно именно второе наименование, ибо он стремился охватить основную часть Евразии, т. е. Тартарии. Рашид ад-Дин внес ясность и в вопрос взаимоотношений татар и монгол, находившихся в постоянной борьбе друг с другом. Татарам, отмечал он, удалось одержать верх в этой борьбе. Примечательны и его следующие строки, позволяющие понять причину того, что и монголы стали называться татарами: «Они (татары) в глубокой древности большую часть времени были покровителями и владыками большей части монгольских племен и областей, (выдаваясь своим) величием, могуществом и полным почетом (от других). Из-за их чрезвычайного величия и почетного положения другие тюркские роды, при (всем) различии и разрядов и названий стали известны под их именем и все назывались татарами»5. Ситуация изменилась лишь к концу ХII в., когда один из татарских князей Муджин Султу восстал против китайского императора Алтын-хана, чем воспользовались монголы во главе с Чингисханом, заключившим союз с вождем кираитов Тогроилом. И они совместно с китайцами напали на татар. Татарское население было захвачено в плен, их имущество и стада распределены между Чингисханом и Тогроилом. Муджин Султу был убит, а татары оказались в подчиненном положении. Золотые украшения из древних тартарских захоронений в Сибири. Витсен Н. Северная и Восточная Тартария / Пер. с голландского В. Г. Трисмана. – Амстердам, 2010. – Т. II. – С. 938. Описание Тартарии Витсен начинает с характеристики ниухе, которое совпадает с хиенху, представленное в XIX в. Эдвардом Паркером в качестве татарского начала, когда племя под таким названием более двух тысяч лет назад объединило вокруг себя другие родственные племена. Все они стали именоваться татарами. Западные татары называли восточных мугалами или мюгалами, писал Витсен. Однако все эти сведения приводятся без всяких ссылок на древнекитайские источники. Ясно одно: в сведениях, поступавших к Витсену, фигурируют современные ему «тартары». На территориях, соседствовавших с Китаем и по всей Восточной Азии, это — остатки древних татар. Значительная их часть уже давно оказалась в Европе и вместе с монголами обосновала Золотую Орду, воссоединившись с родственными им булгарами и кипчаками. Была заложена основа современной татарской нации. Многие описания оставшихся рядом с Китаем татар дают возможность для определенных выводов. Эти татары белолицы, широколицы, у них узкие глаза и черные волосы. Они бреют голову, оставляя на макушке лишь длинную косу. Интересно, что многие традиции и обычаи, свойственные древним татарам, переходили к другим народам, в том числе и китайцам. Потому непросто было отличить их от тюрков-татар. Данные, сообщаемые Витсеном, иногда позволяют узнать о происхождении ряда обычаев и традиций. Так, по свидетельству Миллера, со ссылкой на Витсена, «Строганов привез со своей родины и ввел в употребление в России татарские счеты, на которых производят арифметические вычисления при помощи шариков, надетых на проволоку»6. Эти счеты в течение многих веков вплоть до появления компьютерной технологии, верой и правдой служили народам России. Головное тартарское украшение из золота, найденное в Сибирском захоронении. Витсен Н. Северная и Восточная Тартария / Пер. с голландского В. Г. Трисмана. – Амстердам, 2010. – Т. II. – С. 937. Тюркам и монголам издревле была присуща любовь к лошадям. Характеристике последних уделяется много места в целом ряде сообщений, которыми пользовался Витсен. «Тартарские лошади из Ниухе благородны и смелы. Напротив, синские (китайские. — И. Т.) — трусливы, ленивы в бою, да и с трудом переносят фырканье тартарских лошадей». Об отношении крымских татар к лошадям написано следующее: «Лошадям они уделяют много внимания, и у них есть пословица: “Лошадь потеряна — голова потеряна”».Труд Николааса Витсена представляет собой большой научный интерес. Отрывок из главы «Крым» Крымская Тартария, иначе называемая TauricaChersonesus, расположена к югу и западу от Черного моря, к северо-востоку от Меотийского озера, к северу от пустынных областей [вдоль] реки Нипер. Народ в стране крымских тартар, правда, грубые варвары, но все же они не совсем лишены добрых нравов. Когда они садятся на лошадь, то кладут руку на седло и говорят: Дай Бог счастья, — а когда путь закончится, они благодарят Бога; то же самое они делают, когда встают утром, и после того, как вымоются. У них есть школы и пост перед Пасхой. Они едят конское мясо. У них живут греки, армяне, арабы и евреи, причем обязаны платить им дань. Они занимаются работорговлей. Там говорят, что древние жители этой страны применяли обрезание еще до Магомета. […] У них обычный рост, желтоватая кожа, крепкое телосложение, широкое лицо, короткая шея и маленькие глаза. Они с детства упражняются в стрельбе из лука. Их одежда — это овечьи шкуры. Их луки сделаны из нервов лошадей. […] Они очень послушны своим ханам. Ведут строгий образ жизни. […] В военных походах эти крымцы выступают конницей, продвигаясь настолько быстро, что 80 000 человек крымцев проехали из своего края в Канатоп, то есть больше 150 миль, за 11 дней. Они едят конское мясо, лежащее под седлом, особенно когда спешат, причем пот коня — это соус. Их лошади быстроходны, крепки, проходят в день большие расстояния без отдыха. Их язык очень похож на турецкий и отличается от него так, как примерно различаются верхне- и нижненемецкий. […] Они дерутся толпами, по три-четыре тысячи человек, неумело, как попало. Их стрелы достигают расстояния в 100 шагов. Они кормят своих рабов так же, как питаются сами; рабов, которых держат в стране, используют и для обработки земли, и как пастухов овец. Они неохотно убивают своих врагов и имеют при себе петли [арканы], которые набрасывают на шею врагу, срывают его с коня и тащат за собой. […] Крымскотартарский король, или хан, называет себя в титулах королем [ханом] ногайцев, чиркасов, королем Малибасе и Великой Тартарии. Земля там равнинная, и, так как там часто дуют сильные ветры, воздух очень холодный и нет мест для укрытия. Там есть четыре реки, но они мелки и не очень многоводны. […] Там хорошая вода, но самая лучшая — около морского берега. Рыбы там изобилие. У морских берегов растет много фруктов: яблоки, груши, сливы, вишни, — а внутри страны, на равнине, нет никаких деревьев. Они есть только по берегам рек. Там изобилие диких тюльпанов. Там нет хищных животных, но много зайцев, на которых они охотятся с собаками и соколами. Эти тартары едят мало хлеба и много мяса. Самый приятный напиток — лошадиное молоко, которое они особым образом приготавливают, так что от него пьянеют. Во время праздника они, по обычаю, пьют, сидя кругом, и пьют много. Едят, сидя кругом на земле, на кожаном ковре. И, хотя у них много молока, они делают плохой сыр. Они очень гостеприимны, гостей принимают хорошо. […] Лошадям они уделяют много внимания, и у них есть пословица: Лошадь потеряна — голова потеряна. Они собираются по 10 человек, и для каждого десятка есть котел, чтобы варить еду, свисток, чтобы созывать их, и большая ложка из дерева или кожи, чтобы пить: из нее при случае пьют и лошади. Они также носят с собой швейные принадлежности, чтобы при необходимости чинить в дороге седла и вожжи. Они сидят на коне очень близко, вожжи держат пальцем левой руки, которым также держат и лук. Они употребляют вместо брони кольчуги. Зимой, когда реки замерзают, они совершают большинство военных походов. Когда они отправляются в грабительские походы, то коням не дают есть до вечера, считая, что так они лучше бегут. Добыча делится поровну, то есть между теми, кто остается в лагере, и теми, кто ходил грабить. Десятая часть причитается хану. Солдаты не получают жалования, а служат за добычу, причем хан имеет несколько сот человек личной охраны. Основная их торговля — торговля рабами. Того, кто совершает убийство или дает ложные показания, сажают на кол; того, кто совершает крупную кражу, вешают. При гражданских спорах или разногласиях все дела судья слушает при свидетелях, приговор исполняется немедленно и без апелляций. Они правоверные магометане и очень набожны, пытаются с помощью обещаний свободы довести своих рабов до отречения, что им часто удается. Мертвых они хоронят в гробах в поле, в очень глубоких ямах, кладут камни на голову и ноги. Те из ближних родственников, которые сопровождают труп, бросают землю на него, говоря: «Бог простит ему его грехи». […] Матери в Крыму ежедневно купают своих детей, чтобы их укрепить. Простой народ пьет воду, а самые богатые люди — кобылье молоко и водку. Крым по-тартарски значит крепость. Эта страна по своей природе каменистая и сухая. Туда на кораблях привозят все, и оттуда уходят нагруженные корабли. В поле они ставят свои телеги и палатки, как будто это город. […] Лошадиная кровь и молоко там служат лекарствами. Тартары крепки на вид. Новорожденным детям вдавливают нос. Когда они приветствуют кого-нибудь, то кланяются. Высокопоставленным людям они бросаются в ноги и обнимают их колени, прижимают к губам палец и слегка трясут головой. […] Гуерапсе, арабский писатель, называет область Крым страной киммерийцев. Он говорит, что путешественнику с телегами потребуется три месяца, чтобы добраться от Ховарзамы до Крыма. Между этими двумя местами до разрушений, которые совершил Тамерлан, было изобилие всяких съестных припасов; там было безопасно ездить, встречалось много городов и людей, которые в его время были уничтожены, так что не осталось ни души. Эта область Хуварзама, можно предположить, лежала много выше реки Яик, в Калмакии или Мугалии, где теперь, правда, есть люди, но все варварские и дикие, без постоянных жилищ. […] Витсен Н. Северная и Восточная Тартария / Пер. с голландского В. Г. Трисмана. – Амстердам, 2010. – Т. II. – С. 705-709. Публикацию подготовил Индус Тагиров, доктор исторических наук.
  4. Уважаемый Boris55, Джордано Бруно про таких, как вы говорил: «Невежество — лучшая в мире наука: она дается без труда и не печалит душу» По всему видно - это так.
  5. и у обоих по одной извилине...
  6. Сколько же мусора в голове у людей! Я просто поражаюсь.
  7. Золотая Орда не только вершина татарской цивилизации, но и важная часть русской истории. Возможно, без татар русские оказались бы просто частью Польши, Литвы, Пруссии, Швеции… Даже во время «великой замятни» в Орде, когда дела в государстве расстроились, русские князья продолжали платить дань, чувствуя угрозу с Запада. Однако, теория спасения Русью Европы от татар настолько же живуча, насколько она абсурдна. О Золотой Орде, Куликовской битве и Мамае написано много небылиц, в них верят. Мифы живучи. Современные учебники излагают Куликовскую битву весьма противоречиво: «Татары панически бежали с Куликова поля. За личную храбрость в битве и полководческие заслуги Дмитрий получил прозвище Донской. После поражения Мамай бежал в Кафу (Феодосию), где был убит. Власть над Ордой захватил хан Токтамыш… На Куликовом поле Золотая Орда потерпела первое крупное поражение» (Орлов, Георгиев и др., 2003, с. 66). Если татары потерпели поражение, а русские победили, то почему хан Токтамыш захватил власть? Концы с концами не сходятся. Более объективен Георгий Вернадский, чей учебник весьма популярен в западных университетах: «Удар нанесенный русскими монгольскому правлению, был для их врагов тяжелым, но не смертельным. Мамай немедленно начал приготовления для нового похода против Москвы. Но прежде он должен был сразиться с быстро наступающими силами Тохтамыша. Войска Мамая были разбиты, сам он бежал в Крым, где был убит генуэзцами. Теперь Тохтамыш стал бесспорным владельцем всего улуса Джучи». (Вернадский, 2001, с. 77). В такой трактовке исчезает татаро-русское противостояние как главная фабула Куликовской битвы, что ближе к истине. Оценки Куликовской битвы у разных историков сильно различаются. В.О.Ключевский вовсе опустил это событие из своих обширных лекций. Однако есть историки, которые раздули значение Куликовской битвы по идеологическим соображениям. Чтобы оценить место Куликовской битвы и понять личность Мамая следует, прежде всего, признать, что история Золотой Орды – органическая часть истории России. С.М.Соловьев в предисловии к своей многотомной «Истории России с древнейших времен» отмечает: «Историк не имеет права с половины XIII века прерывать естественную нить событий – именно постепенный переход родовых княжеских отношений в государственные – и вставлять татарский период, выдвигать на первый план татар, татарские отношения, вследствие чего необходимо закрываются главные явления, главные причины этих явлений» (Соловьев, 1988, с. 54). Таким образом, период в три столетия, история татарских государств (Золотой Орды, Казанского и других татарских ханств), повлиявших на мировые процессы, а не только судьбу русских, выпадала из цепи событий становления российской государственности. Но ведь «исторические события не позволяют безнаказанно отрывать себя от окружения» (Йохан Хейзинга, 1992, с. 32). Такой метод заводит в тупик. Тем не менее, русская историческая школа упорно шла и продолжает следовать этим путем. Другой выдающийся русский историк В.О.Ключевский делил историю России на периоды в соответствии с логикой колонизации. «История России, – писал он, – есть история страны, которая колонизуется. Область колонизации в ней расширялась вместе с государственной ее территорией». «...Колонизация страны была основным фактом нашей истории, с которым в близкой или отдаленной связи стояли все другие ее факты» (Ключевский, 1987, с. 50). Главными предметами исследования В.О.Ключевского стали государство и народность, при этом государство было Российским, а народ – русским. Для татар и их государственности места не оставалось, будто они не жили на Волге и Урале, Сибири и Южнорусских степях. Не в заоблачных же высях скакала татарская конница?! У кого же в таком случае получал Александр Невский или Иван Калита ярлык на княжение? Сам же В.О.Ключевский пишет, что «княжества тогдашней Северной Руси были не самостоятельные владения, а даннические «улусы» татар; их князья звались холопами «вольного царя», как величали у нас ордынского хана» (Ключевский, 1988, с. 41). С XIII в. русские участвовали в золотоордынских походах. Как записано в Ипатьевской летописи (1274 г.): «Тогда бо бяху вси князи в воли тотарьскои». Наконец, с кем воевал Дмитрий Донской, если татарский фактор был несущественен для русской истории? Предвзятость ослепляет даже выдающихся историков. Лорд Актон говорил: «Ткань человеческих судеб ткется плотно, без пропусков; потому что в обществе, как и в природе, структура непрерывна…» (Актон, 1992, с. 140). Все разговоры о самостоятельной истории татар и русских из области идеологических мифов. «Великая Яса» распространялось на все русские княжества, была общая финансовая и налоговая система, для чего проводилась перепись населения, князья получали власть из рук ханов, более того и кандидаты в митрополиты, прежде чем поехать в Константинополь на утверждение в этом сане должны были получить согласие хана. Историю России не понять без татарского фактора, который вовсе не был сугубо отрицательным для русских. «Велико счастье Руси, – писал П.Н.Савицкий, – что в момент, когда в силу внутреннего разложения она должна была пасть, она досталась татарам, и никому другому. Татары – «нейтральная» культурная среда, принимавшая «всяческих богов» и терпевшая «любые культуры», пала на Русь как наказание Божие, но не замутила чистоты национального творчества. Если бы Русь досталась туркам, заразившимся «иранским фанатизмом и экзальтацией», ее испытание было бы многажды труднее и доля – горше. Если бы ее взял Запад, он вынул бы из нее душу… Татары не изменили духовного существа России; но в отличительном для них в эту эпоху качестве создателей государств, милитарно организующей силы, они, несомненно, повлияли на Русь. Действием ли примера, привитием ли крови правящим, они дали России свойство организовываться военно, создавать государственно-принудительный центр, достигать устойчивости; они дали ей качество – становиться могущественной «ордой» (Савицкий, 2003, с. 467). Не только законы, институты государственности, военное дело переняла Россия у татар, но и духовно ковалась в эпоху «татарского ига». Византия была ее другим источником, но она была далеко, а татары рядом, ежедневно и ежечасно. Многое в московской политике меняется с появлением на московской службе татар и литовцев, а затем и немцев. При Василии, отце Грозного, с князем Глинским (кстати, потомком Мамая) выехала из литвы целая «толпа», размещенная в Муромском уезде. В 1535 г. в правление Елены Глинской, выехало на службу государя московского 300 семейств «литвы» с женами и детьми. Среди этой «литвы», скорее всего, большинство было татар, ибо Москва приглашала людей ратных, а в Великом княжестве Литовском военную службу несли ордынцы Мамая и Токтамыша. Вместе с царевичем Касимом при Василии Темном, бывшем в казанском плену, выехал целый военный отряд, который был размещен в Городце на Оке, где возникло Касимовское ханство в составе Московского княжества. Иван Грозный приглашал многих мурз и раздавал земли на исконно русских землях в уездах Московском, Боровском, Калужском и других. По расчету В.О.Ключевского в Бархатной книге, учитывавшей столбовых дворян, фамилий «великорусских, оказывается 33%, происхождения польско-литовского, т.е. в значительной степени западнорусского, – 24%, происхождения немецкого, западноевропейского – 25%, происхождения татарского и вообще восточного – 17% и 1% остается неопределим» (Ключевский, 1988, с. 193). Если учесть, что польско-литовское дворянство имеет татарские корни, а вовсе не западнорусские, то процент служивых татар будет гораздо выше.П.Н.Савицкий писал Л.Гумилеву: «Как известно, великорусское дворянство, сыгравшее огромную роль в создании великого Русского государства, на 30, 40 и даже более процентов состояло из потомков этих мурз, князей и слуг». В Москву из Орды уходили далеко небесталанные люди, как раз, наоборот, те, кто искал приключений, повышения по службе, неуживчивые и строптивые. «Иго» стало, по словам Петра Савицкого, горнилом русского духовного своеобразия. (Савицкий, 2003, с. 467). Достаточно вчитаться в русские имена татарского происхождения, чтобы стало более понятной и русская история. Державин из рода Нарбековых, Карамзин из рода Кара-мурзы, Тургенев – из Тургаевых; Аксаковы, Огаревы, Чаадаевы, Кутузовы, Тимерязовы и т.д. и т.п. (Баскаков, 1979; Халиков, 1992). Какие имена! Русскую культуру невозможно представить без этих татарских (по происхождению) имен! Их невозможно игнорировать, их не выкинешь из российской истории, поскольку они и есть история России. Золотая Орда делилась по Яику на два крыла. В правом (западном) преобладал оседлый элемент, в левом (восточном) в основном господствовали кочевнические нормы жизни. В середине XIII в. большинство населения Золотой Орды, включая его правящую элиту, вело кочевой образ жизни. Иностранные путешественники застали Бату-хана в степном лагере, хотя он основал свою столицу Сарай на Волге. К XIV в. правящая элита начала оседать в городских центрах. Время правления Берке-хана может быть обозначено как начало отказа от кочевого образа жизни, хотя даже Узбек-хан не вел полностью оседлую жизнь. Правящая элита, видимо, «кочевала» не в традиционном смысле этого слова, а перемещалась из Сарая к Булгару, используя последний как летнюю столицу. Роль степных улусов, прежде всего, Ногайской Орды, кочевых узбеков, а затем и казахов всегда была значительной в Золотой Орде, но рост многочисленных городов, торговля по рекам делали оседлую культуру доминирующей. Волга начинает играть не меньшую роль, чем караванные пути азиатской части или Крыма. Причем значительная доля пшеницы, других злаков в экспорте неуклонно усиливали роль оседлой части населения. Урбанизация вела к росту земледельцев, ремесленников, торговцев. Вместе с этим менялись ценности и нормы. Место «Великой Ясы» занял шариат, а нравственный кодекс Чингиз-хана во многом оказался забытым. Одновременно на политической арене столкнулись интересы талантливых полководцев и политических лидеров с наследственным правом чингизидов. Среди наиболее ярких личностей мы видим Ногая (хотя Ногай и был чингизидом, но не имел право на трон), Мамая, Идегея, практически расставлявших по своему усмотрению ханов, но не имевших права на престол. Об Идегее говорили «султаны при нем носили только имя, но не имели никакого значения». Все три выдающиеся личности были представителями Великой Степи. Именно там сохранялась доблесть воинов и политических мужей. Государственная система не могла выработать механизмов естественной инкорпорации амбициозных лидеров в систему верховной власти, а потому раздиралась противоречием между династическим принципом, выдвигавшим слабых ханов и реальной властью эмиров, беклерибеков, беков, реально обладавших властью. Нужны были политические реформы. Их требовала торговля и финансовая система, развитая культура. Золотая Орда вплотную подошла к этапу политических преобразований, но качественной метаморфозы не произошло. Юлай Шамильоглу считает, что систему четырех беев можно считать «предпарламентом». Лидеры четырех «правящих кланов» участвовали в делах государства через систему коллективного правления, уравновешивающего власть хана, они представляли доминирующую часть населения, известного как «земля» в отличие от дивана, назначаемого самим ханом. Четыре бея-карачи составляли «государственный совет», выполнявший важную роль в управлении – снятие, выборы и введении в должность хана, участие в иностранных и военных делах государства. Именно эти четыре карачи при выборах хана выполняли ритуал его возвышения, поднимая три раза на кошме за четыре угла, затем несли хана вокруг палатки и помещали на трон и вкладывали в его руку золотой меч. Главный из четырех беев носил титул беклербек – «бей беев» («бейлербеи»). Он отвечал за дела в армии или, по крайне мере, управлял частью армии. Никакой декрет хана не был законный, если эти четыре карачи не одобряли его, ставя свою печать на документе рядом с печатью хана. На этом основании этих четырех беев можно рассматривать как эквивалент законодательного органа, но в Золотой Орде вся энергия ушла на внутреннюю борьбу, а не создание законодательного органа. Мамай в русских летописях появляется в связи с заговором против Тимур-Хаджи в 1361 г., хотя много раньше Ибн-Халдун называет его «одним из старших эмиров Бердибека». Мамай был талантливым полководцем и опытным политическим интриганом. Его возвышению способствовала женитьба на дочери хана Бердибека и он, таким образом, стал ханским зятем (гургеном)[1] и вместе с тем получил большие права, кроме одного – права на трон. Он жаждал трона, настолько, что даже по некоторым данным начал чеканить монету с титулом: «Мамай – царь правосудный» и также как Ногай или Идегей правил через своих ставленников – чингизидов. Существовали объективные причины для ослабления государства, без чего будут непонятны взаимная вражда кланов и столь катастрофические последствия для Золотой Орды. Русские летописи писали: «Бысть от бога на люди под восточною страною, на город Орначь и на Хозторокань и на Сарай и на Бездеж и на прочи грады в странах их, бысть мор силен на Бесермены и на Татарове и на Ормены и на Обезы и на Жиды и на фрязы и на Черкасы и на всех томо живущих, яко не бе кому их погребати». С запада к границам Золотой Орды подступила чума. В Европе она привела не только к демографическому, но экономическому и технологическому регрессу. То же самое ожидало Золотую Орду. Вспышки бубонной чумы во второй половине XIV в. привели к разрушению основных городских центров, а вместе с этим к упадку торговли и всей экономики. Ослабели караванные пути, началась война князей друг с другом, страна распадалась на мелкие удельные улусы. Беи четырех главных кланов поддерживали различных представителей чингизидов, что разрушило прежнюю основу политической власти. Золотая Орда была обречена. С момента смерти Бердибека до вступления на престол Токтамыша, т.е. всего лишь за 20 лет сменилось два десятка ханов: «Бердибек (1357–1359), Кульпа (лето – осень 1359), Навруз (осень 1359 – лето 1360), Хызр (лето 1360 – лето 1361), Халифа (2 недели лета 1361), Орда-шейх (1 месяц лета 1361), Тимур-ходжа (лето – осень 1361), Кельдибек (самозванец, осень 1361 – лето 1362), Абдулла (лето – осень 1362), Мюрид (осень 1362 – начало 1363), Мир-Пулад (начало 1363 – осень 1364), Азиз-шейх (осень 1364 – лето 1367), Абдулла (2-й раз, лето 1367 – весна 1370), Мухаммед Бюлек (весна 1370 – осень 1374), Урус (осень 1374 – осень 1375), Каганбек (осень 1375 – осень 1377), Арабшах (осень 1377 – осень 1378), Токтамыш (осень 1378 – 1395)» (Григорьев, 2004, с. 204). Именно в это время отмечен выпуск монет многочисленными претендентами на лидерство Золотой Орды, что говорит о децентрализации государства. Русский летописец свидетельствует: «Гладу же въ нихъ велику надлежащу и замятне мнозе и нестроению надълзе пребывающу и не престающе другъ на друга въстающе и крамолующе и воююще межи собою, ратящеся и убивающеся». Истощенная Золотая Орда начинает испытывать растущее сопротивление со стороны русских княжеств, начинается наступление Литвы на юг, а в восточных районах государства усиливается сепаратизм. Мамай, фактический правитель западной части Золотой Орды, опирался на союз с Литвой и генуэзские колонии в Крыму. В левом крыле Золотой Орды выдвинулся хан Токтамыш. Перед ним встала задача борьбы с Мамаем, без победы над которым Золотую Орду объединить было невозможно. В глазах современников законным ханом был Токтамыш, которому Мамай должен был подчиниться. В «Повести о нашествии Тохтамыша» он именуется как царь, то есть законный, легитимный повелитель. Русские законных ханов Золотой Орды, т.е. чингизидов не считали заклятыми врагами. Орда могла не нравиться, но с ней считались, а нередко искали защиты от произвола. Когда чинили обиды, ехали «в Орду – искать правды» («Повесть о Петре, царевиче ордынском»). Среди русских князей были сторонники союза с Литвой и Мамаем, в частности, тверской князь Михаил Александрович претендовал на московский престол и использовал для этого Ольгерта, женатого на его сестре. Князь Олег Рязанский женатый на сестре литовского князя Ягайло был настроен пролитовски и соответственно выступал на стороне Мамая. О князе рязанском в «Сказании о мамаевом побоище» сказано: «Скудость ума была в голове его, послал сына своего к безбожному Мамаю с великою честью и с многими дарами». Накануне Куликовской битвы два крыла Золотой Орды, Литва и русские княжества различной ориентации составляли сложную политическую мозаику. Соответственно и этнический состав воюющих стороны был довольно пестрым. 20 тыс. конница Дмитрия Донского состояла из крещеных татар, литовцев и русских, обученных бою в татарском конном строю. Остальные 130 тыс. состояли из княжеских конных и пеших дружин, а также ополчения. На помощь Дмитрию шел с сибирскими татарами хан Токтамыш. Нет прямых свидетельств о предварительной договоренности Дмитрия и Токтамыша о совместных действиях, но объективно они были заодно, о чем свидетельствует взаимный обмен посольствами сразу же после победы над Мамаем. У Мамая было около 200 тыс. воинов. В «Пространной летописной повести о Куликовской битве» утверждается: «Той же осенью пришел ордынский князь Мамай с единомышленниками своими, и со всеми другими князьями ордынскими, и со всей силой татарской и половецкой, и кроме того еще рати нанял: басурман, и армян, и фрягов, черкесов, и ясов, и буртасов. А с Мамаем вместе, в союзе с ним, и литовский князь Ягайло со всею силой литовской и ляшской, и с ними же заодно и Олег Иванович, князь рязанский, – с этими своими сообщниками пошел на великого князя Дмитрия Ивановича и на брата его, Владимира Андреевича». У литовского князя Ягайло в войсках большинство составляли русские из-под Минска, Полоцка и Гродно. Таким образом, Дмитрий Донской возглавлял войска, состоявшие из татар, литовцев и русских против войск Мамая, состоявших опять-таки из татар, литовцев и русских, да еще армян, генуэзцев, черкесов. Не было русско-татарского противостояния, а была политическая борьба разных сил за влияние в Золотой Орде. Существуют различные версии похода Токтамыша на Москву. Версия простого грабежа должна быть отброшена как явно тенденциозная. Другая версия связывает поход с неуплатой дани Дмитрием Донским в течение двух лет. Токтамыш в ответ пришел и сжег посад. Сам факт «экзекуции» Москвы говорит только об одном, Токтамыш заставил князя платить налог, не более того. А в этом деле ему помогли нижегородский и рязанские князья. Сами москвичи не оборонялись, полагая, что «пришел царь своего холопа показнити Дмитреа», тем более, что Дмитрий сбежал из города, а когда уплатил дань – «прия царь въ 8000 сребра» (Миргалеев, 2003, с. 61), поехал за ярлыком на княжение в Сарай и, естественно, получил его как союзник Токтамыша. Еще одна версия утверждает о существовании заговора против Дмитрия Донского и спасения его Токтамышем. А.В.Быков и О.В.Кузьмина считают, что современники Куликовскую битву воспринимали как величайшую трагедию, а попытки Дмитрия Донского и митрополита Алексия централизовать русские земли вокруг московского государства как разрушающие сложившуюся систему отношений между княжествами. Особенно недовольна была церковь, все еще жившая идеями славянского объединения вокруг Киева. Митрополит Киприан проклял победителя Куликовской битвы. Не успокоились и генуэзцы, потерявшие московский рынок и жаждавшие вернуть свое влияние в пределах русских княжеств. Заговор возглавил князь нижегородский, которого поддержали в Москве войска и простой народ. Он был на руку и князю рязанскому и литовскому великому князю Ягайло. Когда Дмитрий Донской вывел войска из Москвы в поход, произошел мятеж и он был вынужден бежать в Кострому, причем так быстро, что оставил жену и новорожденного сына в Москве. Для поддержки мятежников прибыл «некий князь литовский, именем Остей, внук Ольгердов. И он окрепив народы, и мятеж градный укротив, и затворился с ними в граде в осаде с множеством народа, с теми, сколько осталось горожан, и сколько бежан сбежалось с волостей, и сколько с иных градов и стран» («Повесть о нашествии Тохтамыша».) Поход Токтамыша преследовал цель сохранить Москву за Дмитрием Донским. Вначале хан стоял под стенами, пытаясь уговорить мятежников добровольно сдаться, но получив явный отказ вынужден был начать военные действия, что закончилось пожаром и избиением горожан. По этой версии «новый царь Золотой Орды, царство которого заработано в том числе и легшими костьми у Непрядвы полками Дмитрия, таким образом просто поддержал пошатнувшуюся власть своего верного и очень ценного вассала. И одновременно сохранил власть Орды над Москвой. А ведь власть эта могла бы уйти из Тохтамышевых рук, если бы пролитовский переворот в Московском княжестве удался!» – утверждают А.В.Быков и О.В.Кузьмина (Быков, Кузьмина, 2004, с. 241). Как в той, так и другой версии остается основной стержень фабулы: Дмитрий Донской и Токтамыш союзники в борьбе с Мамаем. Куликовскую битву нельзя трактовать в разрезе татаро-русских отношений или же как борьбу русских с Золотой Ордой, как победу русского оружия над татарами. Русские предпочли законную власть чингизидов, что и определяло их борьбу с Мамаем. В исторической литературе распространены неверные взгляды о жестком русско-татарском противостоянии, особенно после распада Золотой Орды. Этим страдают как московские, так и казанские историки. На самом деле, все было гораздо сложнее. Войны, конечно же, были, но вначале они не носили межэтнический или религиозный характер, это была борьба за влияние в постзолотоордынском пространстве. Далеко не сразу Москва начала экспансию, она нуждалась в союзниках для расширения своего влияния, тем более после распада Золотой Орды оказались самостоятельными Рязанское, Тверское и другие княжества. Характерно, что ногайский бей Муса напомнил в грамоте Ивану III: «…дядя оми Темир князь с тобою друг и брат был», а крымский бек Баки в 1538 г. сообщал Ивану IV «с покоиником со отцем нашим с Темирем князем твои отец князь велики, любовь их меж себя и дружба опришно была… Еще старые у тобя карачи князи осталися, и ты их въспроси…». Иван III дружил и с казанским и крымским ханами против Большой Орды. Постзолотоордынское пространство было сложным союзом соперников, связанных друг с другом общим наследством. Укрепление Москвы шло на фоне ослабления татарского этнического самосознания. Те, кто поддерживал Идегея стали именоваться ногаями. В 1428 г. отошла от Золотой Орды Тюмень, где хан Абуль-хайр и его улус приняли имя «узбеки». Примерно в 1438 г. отделились Крым и Казань – появились крымские, казанские, а вслед за этим астраханские татары. Общетатарское самосознание и солидарность заменились соперничеством и враждой. Гибель Большой Ордой в1502 г. – дело рук ногайцев и крымцев, а не русских. Дольше всех союз с Сараем поддерживала именно Москва, хотя и уклонялась от регулярной выплаты дани. Деньги, которые продолжали взимать с населения якобы для татар, оставались в казне московского князя. Агрессивные настроения в Москве появляются далеко не сразу. Когда задумали строить «Василь-город», захватив часть казанской земли, то многие в Москве это не одобрили, ибо мир ценили больше войны. Но правительство нашло поддержку у духовенства. Митрополит Даниил высказался так: «Тем городом мы всю землю Казанскую возьмем» (Худяков, 1996, с. 594). Москва вплоть до 1552 г. пыталась присоединить Казань мирным путем, посадив наместника. «Уния не состоялась, и казанцам пришлось заплатить за это страшной ценой», – заключает Михаил Худяков (Худяков, 1996, с. 637). Москва перешла к военным действиям против Казанского ханства, покорив край с редкой жестокостью. Иван Грозный после взятия Казани отрядил к ногайскому бию гонца «казанскои сеунчь сказати». «Бог нам милосердие учинил, – писал царь. – Казань со всеми людьми в наши руки дал». Он явно писал письмо союзнику. После взятия Казани народ так побежал в «подрайскую землицу», что «Северо-Восточная Русь буквально обезлюдила» (Кульпин, 1998, с. 143). Политика Золотой Орды была частью мировой истории, а история русских княжеств – частью татарской. Может быть, это трудно признать, но это именно так. И в этом нет ничего обидного, как впрочем, и в том, что татарская история последних четырех столетий оказалась частью российской. Русские, благодаря Золотой Орде, оказались вовлеченными в мировые процессы, что стало предпосылкой создания великой России. Пройдет время, отпадет идеологическая шелуха, и на наследство Золотой Орды будут претендовать многие народы. Золотоордынская культура занимает самостоятельное и весьма значительное место в истории человечества. Она стала реальным мостом между Западом и Востоком. Золотоордынская культура впитала средневековые достижения многих тюркских и других народов. Совершенная экономика, строившаяся на замечательной финансовой системе, фантастические по тем временам связь и управление, позволявшие держать под контролем огромную территорию и обеспечивать безопасность, превосходное военное искусство, наука, литература, зодчество и т.д. – все это говорит о самостоятельной культуре Золотой Орды, стоявшей в средние века на высочайшем уровне. Человечество уже сегодня иначе рассматривает роль Чингиз-хана в мировой истории, настанет время – и эпоха Золотой Орды будет оценена по достоинству, а Мамай предстанет как заметный политический деятель татарской и русской истории. Рафаэль Хакимов, директор Института истории АН РТ
  8. В одной из предыдущих статей я писал о поездке в Японию для изучения технологии изготовления самурайских мечей под названием tatara. В Японии появление этой технологии однозначно связывают с татарами, которые привезли ее в VII веке через Корею. В имени tatara окончание «а» можно отнести к особенностям японского языка. Впрочем, существует другая версия. Известный монголовед Евгений Кычанов этимологию этнонима «татар» объясняет следующим образом: «В чжурчжэньском языке был глагол tatambi — «располагаться лагерем». Причастие настоящего времени от этого глагола tatara — «располагающиеся лагерем, стойбищем», на наш взгляд, может служить одной из рабочих гипотез для объяснения имени «татары». Маловероятно, чтобы самоназвание возникало по такому признаку, как «стойбище», но этноним «татар» с окончанием «а» вполне мог появиться под влиянием предков чжурчжэней — тунгусов, китайцы их называли мохэ. Язык чжурчжэней относится к тунгусо-маньчжурской группе, и татары, жившие на востоке нынешней Монголии, контактировали с предками маньчжуров. Государство мохэйцев под названием Бохай (впоследствии Маньчжурия) граничило с Кореей, а там и рукой подать до Японии. В объяснении Кычанова интересна не сама этимология, а только окончание в имени tatara, которое его связывает с маньчжурами. Вообще, версий происхождения этнонима «татар» существует великое множество, но за давностью происхождения татар трудно однозначно доказать какую-либо версию, да и, честно говоря, нет в этом необходимости. Практически все летописцы пытались найти объяснение происхождению такой страшной силы, как татары. Европейцы сразу это увязали с понятными им сюжетами о подземном мире «Тартар». Те, кто видел татар своими глазами, относились к легендам более трезво. Францисканец Иоанн де Плано Карпини писал: «В восточных краях есть некая страна... Монгал. В старину в этой стране было четыре народа: один из них назывался йека-монгал, то есть великие монгалы; второй — су-монгал, то есть водные монгалы; сами же они именовали себя тартарами по названию некоей реки, которая протекает через их землю и называется Тартар». Другой францисканец поясняет: «Моал [по-тартарски] — земля, монголы — означает [имя] жителей земли. Однако сами [они] называют себя тартары от [названия] большой и стремительной реки, которая пересекает их землю и называется Татар. Ибо тата на их языке означает [по-латыни] «тащить», а тартар — «тянущий». Подобная версия гуляла по всей Европе. В так называемом «Пандеховом пророческом сказании» 1259 года (сербская рукопись) приводится эта же этимология имени татар: «Тар'та река есть велия. Прему граду тому, име еи наричеть се Тар'та. Темь же хальдеисци езыци наричють се Тар'тарие. Два мьча и вьторымь изидуть на землю. Дващи бо имь изити на землю гневомь. Кумане нигдере не будуть и погибнуть. Руси вльчьки повиють и разидуть ее, люту Казань примуть, истають акы воскь от лица ог'ну». Разные ученые пытались идентифицировать эту реку, но безуспешно. В этих летописях интересна не этимология, а понимание летописцами места жительства татар — там, где восходит солнце, и на севере за непроходимыми горами, и на юге рядом с Китаем и Персией. Тут они не ошибались. Японская миниатюра «КРОМЕ ТАТАР БОЛЬШЕ ВЛИЯТЬ НЕКОМУ» Появление новой технологии tatara в Японии несложно датировать по археологическим находкам, но сам факт, на первый взгляд, выглядит слишком неправдоподобным. Где сегодня татары и где Япония! Даже наличие Татарского пролива у Сахалина не добавляет аргументов, ведь в российских книгах пишут, будто пролив «Татарским» назвали по ошибке. Тем не менее самурайские мечи, заменившие китайские прямые мечи, явно похожи на татарские сабли, они не были продолжением японских традиций. Конница с соответствующими доспехами и техникой боя характерна именно для татар, одновременно выросли курганы, не характерные для японцев. Одним словом, появилась степная культура среди гор, вулканов, лесов, островов, болот и моря. Для китайцев, повлиявших на культуру Японии, все это было чуждо. Кроме татар больше влиять некому. Но как? Из известных в те времена степных народов можно выделить наряду с татарами киданей и монгол. Что касается киданей, их государство Ляо появилось только в Х веке. Монголы появились в Монголии между Х и ХII веками. До того там жили татары. В записках о монголах, составленных южносунским дипломатом Сюй Тином в 1237 году, сказано: «Государство черных татар называется Великой Монголией. В пустыне имеется гора Мэнгушань, а в татарском языке серебро называется мэнгу. Чжурчжэни называли свое государство «Великой золотой династией», а потому и татары называют свое государство «Великой серебряной династией». Кидане и монголы не только позже татар появляются в Монголии, но к тому же они не были кузнецами. Зато возвышение тюрков связано именно с изобретением новой технологии выплавки металла, причем не вообще металла, а высококачественного, такого же, как дамасская сталь. В Минусинской котловине, Хакассии, на Алтае появились многочисленные горны. Тюрки с новым оружием сумели разгромить своих господ жужаней, спуститься с гор на степной простор и в VI веке создать Тюркский каганат. Об этом сохранилось множество преданий. Вот что рассказывает Ибн Баттута о разговорах в образованной среде города Бухары в первой половине XIV века: «Чингис-хан был кузнецом в земле Хата. Он был щедр душой, силен и прекрасно сложен. Вокруг себя он собирал людей и кормил их. Постепенно у них появилась группа людей, которая избрала его своим предводителем, и он захватил свою страну». Другой летописец Рашид ад-Дин повествует о времени появления тюрок на политической арене: «Когда среди тех гор и лесов этот народ размножился и пространство занимаемой им земли стало тесным и недостаточным, то они, не имея другого выхода, расплавили горный склон, состоявший из железной руды, и вышли из той теснины на простор степи». Отголосок этой легенды слышал Марко Поло и другие послы Европы и Ближнего Востока. В Европе это истолковали превратно, будто народ Гога и Магога, запертый Александром Македонским за огромной стеной из бронзы и смолы, расплавил горы и двинулся завоевывать восточные и западные страны. В Европе повторяли слова якобитского патриарха XII века Михаила Сирийца: «Земля, где пребывают тюрки, которые есть Гог и Магог, находится на северо-востоке. И не только из пророческого слова мы узнали это, но также из того, что видели и слышали мы и наши предки. [Там] они собирались, вышли оттуда и постоянно выходят. [Они жили от] края востока, или от того места, где восходит солнце, до предела северного, поблизости к стороне западной, в большом протяжении ее долготы [т. е. далеко на северо-запад]. В ширину же — до северного конца обитаемой [земли]. Об этой земле говорится, что она окружена непроходимыми горами. И только в двух местах имеется в них подобие ворот, через которые выходят те, кто там, и входят те, кто желает. Одни [ворота] — в восточной стороне, далеко на восток от Персии, а другие — на севере, в пределах иберских [на Кавказе]. Там есть и строения, укрепленные [крепости]. Ворота [в Иберии], о которых мы говорили, построены по приказанию македонца Александра Великого, чтобы обманом народы, которые там, не вышли. И ныне эти ворота находятся во владении иберов. Они выходили оттуда, из числа этого народа тюрок, из той внутренней земли, в которой они жили за горами, называемыми грудями земли». Мифологизация происхождения татар (из подземного Тартара), увязка этой легенды с библейскими сюжетами вызывала страх и нерешительность у европейцев перед лицом татарского нашествия. технология выплавки стали tatara «ЗА ЛЕГЕНДАМИ КРОЕТСЯ РЕАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ» За легендами кроется реальная история о добыче железа, разработке технологии плавки высококачественной стали, что стало поворотным событием в истории тюрок. К сожалению, наши историки не умеют выделить главное в прошлых событиях, т. е. то, что возвышало народ и что приводило его в упадок. Владение технологией выплавки высококачественного металла и в наши дни дает любой стране громадное преимущество. Это же очевидно, но историки описывают грандиозные сражения, в которых с каждой стороны участвуют многочисленные армии, не объясняя, откуда взялось оружие в таком количестве, где были источники сырья, какова была технология ковки металла, ведь для снабжения 100 - 200 - 300-тысячной армии нужна была целая металлургическая промышленность. На вопросы отвечают примерно так: в обозе ехали кузнецы, занимавшиеся ремонтом и ковкой оружия. Откуда металл у кузнецов? Откуда сырье? С ситуацией на Алтае в период возвышения Тюркского каганата более или менее ясно, ведь сохранилось много каменных стел с хроникой на тюркской рунике. Но нет ясности с контактами татар с жителями японских островов. И здесь приходится делать только предположения. По сведениям Рашид ад-Дина, до времени возвышения Чингизхана татарских государств было шесть. Один из татарских юртов локализуется вокруг озера Буир-нор на востоке нынешней Монголии. Именно этих татар в свое время разгромил и якобы истребил Чингизхан. Остальные татары участвовали как союзники. Буир-нор располагается рядом с горами Хингана. Для нас в качестве ориентира более известна река Халхин-Гол. Она берет начало на западных склонах Большого Хингана и впадает в озеро Буир-нор. Большой Хинган связывает высокое монгольское нагорье с низменностями западной Манчжурии. Видимо, путь татар в Японию нужно искать в той стороне. На Малом Хингане — продолжении восточного отрога Большого Хингана — есть месторождения железной руды и, что очень важно, горы покрыты лиственными лесами, там влажный климат. Технология tatara требует большого количества угля лиственных деревьев, а с тем, чтобы производство не прекращалось, нужно постоянное воспроизводство леса, что возможно только при влажном климате. Недостаток координации научных исследований не позволяет сказать что-то большее, нежели делать предположения. Будучи на конференции в Лейдене в мае этого года, я пытался что-то разузнать у лучшего специалиста по степной культуре члена-корреспондента Российской академии наук Николая Крадина. Он из Владивостока, и их ученые много занимались торговыми связями Дальнего Востока с Хоккайдо и, в частности, историей государства Бохай. Если бы удалось найти торговые пути по Амуру (протекающему вдоль Малого Хингана) до японских островов, сюжет был бы весьма выигрышным. Но у ученых Дальневосточного отделения РАН не оказалось никаких сведений о проникновении татар в Японию. К тому же, по японским сведениям, татары высадились с Корейского полуострова и не на остров Хоккайдо, а на территорию нынешней префектуры Симанэ. Впрочем, японские историки говорят об этом предположительно. Корейские ученые на письма пока не отвечают, видимо, тоже отсутствуют сведения. Тема, похоже, зашла в тупик. ТОПОНИМЫ УКАЗЫВАЮТ НА ДЛИТЕЛЬНОСТЬ ПРЕБЫВАНИЯ ТАТАР В ЯПОНИИ С московским профессором Владимиром Курбатовым, автором популярных книг по топонимике, я переписывался по интернету. Его работа «Тайные маршруты славян» и другие построены на анализе появления названия городов, сел, рек и т. д. на разных территориях, что открывает новые источники для историков. Для исследования ему часто попадались названия населенных пунктов и рек с тюркским звучанием. Ему нужно было содействие в их интерпретации. Этим летом он заехал в Казань со своей новой книгой, и мы разговорились о научных планах. У топонимов и гидронимов есть одно замечательное свойство — они не знают административных границ, однажды где-то зацепившись, остаются там на века. Конечно, многие из них в результате административных реформ потерялись, тем не менее их осталось достаточно, чтобы говорить даже о статистике. По ним можно судить, куда какие народы двигались с примерной датой расселения. В разговоре о татарских названиях в разных концах света я упомянул и Японию, где загадочным образом сохранилась технология выплавки стали tatara, в названиях боевых единоборств встречается это же слово tatara, в языке сохранились фразы, типа «татарская поступь». На что Курбатов заметил, что в Японии много топонимов, связанных с татарами. Через недельку он мне прислал карту со своими пометками. Оказалось, на о. Хонсю между городами Аоморе и Хатинохе расположены гора Tatara yama (гора) и Tatara san. К северу от Токио есть болотистый островок Tatara numa (болото), севернее города Убе примостилось озерцо Tatara saki, в западной части о. Рюкю — Tatara shima (остров) и река Tatara gawa. Кроме того, на полуострове Ното есть селение Kazan shi, у мыса Сата — холмистая местность Kazan,и в составе архипелага Нампо в Восточно-Китайском море имеется группа островов Kazan retto. Очевидна не случайность появления таких названий и в таком количестве, иначе говоря, татары в Японии оставили заметный след. Tatara Shimanami Парк Топонимы не только указывают на длительность пребывания татар в Японии, но их нельзя навязать, они отражают самоназвание, т. е. напрямую связаны с этнонимом. Существуют теории об изобретении этнонима «татар» китайцами, которые всех некитайцев называли татарами, т. е. варварами, или есть концепция о монголах, которые якобы всех немонгол называли татарами и посылали впереди всей армии, вследствие чего войско Чингизхана стали называть татарским, а Евразию — Татарией. Существуют даже теории об изобретении этнонима «татар» идеологами нациостроительства, вроде Шигабутдина Марджани, якобы подменившего исконное имя «булгар» на искусственное «татар». Написаны горы литературы о том, что китайские, восточные и европейские летописцы ошибочно называли народы татарами, или о том, что в китайской канцелярии было предписано в донесениях исправлять самоназвание «монгол» на «татар» или, в крайнем случае, «монголо-татар» (мэн-да), будто китайцы, столетиями жившие с татарами бок о бок, выстроившие Великую стену против них, не могли отличить татар от монгол. Кто-кто, а китайцы хорошо различали этнос «татары» от династии «Монгол». КАК ПАСТУХ МОГ СОЗДАТЬ ВЕЛИКУЮ ИМПЕРИЮ? Взгляните на карту мира, и в разных ее концах обнаружатся топонимы и гидронимы, связанные с этнонимом «татар», никем не навязанные, а сохранившиеся до сих пор в названиях местности, гор, озер, рек, ручьев, горных вершин, населенных пунктов, поскольку там оставили след настоящие татары, которые сами себя считали татарами. Их не один и не два, а десятки в самых разных странах: Пакистан, Афганистан, Турция, Иран, Средняя Азия, Азербайджан, страны Восточной Европы, включая Боснию, Сербию, Македонию, где есть целые административные единицы, горные хребты, долины. Их давно могли бы заменить на более подходящие названия решением администрации, но они остались как часть их истории. Как можно навязать топоним tatara в Японии? Я не знаю. Слишком много схем выработано в научной литературе, которые стали железобетонно классическими, защищены десятки диссертаций с фантазиями о том, почему татары не татары, почему монголы не татары и кто такие татаро-монголы. Их трудно победить... Можно было бы не писать о «кухне» исторических исследований, о далекой и древней Японии в то время, как мы далеко не все знаем о своем родном Татарстане. Можно было бы заняться более конкретными делами. Но... деятельность Татарстана выходят далеко за пределы административных границ, и мы должны выработать другое мышление — планетарное — с тем, чтобы понимать, как вести экономическую экспансию. История позволяет иначе взглянуть на свое место в этом мире. К тому же деловые партнеры, в частности японские, инвесторы интересуются историей татар. Одновременно эта тема откроет нам глаза на кочевую культуру как высокоразвитую цивилизацию. Вдумайтесь, татары уже в те времена имели флот, достаточный, чтобы перевозить на японские острова конницу. Татары VII и последующих веков не просто кочевники, скачущие на лошадях по степи, они и кузнецы, даже больше — металлурги, землепашцы («белые татары») и флотоводцы. Без такого исторического опыта не состоялась бы Монгольская империя. Обычно рассказы о Чингизхане сводят к его способности объединить монгольские племена, разгромить татар всех до единого и начать завоевательные походы. Спрашивается, как пастух мог создать великую империю? Степные пастбища — не тот ресурс, который позволяет строить государство. Степь хороша как пространство для свободного передвижения материальных ресурсов, а сами ресурсы строятся не благодаря сочной траве. Технология преимущества состояла в особой сборке коня, седла со стременами, легкой кривой сабле, луке, позволяющем стрелять прямо с коня, быстро собираемой и разбираемой юрте. Великолепная организация и управление этим хозяйством и стало тем, что предопределило мощь татарских государств. Конечно же, все это было бы невозможно без металлургической базы на Алтае и, возможно, еще где-то, о чем пока мы не имеем сведений. В середине октября Институт истории им. Марджани организует научную конференцию в Токио и префектуре Симоне вместе с японскими партнерами, и тогда, возможно, появятся новые сведения о татарском следе в Японии. Поиск продолжается. Мы еще долго будем удивляться истинным масштабам татарской истории. Рафаэль Хакимов Первоисточник: http://www.business-gazeta.ru/blog/206150/
  9. В конце января мне довелось с представителями инвестиционно-венчурного фонда республики посетить Японию. Японцы любят все облекать в историческую и эстетическую оболочку, а потому мое присутствие создавало некий культурный фон для успешных переговоров. Особенность этой поездки состояла в том, что в префектуре Симанэ, откуда начиналась история Японии, ковали и до сих пор куют мечи самураев, изготавливаемые из стали по технологии Tatara. Японцы предполагают, что им этот способ выплавки металла завезли татары примерно в VII веке с Корейского полуострова. Хитрость этой технологии заключалась в мехах, которые поддерживали в горне температуру до 1400 градусов, благодаря чему получалась высококачественная сталь для мечей (сабель). Меха качали ногами с двух сторон двое рабочих в течение трех суток непрерывно, в результате в горне выплавлялся кусок металла весом до 3 тонн. Его дробили и отбирали лучшие части, из которых ковали мечи, а остальное шло для хозяйственных нужд. Поскольку главным технологическим изобретением был непрерывный и энергичный поддув воздуха, а его надо было поддерживать на хорошем уровне с помощью ног рабочих, то в японском языке появилась расхожая фраза: «татарская поступь», «татарский шаг», указывающая на что-то важное и решительное. Фото №1 Моя задача в этой «экспедиции» состояла в том, чтобы познакомиться с выплавкой металла методом Tatara, которую японцы восстановили во всех деталях. С тем, чтобы не создавать интригу, сразу скажу, что вероятность татарского происхождения выплавки железа существует. Предки татар — тюрко-татары — обитали на юге Сибири, Алтае, на востоке Монголии, т.е. в непосредственной близости с Маньчжурией, откуда и перекочевала технология Tatara в Японию. На Амуре жили утыз-татары, которые могли бы стать посредниками в передачи этой технологии с Алтая на японские острова, однако нет сведений об их владении технологией плавки металла. Сохранившиеся археологические памятники в Хакассии и на Алтае демонстрируют горны с двумя мехами для наддува воздуха, примерно такими же были первые примитивные образцы Tatara в Японии. С начала новой эры Алтай (а также Тува, Хакассия, Минусинская котловина) был известен как источник поставки металла и кузнечных изделий. По сообщениям китайских хроник, «Ашина с 500 семейств бежал к жужаньцам, и, поселившись по южную сторону Алтайских гор, добывал железо для жужаньцев». В начале VI века тюрки были известны как кузнецы, платившие дань жужанцям железными изделиями: «Предки Дулги [Тукюе] (тюркюты — Р.Х.) из рода в род жили на южной стороне Алтая и добывали железо для жужаньского хана: и посему хан сказал: ты мой плавильный невольник». Благодаря контролю над металлургией тюрки окрепли, создали свой каганат и стали основной силой в Великой Степи. «Сие поколение с продолжением времени снова усилилось, и в 552 году дулгаский [тукюеский] владетель Тумынь (Бумын — Р.Х.), ниспровергнув владычество жужаньского Дома, объявил себя Иль-ханом. Здесь должно заметить, что Дом Хуннов погиб в 92, а вновь восстал в поколении дулгаском в 552 годах, т.е. через 460 лет после своего падения, что Абюль-кази-хан определил довольно верно», — пишет Бичурин. Фото №2 В качестве свидетельств тесной связи тюрков с металлургией приведу один отрывок из знаменитого труда Рашид-ад-дина «Джами ат-таварих». Аналогичные рассказы также содержатся у других летописцев, и все они связаны с междоусобицей потомков Огуз-хана. «Согласно тому, что изложено в предисловии к этой благословенной книге, — пишет Рашид-ад-дин, — монгольские племена были одной из групп общей массы тюркских племен, их облик и речь сходны между собою... Все их юрты простираются от пределов страны уйгуров до границ Хитая (Северного Китая — Р.Х.) и Джурджэ (Дешт-и Кипчак, т.е. степь от Иртыша до Волги — Р.Х.) в тех областях, которые ныне называют Могулистан... Примерно за 2 тысячи лет до настоящего [времени] у того племени, которое в древности называли монгол, случилась распря с другими тюркскими племенами и закончилась сражением и войной. Имеется рассказ, [передаваемый со слов] заслуживающих доверия почтенных лиц, что над монголами одержали верх другие племена и учинили такое избиение [среди] них, что [в живых] осталось не более двух мужчин и двух женщин. Эти две семьи в страхе перед врагом бежали в недоступную местность... А имена этих людей были: Нукуз и Киян. Они и их потомки долгие годы оставались в этой местности и размножились». Со временем, им стало тесно. «Собравшись все вместе, они заготовили в лесу много дров и уголь целыми харварами (мера веса, соответствующая ноше осла — Р.Х.), зарезали семьдесят голов быков и лошадей, содрали с них целиком шкуры и сделали [из них] кузнечные мехи. [Затем] сложили дрова и уголь у подножья того косогора и так оборудовали то место; что разом этими семьюдесятью мехами стали раздувать [огонь под дровами и углем] до тех пор, пока тот [горный] склон не расплавился. [В результате] оттуда было добыто безмерное [количество] железа и [вместе с тем] открылся и проход. Они все вместе откочевали из этой теснины на простор степи. Говорят, что раздувала меха главная ветвь [племени], восходящая к Кияну. Точно так же раздувало [мехи] и то племя, которое известно под именем нукуз, и племя урянкат, принадлежащее к их ветвям». Таков сюжет, встречающийся также у других летописцев в более лапидарной форме. Абуль-Гази сообщает: «Тут один кузнец сказал: в таком-то месте есть железная руда: гора изменится в долину, если в ней растопить железо. Они пошли, осмотрели место и согласились на умное мнение кузнеца. На плечах наносили дров и углей и на широте горы положили слой дров и слой угольев, завалили ими вершину горы, и уступы боков ея, и скаты ея, и, сделав из кож семьдесят мехов, на семидесяти местах поставили их и стали сильно дуть. Когда всемогуществом Божиим огонь возгорелся, гора расплавилась и растеклась, открылась дорога такая, что мог пройти навьюченный верблюд. Несколько дней и ночей они выбирались из гор». Сходные сообщения есть и в китайских хрониках, так о енисейских киргизах начала VI века сказано: «В каждый дождь обычно получают железо, называют его: цзя-ша. Делают оружие, крайне острое; постоянно вывозят к тукюек».В рассказе о расплавлении железной горы и выходе на степные просторы важны два момента: во-первых, факт возвышения тюркских племен благодаря открытию новой технологии выплавки железа; во-вторых, понимание особенности технологии, связанной с раздуванием мехов для подачи воздуха, что позволило вырабатывать высококачественную сталь. Сам факт изобретения представлялся столь значительным, что другие племена также претендовали на эту историческую роль. «Несколько других племен претендуют на [участие в] раздувании мехов, но вышеупомянутые племена не признают за ними [этого]», — пишет Рашид-ад-дин. Летопись также утверждает, что то место, откуда вышли Нукуз и Киян, не было слишком тяжелым для жизни, «целью же расплавления ими горы было [лишь] открытие иного пути для [своей] славы», и к этому был причастен род Чингизхана: «Так как Добун-Баян, который был мужем Алан-Гоа, происходил из рода Кияна, а Алан-Гоа из племени куралас, то родословная Чингиз-хана, как было изложено [выше], восходит к ним. Вследствие этого [люди] не забывают о той горе, плавке железа и кузнечном деле и у рода Чингиз-хана существует обычай и правило в ту ночь, которая является началом нового года, приготовлять кузнечные мехи, горн и уголь; они раскаляют немного железа и, положив [его] на наковальню, бьют молотом и вытягивают [в полосу] в благодарность [за свое освобождение]». Цифру в семьдесят мехов нужно считать скорее за количество горнов (заводов), вырабатывавших железо, нежели связывать с конкретным событием. В Японии до сих пор руду в виде песка, содержащую железо, добывают, осыпая гору и переплавляя в сталь.По сообщению Рашид-ад-дина трудно судить о конкретной дате появления высокотехнологичной металлургии. Он говорит о 2 тыс. лет до Чингизхана, однако это свидетельство представляется несколько легендарным. Бичурин, комментируя схожий сюжет о потомках Огуз-хана, взятый из других источников, относит его к истории хуннов по времени между II в. до н.э. — II в. н.э. При этом он замечает, что «повествования азиятских историков о подвигах Огуз-хана даже в порядке времени сходствуют с китайскою историею. Остается недоумение в определении, кто был Татар-хан: Хан ли восточных монголов или Хан юечжыский? Оба (Татар и Монгол — Р.Х.) кочевали в смежности с Китаем; первый владел землями, лежащими за границею губернии Чжи-ли; второй кочевал на землях, составляющих ныне северо-западный угол Китайской империи. Но сие недоумение поясняется разделом Монголии на восточную и западную половины, из коих первая отдана Татару, а вторая — Монголу, от которых народы получили названия». В восточных летописях Татар и Монгол описываются как близнецы, между которыми возникла распря. Как справедливо замечает Бичурин, «поколения двух близнецов, Татар и Монгол, стали несколько известными становиться только с XI века по Р. Х. Надобно еще заметить, что хунны претерпели в 92 году конечное поражение от монголов восточной половины, данной Или-ханом в удел сыну его Татару. Дом Сяньби, владевший в то время восточною Монголиею, был хотя единоплеменный, но не одного происхождения с Домом Хунну». Многие историки сомневаются в реальности существования двух близнецов, исходя из того, что татары и монголы слишком различаются как антропологически, так и по языку, но следует учесть, что мы постоянно переносим на древних монголов образы нынешних монгол. А если вспомнить, что среди татар, чья судьба была тесно связана с династией великих Монголов, не встречается гаплогруппа С, характерная для современных монголов, то близость исторических монголов и татар не представляется столь уж невероятной.В летописях важно отметить факт усиления тюрко-татар в начале новой эры, что связано с производством железа по новой технологии, использовавшей меха для повышения температуры плавления. Более конкретную дату появления этой технологии могут дать археологические материалы. Но уже сейчас можно с уверенностью утверждать, что ко времени основания Тюркского каганата, т.е. к середине VI века, тюрки производили такое количество высококачественного металла, что могли снаряжать громадные армии как оружием, броней, конской упряжью, так и обеспечивать хозяйство утварью, телегами, инструментами. Ко времени Чингизхана производство металла уже приобрело промышленные масштабы. НЕ МОЖЕТ БЫТЬ ТАКОГО! ЭТО НЕ ТАТАРЫ! Когда обнаруживается татарский след в истории, даже у профессиональных исследователей возникает желание заменить этноним «татар» на другое имя, будто оно заговоренное: «Не может такого быть. Чур-чур! Это не татары. Китайцы всех за Великой стеной называли татарами, а европейцы — всех, кто жил восточнее Поволжья, тоже называли татарами. Под «татарами» они имели в виду слово «варвар». Все они ошибались. В действительности там жили кыпчаки или половцы, монголы, киргизы, уйгуру, но не татары. Чур-чур!» Как-то мне довелось прочитать солидную книгу об империях тюрков, дорого изданную, с предисловием очень достойного писателя, и во всем этом большом добротном труде ни разу, даже случайно, не было упомянуто имя «татары». Шедевр исторической мысли! Надо же описать Средневековье Евразии и не заикнуться о татарах. Даже в Золотой Орде, оказывается, были монголы, русские и еще какие-то ордынцы, но не было татар. Китайские, мусульманские, европейские источники, которые твердят о татарах Средневековья, остались побоку — типа того, что они все ошибались. Получается, что китайцы и европейцы с татарами воевали, обменивались посольствами, устраивали династические браки, но не подозревали о том, кто они такие. Вроде как бы китайские летописцы путали татар с монголами, киргизами и уйгурами, а европейских послов и лазутчиков при дворе великих ханов просто обвели вокруг пальца, называя татарами самые разные племена.Трудно допустить, чтобы китайцы могли перепутать татар — своих вечных врагов — с каким-то другим народом, точно так же европейцы, напуганные нашествием Бату, конечно, знали о татарах не понаслышке. Тем не менее желание представить историю без татар встречается сплошь и рядом. Поэтому порой можно встретить суждения типа: «Татарский пролив назвали ошибочно татарским, там на самом деле жили удэгейцы, тунгусы, маньчжуры, орочи, но не было никаких татар». Получается, что все народы жили рядом с татарами и вечно путались в этнониме. Великую Татарию сотни лет рисовали на картах, но, оказывается, это некий антимир — он есть на карте, но его нет в живую.На самом деле любой народ хорошо знает тех, от кого ему исходит угроза, как и тех, кто может быть союзником, а потому если в летописях китайцы, арабы, персы, русские, европейцы пишут о татарах, то будьте уверены, они не ошибаются. В подтверждение этих слов приведу цитату из книги Бичурина — одного из лучших знатоков древней Евразии: «Здесь важно заметить, что Китай, со времени открытия монголов, тунгусов и тюрков, доныне всегда находился в политических связях с помянутыми народами и всегда отличал один народ от другого». Фото №3 Сюжет с заменой этнонима «татар» на самоназвания других племен интересен тем, что сами татары порой рассуждают точно так же: «Мы всегда жили в Поволжье, в Казанской губернии, а татары на востоке или на западе — это другие татары. И вообще, мы не татары, а булгары, или кряшены, или мишаре». Приниженное советским режимом местническое мышление сыграло с нами злую шутку — мы не можем вырваться за рамки границ республики и взглянуть на нашу историю в тех масштабах, в какой она развивалась на самом деле. «Нельзя выходить за границы республики. Там чужая епархия. Пусть этим занимается Российская академия наук», — таков лейтмотив стереотипов. А ВЫ СОХРАНИЛИ ТЕХНОЛОГИЮ TATARA? Но вот я приехал в Японию, и они задают простой вопрос-утверждение: «Вы сохранили технологию выплавки металла Tatara?!» При этом смотрят в глаза, уверенные, что мы сохранили свое культурное наследие (у них мечи самураев — часть культуры, а не вооружения). Да, конечно, мы знать не знаем об этой технологии, потому что сидим у себя в республике, окруженные булгаристами, кряшеноведами и диалектологами. Стыдно сказать, что мы лишь краешком уха слышали, что в Биляре существовали целые заводы по изготовлению металлоизделий. Где это можно увидеть? В воображении археологов. Фото №4 Потрясает бережное отношение японцев к своей истории. В трех городах построены огромные по размерам музеи, посвященные исключительно технологии Tatara. Они сняли художественный фильм «Татара самураи». Им важны любые дополнительные сведения о происхождении выплавки их металла. Для них приезд делегации из Республики Татарстан уже служит убедительным аргументом их тесной связи именно с татарами (не с китайцами), а потому и губернатор, и мэры пяти городов спрашивали: «Что еще связывает два народа, кроме выплавки металла?» Конечно, есть народные песни, которые идентичны, есть мифология о драконах, которая так похожа на историю с Зилантом...Уроки истории... Японцы сохраняют память о тех технологиях, которые их возвысили, укрепили боевую мощь и экономику, им важны те этапы, которые определили их цивилизованность, включая знаменитые японские сады. В Японии нет понятия задних дворов, как в России, а каждый дворик представляет собой садик. Они уважают сами себя и с фасада, и на заднем дворе. Музеи, которые мы увидели, не перегружены второстепенными сведениями, но любой, кто побывал в них, ясно представляет не только сам процесс изготовления мечей самураев, но и то, что Японию сделало Японией. В наших музеях столько сведений, что только специалисты могут в них разобраться, а порой самое существенное, что привнесли татары в мировую культуру, остается за бортом.Предков татар — кочевников — представляют как дикарей. Мы все знаем, кто изобрел порох или компас, но мы не знаем, когда у тюрков появились телеги на высоких колесах, без которых невозможно было передвигаться по Великой Степи, а это не менее важное изобретение для мировой цивилизации, чем порох или бумага. Вплоть до появления татарской тактики боя в конном строю именно колесницы составляли ударную боевую единицу в военном искусстве — они были «танками» раннего Средневековья. ЛЮБАЯ ЦИВИЛИЗАЦИЯ НАЧИНАЕТСЯ С ПРОСТЫХ ВЕЩЕЙ. Мы не знаем, как наши предки привнесли штаны в Европу, хотя первые их образцы хранятся в Эрмитаже. Петр Савицкий в одном из писем Льву Гумилеву писал: «Кочевники дали в свое время миру штаны и седло. Не может быть сомнения в том, что и одно и другое важнейшее «изобретение» зародилось именно в кочевом мире. «Изобретения» эти просты, как все гениальное. Можно сказать так: в окончательном историческом итоге кочевники весь мир, всю обитаемую часть нашей планеты одели в штаны и посадили, в свое время, на седло». В Государственном Эрмитаже хранятся одежда, телега на высоких колесах, предметы быта гуннов. Они, конечно, примитивны, штаны неказистого покроя, но они были именно такими в момент их изобретения. Трудно представить кочевников в римской или шотландской юбке, которая сегодня сохраняется скорее как этнографическое наследие, нежели удобная одежда. Мир предпочитает одежду, подаренную кочевниками.Существует версия, что гуннам штаны достались от скифов. Это похоже на правду. В музее в Симферополе я видел каменную стелу скифского воина, облаченного в штаны, тем не менее штаны, как в Китай, так и в Европу, попали с гуннами.Любая цивилизация начинается с таких простых вещей, как сельское хозяйство и животноводство, изобретение колеса, письменности и металлургии. А ведь историческое возвышение тюрков начинается с селекции коней, приспособленных к длительным переходам в суровой (как зимой, так и летом) степи, изобретения седла со стременем, изогнутой сабли. Комбинация седла, стремени и легкой сабли определяли боевую мощь конницы. Телега и юрта позволяли целым народам перемещаться на огромные пространства, перевозя с собой города на колесах, хозяйство, ремесло, искусство. Фото №5 Мы не отмечаем день принятия своей письменности, мы не знаем, почему в Европе копировали татарские луки, построив систему ремесленных производств, вплоть до Британских островов, почему татарская мода гуляла по всей средневековой Европе, а на рыцарских турнирах проводились татарские сражения. В Эрмитаже хранятся первые бумажные деньги, введенные в оборот при Хубилай-хане (родственнике нашего Бату), который мечтал завоевать Японию, дважды снаряжал флот, и каждый раз тайфун его разбивал у берегов острова Кюсю. Этот «божественный ветер» с тех пор называется камикадзе. Так вот, именно Хубилай-хан ввел бумажные деньги на основе существовавшего вексельного обращения. Экономисты бумажные деньги (их называли «балиш») поставили в заслугу китайцам. Хубилай-хан, действительно, столицу своей империи перенес из Каракорума (Монголия) в Ханбалык (нынешний Пекин) и правил Китаем, но именно от него зависела финансовая система, а не от китайцев. Наш взгляд на мировую цивилизацию не представлен в музеях. У нас не цивилизационный взгляд на собственную историю, он событийный с акцентами на несущественных деталях, и потому мы не умеем понять свое предназначение сегодня. Наше внимание застряло между ценой на нефть и курсом рубля.Кстати, у японцев совсем нет бедных, и не потому, что они уж такие богатые, а потому что у них иная культура, не допускающая обнищания народа. Рафаэль Хакимов Первоисточник: http://www.business-gazeta.ru/article/203979/
  10. Мэнгел Олыс

    Герои

    Елена, ДРГ - это диверсионно-разведывательная группа.
  11. Мэнгел Олыс

    Герои

    Да, помнят они всё, просто дурачками прикидываются. Когда-то Уинстон Черчилль поучал своих сограждан: "Русские могут казаться недалекими, нахальными или даже глупыми людьми, но остается только молиться тем, кто встанет у них на пути".
  12. "Совсем недавно размахнулись с другом по Булгарии)))) " Вот здесь еще есть по данной теме: http://topwar.ru/92104-mificheskie-bulgary.html
  13. «Где отсутствует знание, там невежество именует себя наукой». Б. Шоу. Болгар и традиции ислама в России: бумеранг булгаризма. В нашей жизни много чудного, непонятного и удивительного. Если бы кто-то сказал мне лет двадцать назад, что на государственном уровне серьезные политики будут обсуждать учреждение праздника в честь принятия ислама в России, новое рождение «Булгаристана», я бы не поверил. Это было слишком даже для такого переломного времени, как начало девяностых годов. Но ошибся бы, в последнее время праздники и памятные даты сыплются на нас как из рога изобилия. Решение навязать «свою» дату принятия ислама мусульманам России не приведет ни к чему хорошему. Кавказские мусульмане никогда не согласятся чтить дату принятия ислама татарами. Представители северокавказских мусульман, приветствуя саму идею утверждения праздника, отвергают предлагаемую «булгарскую» дату, справедливо указывая, что Дербент принял ислам еще в 642 году, когда арабы завоевали эту крепость, включив ее в состав халифата (правильнее было бы указать дату 642/3, поскольку 22 г. Х. нельзя перевести на григорианский календарь одним годом). Насколько в тот год население города было мусульманизировано, поскольку господство арабов было недолгим, а позднее еще сто лет Дербент являлся яблоком раздора между Хазарским каганатом и Арабским халифатом. Но как бы то ни было, эта дата ничем не хуже других. Неужели наши политики желают раскола мусульманской уммы по такому ничтожному поводу? Ведают ли сторонники «булгарского ислама», что они просто играют на руку политикам, которые стремятся не к объединению мусульман, а к их расколу? Если они все это понимают, то никакого будущего единения российской уммы не предвидится, если же не ведают, что творят, то возникает вопрос: насколько они дальновидны в принципе. В Татарстане делается много, чтобы умножить смятение в головах. Ясно, что политики и муфтий Талгат Таджутдин – сами себе историки и мнение ученых мужей их волнует в последнюю очередь. Но если мы собираемся устанавливать какие-то ориентиры в прошлом, то надо бы делать это профессионально. Пока же получается сплошной казус. Вот законодатели Татарстана обратились в Госдуму России с предложением считать 21 мая днем принятия ислама в России. Понятно, что с историками по этому поводу никто и не связывался, иначе подобная дата никогда не всплыла бы на политическую поверхность. Но у нас вечно вверх всплывает не то, что надо. И не только сливки. Опять видно стремление политиков не выстраивать грамотную политику в соответствии с научными реалиями, а решить все дело простым силовым давлением. Впрочем, мы знаем, чем обычно заканчивались подобные «головокружения от успехов» и «безнаказанность силы». Обычно заканчивается все это конфузом, как собственно и случилось 21 мая сего года. В этом случае интересен еще один момент. Вроде бы в Казани есть Российский исламский университет, есть Институт истории, есть Центр исламоведческих исследований. То есть потенциал как бы есть, но результат? Другой пример. Обратился глава администрации Тетюшского района в Институт истории с просьбой дать им маленький «миллениум», и вот директор торжественно возвещает, что Тетюшам полторы тысячи лет. На месте Болгарского городища без всякого научного обоснования в кратчайшие сроки возводятся постройки в стиле деревенского клуба, уничтожающие уникальный археологический слой. Золотоордынский памятник выдается за «булгарское наследие», а руководство Института истории с радостью поддерживает это безобразие. Но беда этого празднования не только и не столько в абсурдности и этой даты, и самого празднования. Все прекрасно понимают, что все дело в гибельном откате, возврате к пресловутому булгаризму. Такое впечатление, что наши политики, не имея четких представлений о своем прошлом, поплутав по лабиринту нехитрого набора идей, вернулись к старой булгарской идее. Причем источником «вдохновения» стали не новые идеи историков – таковых просто нет, поскольку булгаризм как научная концепция прекратила свое существование. Теперь это не течение научной мысли, а просто фантомные боли наших политиков от истории, которые за недостатком исторического образования оперируют не фактами, а своими устаревшими представлениями, полученными еще в советской школе. Понятно, что свою роль в этой аберрации сознания играют и другие привходящие обстоятельства – желание отказаться от сопоставления современных татар с татарами древности, с Золотой Ордой, ограничить свое прошлое и политическое настоящее рамками Татарстана (он же «Булгаристан») и отказаться от поддержки общин татар, живущих на своей земле, но диаспорально. Действительно, зачем мелочиться и спорить. Надо просто прикинуться, что мы не имеем ничего общего с другими татарами, что мы некие казанские «татаро-булгары», и все наладится. Такова модель, которая исподволь, через мифическое возрождение Болгара внедряется в головы людей, сея в умах разброд и шатание. Провоцируя новый этап шараханья нашего сообщества в потемках, вместо того, чтобы открыто и честно отвечать на вызовы прошлого и настоящего. Впрочем, не все татары готовы принести в жертву Истину и Правду ради служения сиюминутным прихотям властей республики. Понятно, мало что можно изменить в политическом плане, но следует хотя бы развеять некие иллюзии и мифы, которые поселились в головах властей предержащих. Но насколько правдивы эти мифы? Давайте разберемся без скидок на политическую целесообразность, отдавая дань только фактам и ничему, кроме фактов. Миф первый: день принятия ислама. Согласно официальной научной версии, Волжская Булгария приняла ислам 16 мая 922 года (по расчетам неких анонимных астрономов – 21 мая). К примеру, наши предки были намного умнее наших политиков, поэтому общинный праздник джиен проходит в июне, примерно тогда, как сейчас, заменивший его сабантуй. Как справедливо заметил представитель татарского исламского сообщества, «в мае в Болгаре делать нечего – обычно еще просто холодно». Возможно, лучшим решением в таком случае станет утверждение в каждой желающей того мусульманской республике собственного регионального памятного дня. Есть и иной вариант &‐ остановиться на дне принятия ислама ханом Узбеком, властителем Золотой Орды. Это предложение весьма логично, учитывая регулярно повторяющиеся высказывания некоторых татарских религиозных деятелей и ученых, пытающихся представить Российскую империю преемницей Золотой Орды. Однако оно не привязано к той или иной национальности, а, следовательно, вряд ли имеет перспективу. Итак, откуда же попала эта дата в актуальный политический лексикон? Точно сказать трудно, но догадаться можно. В свое время литературный пересказ «Записки» Ахмед Ибн-Фадлана был издан довольно большим тиражом. Текст этот – беллетризованный и довольно сильно сокращенный – передавал основные сведения по ранней истории Булгарии. Вот что писал сам секретарь посольства: «Наше прибытие к нему было в воскресенье, когда прошло двенадцать ночей (месяца) мухаррама триста десятого года (т.е. 12 мая 922 г.)… Итак, мы оставались воскресенье, понедельник, вторник и среду в палатках, которые были разбиты для нас, пока он не собрал царей, предводителей и жителей своей страны, чтобы услышать чтение письма. Когда же наступил четверг и они собрались…» Далее он описывает события этого волнующего и ключевого для всей истории Поволжья дня. Любому человеку, знакомому с азами арифметики и умеющему считать дни, достаточно пары минут, чтобы подсчитать, что день, когда состоялся торжественный прием посольства, пришелся на 16 мая. В отличие от многих других событий в мировой истории в этом случае мы имеем точную дату. Она, видимо, так сильно врезалась в память секретаря посольства, что он указал ее точно и воспроизвел последовательность событий. Так чем же не угодила эта конкретная дата, не оставляющая сомнений в своей точности? Наш календарь был придуман александрийскими астрономами и введен в действие декретом Юлия Цезаря в 45 г. до н.э. Но по мере совершенствования астрономических наблюдений и с расширением географических открытий стало ясно, что год, исчисленный по данным средних широт, отстает от экваториального. Каждые 128 дней для синхронизации требовался дополнительный день. Постепенно разница между реальным сезоном и текущим днем достигла 10 дней. Не только астрономы, но и простые крестьяне могли убедиться, что Пасха отстает от природы. А поскольку все полевые работы по традиции исчислялись от этой даты, то положение становилось угрожающим. После долгого обсуждения этой проблемы в 1582 году на священном соборе юлианский календарь постановлением папы Григория XIII был заменен на более точный григорианский календарь. При этом следующий день после 4 октября был объявлен 15 октября. Но не все страны перешли на этот новый календарь. Отсюда ошибка в датах в разных странах стала накапливаться и, например, в России до ленинского декрета 26 января 1918 года она достигла уже 13 дней. Православная же церковь не использует его и до сего дня. Полная историческая или хронологическая безграмотность наших законодателей уже привела к печальному казусу. В свое время, не разобравшись толком в деталях и не принимая во внимание возражения историков, они назначили «день памяти» защитников Казани на 15 октября, тогда как это историческое событие произошло 2 октября (эту дату можно перевести и на «новый стиль», но и тогда это будет 12 число). Это все потому, что неким «умным» депутатским головам пришла мысль, что для пересчета даты шестнадцатого века в двадцатом потребуется 13 дней. Но по этой логике в нынешнем двадцать первом дата должна быть пересмотрена на 16 октября (ведь сейчас наступил новый век!). В случае же с «днем принятия ислама» проблема в том, что историки по общему соглашению не переводят даты на единый стиль по той единственной причине, что тогда пришлось бы пересматривать все (!) даты мировой истории до 1582 года. Или путаться в датах, соображая, переведены они на новый стиль или нет. Поскольку мало кто из историков страдает садомазохизмом, то обычно никто, кроме академика-геометра Фоменко, не стремится перевернуть историю вверх дном. В конце концов историческая хронология – это не астрономия, а способ соотнесения и синхронизации различных дат и цифр. Только представьте себе, что кто-то начнет в соответствии со своими представлениями менять все даты, а другие – нет. Похоже, что у нас к «суверенной» истории, судя по всему, прибавляется и вполне себе «суверенная» астрономия. Результат можно проиллюстрировать на двух примерах: массовая резня протестантов в Париже в ночь на 24 августа на святого Варфоломея окажется вовсе не «Варфоломеевской ночью», а знаменитый «Юрьев день («Вот опять тебе, бабушка, и Юрьев день») окажется вовсе не «Юрьевым». Для людей, живших в Советском Союзе, которые праздник Великого Октября отмечали в ноябре, эта раздвоенность сознания вполне объяснима. Но не для современности. Да и историческая хронология – это поле не для приблизительных выкладок. И не место для властного произвола, когда одному госсоветнику придет в голову утвердить одну дату, а другому президенту – другую. Это дело принципа, научного метода и конвенции ученых, а не произвола политиков от истории. Но проблема не в том, что неверна дата 21 мая. Она просто безграмотна. Гораздо хуже то, что никакого «принятия» ислама в этот день просто не было. Если, действительно, обратиться к тексту Ибн-Фадлана, то можно убедиться в том, что ни в этот, ни в никакой другой день после приезда багдадского посольства правитель булгар Алмыш не принимал ислам. Миф второй: багдадское посольство и принятие ислама. Мусульманство начало проникать в Среднее Поволжье довольно рано. Практически одновременно с первыми купеческими караванами. На первых порах оно, видимо, конкурировало в среде знати с христианством и иудаизмом (центром его распространения в Поволжье с начала VIII в. становится Хазария). Но уже в начале X в. ислам побеждает. Первые археологические следы ислама прослеживаются еще в языческих погребениях второй половины IX в. Танкеевского могильника, где обнаружены перстни с арабскими надписями, знаменуя, очевидно, начальный этап проникновения ислама в среду булгарских племен. Победа ислама была в значительной мере предопределена наличием сильных мусульманских общин – выходцев из Средней Азии в Булгарии. Ни один источник – ни восточный, ни булгарский – не упоминает в связи с принятием новой религии багдадских халифов. И это не случайно. Сами булгары четко и недвусмысленно указывают, откуда пришел ислам в Поволжье и какие религиозные связи оставались для булгар актуальными на протяжении многих веков – Средняя Азия и Бухара. Недаром первые булгарские монеты являлись подражаниями саманидскому чекану, вплоть до дат и центров чеканки (Бухара, Самарканд, Чач). Никакого принятия ислама в мае 922 года не было и быть не могло. Просто потому, что он уже к моменту приезда посольства был мусульманином. Скорее всего он принял ислам в период объединения булгарских племен, примерно в 908 – 920 гг. Неудивительно, что уже во время приезда его послов из Булгарии в Багдад они прямо сказали вельможам халифата, что их правитель – мусульманин. Но вся проблема в том, что при халифском дворе исповедовался шафиитский толк ислама, тогда как у булгар, благодаря историческим обстоятельствам, был распространен другой – ханафитский толк. В чисто богословском аспекте это играет важнейшую определяющую роль. Дело в том, что в IX – X вв. в Средней Азии, особенно при дворе Саманидов, наибольшее распространение получил ханифитский мазхаб (толк) ислама, в то время как в Багдаде утвердились мазхабы аш-Шафии и Ханбаля. По ряду замечаний Ибн-Фадлана, описывавшего «ошибки» религиозной практики булгар (особенности чтения хутбы, двойная икама, неупоминание имени халифа и т.д.), можно заключить, что они следовали в ней как раз учению Абу Ханифы. Все это убедительно свидетельствует о приоритете среднеазиатского центра ислама на выбор веры у булгар. Об этом прямо писал тот же Ибн-Фадлан, когда пытался переучить булгар и внедрить свои каноны вероучения. Но все тщетно. Булгары, как потом и все другие поволжские мусульмане, так и остались ханафитами вплоть до наших дней. Впрочем, это может быть новостью только для скорых на решения чиновников и депутатов. Среди историков нет ни одного серьезного ученого, который бы придерживался подобных нелепых взглядов. Например, 23 мая 2011 года в конференц-зале Института истории им. Ш. Марджани Духовное управление мусульман Республики Татарстан провело круглый стол, приуроченный ко дню принятия ислама булгарами, на тему «Принятие ислама булгарами: неизученные аспекты», на котором выступавшие ученые в один голос утверждали, что никакого принятия ислама 16 мая не было и быть не могло. В таком же ключе написаны и обобщающие труды по татарской истории «История татар с древнейших времен», «Татарская энциклопедия» и все учебники по истории Татарстана и татарского народа. Все! Но, как уже указывалось, чиновникам, даже если они оторвались от кормила власти и подвизались на ниве культуры, никакие историки и их труды не указ. А указ – их воля и желание. И если наука противоречит им, то тем хуже для нее. Ее просто отбрасывают и заменяют мифами и сказками. Миф третий: фантомы асхабов Пророка. Ни о каких асхабах Пророка ни в каких исторических источниках речи не шло и не могло идти. Впервые они появились на страницах истории довольно поздно – в довольно субъективном историческом сочинении «Таварихи Булгария» Хисамутдина Йалчигула конца XVIII в. На его страницах появляется легендарное указание на то, что в 9 г.Х. (631 г.) булгары пригласили трех сподвижников (асхабов) Пророка. История эта не просто субъективна, она состоит из причудливой смеси преданий и местных легенд, переработанных автором, сдобренных провиденциализмом, и благоговения перед царской властью. Реальность такова, что распространение ислама было связано с влиянием выходцев из Средней Азии. Этот факт нашел отражение даже в официальной булгарской историографической традиции. В ее древнейшем варианте, сохранившемся в труде ал-Гарнати (середина XII века), сообщается, что ислам эмиром булгар был принят после его излечения «одним факихом из Бухары». Вслед за этим в ислам перешло все население Булгарии, и именно благодаря этому обстоятельству оно победило в сражении войско хазарского кагана. Как видим, в средние века историки были куда реалистичнее. Они понимали, что прямая ложь об асхабах Пророка будет поднята на смех и не будет воспринята всерьез. Но в преданиях, записанных в XVIII – XIX вв., сюжет этот был изложен более подробно и приписывает распространение ислама в Булгарии трем асхабам (сподвижникам) Пророка Мухаммеда. Один из них излечил дочь правителя от смертельного недуга и, женившись на ней, дал начало новой исламской династии. С точки зрения исторической реальности сюжет этот носит легендарный характер. Просто в это время, после двух веков гонений на религию и светскую культуру у татар булгаризм превратился даже не в легенду, а в кризисный культ с религиозным подтекстом, в котором причудливо сочеталось несочетаемое. Разумеется, это предание можно расценивать как попытку булгарских средневековых историков удревнить корни своего правоверия и утвердить в среде населения Булгарии чувство превосходства над соседями, не способными претендовать на родство со сподвижниками Пророка. Внеисторическая основа этого сочинения, изложенных в нем легенд была ясна уже такому реалистически мыслящему «татарскому Геродоту» – Ш. Марджани. Он подверг эту легенду резкой критике, указав, «что большая часть известий, излагаемых в истории Хисамуддина, суть лживые предположения, пустые воображения и чистая ложь». И он был прав. Но, что было ясно еще в середине позапрошлого века разумному историку и знатоку мусульманских источников, ныне для некоторых наших деятелей «культурного фронта» просто недоступно. Они готовы подхватить и раздувать любую глупость, полагая, что творят благое дело. На самом деле они выставляют себя и нас, начитанных и грамотных людей, быдлом, готовым поверить в любую ложь. По их мнению, таким образом они утверждают историческую традицию. На деле они ее уничтожают, превращая прошлое в безумный пазл, который можно крутить и вертеть, как угодно им. Возрождая не культурно-историческую традицию, а какое-то подобие альтернативной фэнтези. А она не имеет ничего общего ни с наукой, ни с нашим прошлым. Самое трагикомичное в этой ситуации то, что установлен «памятный знак», посвященный фантомным асхабам Пророка, на золотоордынском кладбище. Миф четвертый: развалины Болгара как булгарское наследие. Абсурдность и нелепость всех блужданий и метаний по закоулкам прошлого заключается в том, что некоторые наши культурные политики пытаются возрождать «булгарские» традиции на золотоордынском памятнике. Болгар, возникший еще в начале X в., не отличался в домонгольский период большими размерами (примерно 12 га) и состоял из небольшой крепости и торгово-ремесленных пригородов, хотя и был для этого региона экономическим центром. При этом надо сказать, что большая часть этого поселения приходится на подгорную часть, ныне затопленную водами водохранилища. Сама крепость была небольшой цитаделью, где проживал какой-то правитель. Никаких построек важнее жилищ и хозяйственных ям от домонгольского времени не сохранилось и раскопками не выявлено. Иными словами, если уж возрождать булгарские традиции, то это следовало бы делать на других памятниках, например, Билярском городище. Настоящая история Болгара начинается с 40-х гг. XIII в., когда, вернувшись из западного похода и подавив восстание булгар, Бату сделал местом своей ставки район Нижнего Прикамья. Именно Болгар стал первой столицей Улуса Джучи и местом, где началась чеканка татарских монет – серебряных и медных дирхемов. Этот район имел стратегическое значение, так как позволял в начальный период формирования империи контролировать две самые важные области – Русь и Поволжье. Постепенно благодаря богатым традициям высокоразвитого сельского хозяйства и ремеслу удалось во многом преодолеть последствия завоевания и добиться возрождения страны. Город Болгар конца XIII – начала XIV вв. становится одним из самых крупных и богатых центров Европы. В золотоордынское время площадь его расширяется до 380 га, т.е. в 32 раза! Население его доходило до 20 тыс. человек. Он бурно застраивается каменными и кирпичными постройками, в том числе общественными зданиями: мечетями и банями. Достаточно сказать, что все (!) из ныне существующих монументальных построек на территории современного городища были сооружены в первой половине XIV в. и не имеют отношения к более раннему периоду Волжской Булгарии. Они по праву считаются одними из самых величественных памятников татарского зодчества периода Золотой Орды. Поэтому, когда некоторые историки и политики рассуждают о «булгарской цивилизации», иллюстрируя свои рассуждения фотографиями развалин Болгара, они часто не подозревают, что совершают подмену и на самом деле указывают на «татарскую цивилизацию». По сути дела, это самое красноречивое свидетельство подмены понятий, практикуемых как историками-булгаристами, так и наивными дилетантами, воспевающими булгарское прошлое. Вместо того чтобы изучать и пропагандировать реальное прошлое татарского народа, нам предлагают забыть его. Принять условия игры, в которых нас пытаются заставить забыть свое наследие и приписать его другому народу. Чтобы было понятно, о чем речь, приведем простой пример. Как бы расценила российская общественность, если бы кто-то начал писать, что древности Московского Кремля XII века – это не русское, а вятическое наследие, а вместо древнерусского наследия нам надо говорить о полянах, древлянах, кривичах и вятичах. Точно так же происходит, когда вместо наследия татарского народа нам втюхивают мифическое булгарское. Подмена проникла так глубоко, что, разрушая реальные традиции, она формирует новые, которые живут своей жизнью, обрастая плотью и псевдонаучными обоснованиями. Миф пятый: о барсучке как символе Булгарии. Самый интересный пример подобной аберрации – обретение некоего символа Булгарии в виде самки барса. Разумеется, основой для подобных псевдонаучных измышлений стало стремление обосновать древность современного герба Татарстана, внедренного без обсуждения на курултае татар. Здесь есть две составляющие. Первая связана с обстоятельствами принятия государственной символики Татарстана Государственным Советом республики. Не секрет, что этот процесс, как и любой парламентский, носил конвенционный характер и был выбран из ряда проектов. На процесс этот оказало влияние множество факторов. И научность выбранного проекта играла далеко не самую важную роль. Достаточно сказать, что в разработке не принимали участие ни историки, ни специалисты по геральдике. Поэтому сам герб выполнен не по законам геральдики и представляет собой эклектичное нагромождение деталей – рог, крылья, не подобающая для геральдического животного поза и т.д. В любом случае этот странный зверь не имеет ничего общего с булгарскими традициями. Достаточно сказать, что исходное изображение, с которого оно было взято, происходит с золотоордынской чаши, найденной в Сарае. Правда, на ней нет ни крыльев, ни рога… Вторая часть проблемы связана с тем, что ни для тюркского, ни для татарского фольклора такой зверь, как барс, был вообще не характерен. Тюрки всегда связывали свое происхождение от волка, чаще всего белого, или волчицы. Этот миф прекрасно иллюстрирует татарская сказка. Волк-прародитель известен и по целому ряду древних, в том числе китайских источников, а также тюркскому фольклору. А вот барс в этих сюжетах отсутствует. В случае с барсучкой нам стравливают идею, что речь идет о какой-то якобы хранительнице Булгарии. Ничего подобного по данным археологии просто не существует. Есть два бронзовых изображения покалеченного мужчины и женщины с ребенком на руках. Обе литые односторонние статуэтки, крепившиеся к бронзовым замкам. Некоторые археологи трактовали их как некие генеалогические легенды. Проблема только в том, что смысл этих статуэток весьма неоднозначен. Достаточно сказать, что они являются деталями замков. Согласитесь, весьма утилитарное применение для сакральных изображений. Сами замки, к которым они крепились, являются весьма обычной находкой для Ближнего и Переднего Востока и в Булгарии были распространены как часть общемусульманской бытовой культуры. Это доказывает обыденный, а не священный характер этих предметов. Кроме того, в такой мусульманской стране со строгими мусульманскими ритуалами, как в Булгарии, не могло быть никаких барсучек-«хранительниц». Барс, как некий символ, появляется уже в период Золотой Орды. Связан он был, очевидно, с годом барса и анатолийской (сельджукской) традицией соотносить правление ханов или каких-то династий с определенным годом. Отсюда значительное количество джучидских монет с зодиакальными (весы, водолеи, львы, близнецы и т.д.) и годовыми изображениями (барсы, драконы, зайцы и т.д.). Нельзя исключить, что в этот период барс становится неким символом Болгара или его правителя. Позднее этот символ вместе с титулом московских великих князей «князь болгарский» переходит в русский гербовник. Как бы то ни было, но никакая барсучка никогда не являлась хранительницей Булгарии, тем более языческих булгар. Во всяком случае, достоверных сведений у нас для этого вывода нет. Вся эта история имеет совершенно другой характер и связана с золотоордынскими традициями. И в этом случае мы имеем дело с подменой доказательной истории ее суррогатами в виде булгаристских мифов. Оставляем в стороне спор, захлестнувший татарский Интернет, о скульптуре Даши Намдакова. У любого человека может быть свой взгляд, что можно и что нужно ставить в виде символа Болгара. Очевидно, что людей задела не столько сама статуя, сколько декретивный характер ее утверждения, без широкого и профессионального обсуждения. Не будем указывать, что сам вид этого зверя, как будто бы сошедшего с парапета Нотр-Дам де Пари, никак не связан ни с татарскими, ни с тюркскими традициями. Для нас важна оценка этой скульптуры, высказанная незадолго до своего безвременного ухода таким моральным и духовным авторитетом, знатоком татарской культуры, как Туфан Миннуллин: «Не знаю, как эта скульптура выглядит, что называется, вживую, но то, что я увидел в Интернете – это же чёрти что! Безобразный бес какой-то! Если это охраняет наши земли, то тогда кто мы сами? Татар, если кто и охранял, то это была лошадь или акбуре. Татары к этой скульптуре никакого отношения не имеют». Действительно, лучше не скажешь. Уродливое чудовище не может быть символом татарской нации. Она не имеет отношения к нашим традициям и способна только расколоть и уже раскалывает татарское общество. Понятно, что путь в ад выложен благими пожеланиями. На примере мифологизации Болгара мы видим, как благородный созидательный порыв, брошенный в дело без серьезной научной проработки и обоснования, без своей татарской идеологии, превращается в свою полную противоположность. Вместо реальной истории – суррогат прошлого, вместо символа нации – уродец, вместо бережного отношения к традициям ислама – обрывки лживых выдумок. В этот же «Казан» различных выдумок о казанских «татаро-булгарах» добавляет свою основную порцию специй в виде солидного, на первый взгляд, издания «История татар с древнейших времен» в семи томах (том II. Волжская Булгария и Великая Степь. Казань: Изд-во «РухИЛ», 2006.) Института истории им. Ш. Марджани, коллектив историков под давлением директора Хакимова Р.С. Весь том тиражом 10 тыс. экземпляров посвящен натягиванию «булгарского одеяла» на казанских «татаро-булгар», не оставляя другим татарам ничего, чтобы прикрыть свою наготу. А что? Мещаре (и другие татары), пишите свою историю, откуда вы, кто вы. Институту истории Татарстана дела до этого нет. Ну что ж, отвечаю вам. Напишем. Обязательно напишем историю татар, в которой нет места булгарам и другим названиям племен, у которых в истории нет ничего, кроме одного дела – подавать стремена, чтобы удобнее было ногу вставлять, как написал один мой хороший знакомый историк. Так как у татар своя великая история, и прежде чем распространять по миру очередной «булгарский ренессанс» с попыткой «лакировки» татарской нации булгарским компонентом, надо было созвать курултай, обсудить, а все ли татары согласны на такую «лакировку». Суммируя все вышесказанное, следует сказать, что мифы не только управляют настоящим, но и пытаются диктовать нам прошлое. Половина беды была бы, если бы эта традиция опиралась на научные факты и глубокое исследование прошлого. Но нет. Вместо этого нам предлагают мифы, некую правдоподобную сказку. Вся беда в том, что они не имеют ничего общего с реальным развитием археологии и исторической науки. Впрочем, никакая историческая правда не помешает истратить миллионы народных денег для аляповатых празднеств несуществующего юбилея. И не беда, что для подготовки этого фантома пришлось уничтожить реальный средневековый Болгар. Такова плата за образованщину наших чиновников от культуры, за их вечные скитания в лабиринте булгаризма. Пора вернуть татарам их собственную историю, традиции прошлого, отринуть пошлые и отжившие свой век ненаучные булгаристские мифы. Камиль АБЛЯЗОВ. Первоисточник: http://zvezdapovolzhya.ru/obshestvo/strasti-po-bolgaru-mify-protiv-istorii-14-06-2012.html
  14. ТЕХНИКА ТАТАРСТАНА В СИРИИ: ЗАЧЕМ В ТАРТУСЕ КОРАБЛИ ИЗ ЗЕЛЕНОДОЛЬСКА, А В ХМЕЙМИМ — САМОЛЕТЫ С БОРИСОГЛЕБСКОГО? После ударов, которые наносили по ДАИШ созданные в Зеленодольске корабли, а также построенные в Казани бомбардировщики-ракетоносцы, пошла вторая волна сирийской «экспансии» техники от предприятий Татарстана. Теперь это не дистанционное, а прямое знакомство. 17 февраля в Тартус прибыл малый ракетный корабль «Зеленый Дол», а двумя днями ранее на аэродром Хмеймим из Казани перелетел разведчик Ту-214Р. Для чего они там нужны, при помощи экспертов выяснял корреспондент «БИЗНЕС Online». «ЧТОБЫ БЫЛО ЧЕМ УДАРИТЬ В СЛУЧАЕ ПРОВОКАЦИЙ» 14 февраля два корабля Черноморского флота (ЧФ) — малый ракетный (МРК) «Зеленый Дол» и морской тральщик «Ковровец» — прошли Босфор и взяли курс на восточное Средиземноморье. Но если для «старичка» (43 года) «Ковровца» это не первая «загранка», в том числе боевая (противоминное обеспечение советского судоходства в Персидском заливе), то для новенького «Зеленого Дола», спроектированного и построенного в Зеленодольске, это первый поход. Минобороны информировало, что он будет выполнять задачи в составе постоянной группировки ВМФ в Средиземном море. А в минувшую среду командующий ЧФ Александр Витко, будучи на зеленодольском заводе им. Горького, сообщил, что «Зеленый Дол» прибыл в сирийский порт Тартус, где располагается пункт материально-технического обеспечения ВМФ России в Сирии. В дальнейшем его сменит однотипный и сданный одновременно МРК «Серпухов». Для чего конкретно могут понадобиться эти корабли у берегов Сирии? «Скорее всего, надо, чтобы под рукой было, чем ударить в случае провокаций с турецкой стороны, — поделился с «БИЗНЕС Online» предположением независимый военно-морской эксперт Дмитрий Глухов (Санкт-Петербург). — Скорее всего, там накапливают силы на всякий случай. Обстановка накаляется турками, и их флот — довольно сильный. Между тем установленный на МРК комплекс «Калибр-НК» может не только по берегу, но и по кораблям работать. 8 ракет на борту — это, конечно, не очень много, но если куда надо прилетят, будет чувствительно. На что способны эти «стратегические ракетные катера», мы сегодня знаем». Это Глухов напомнил о том, как 7 октября 2015 года тройка каспийских «Буянов-М» (вместе с другим зеленодольским детищем — «Дагестаном», сторожевым кораблем проекта 11661) выпустила по объектам ДАИШ (арабское название запрещенной в РФ группировки «ИГИЛ» — прим. ред.) 26 крылатых ракет. 20 ноября последовал новый залп — 18-ю крылатыми ракетами. Длинная рука флота. ИЗ-ПОД ПВО-ЗОНТИКА БОЛЬШИХ КОРАБЛЕЙ «Зеленый Дол» и «Серпухов» проводили из Зеленодольска 9 июля 2015 года. 12 декабря на них был поднят Андреевский флаг, и сегодня они входят в состав отдельного дивизиона малых ракетных кораблей 41-й бригады ракетных катеров крымской военно-морской базы ЧФ. Это четвертый и пятый «Буяны-М». Головной «Град Свияжск» и первые два серийных — «Углич» и «Великий Устюг» — несут службу в составе Каспийской флотилии. На стапелях находятся МРК «Вышний Волочек», «Орехово-Зуево», «Ингушетия» и «Грайворон», которые, предположительно, тоже пойдут на ЧФ. А ведь изначально говорилось, что по тактико-техническим характеристикам это чисто каспийский проект. Что из себя представляет «Буян-М»? Длина корабля — 74,1 м, ширина —11 м, осадка — 2,6 м, водоизмещение — 949 тонн. Скорость — 25 узлов, дальность хода — не менее 1500 миль, автономность — не менее 10 суток, экипаж — 32 - 36 человек. Главное оружие МРК — установка вертикального пуска комплекса «Калибр-НК» на 8 ракет. Также есть 100-мм артиллерийская установка АК-190-01/А-190М, 30-мм установка АК-630М-2 «Дуэт», две 14,5-мм морские тумбовые пулеметные установки, два ЗРК «Гибка», три 7,62-мм пулемета, противодиверсионный гранатомет. Впрочем, когда в 2014 году стало известно, что первоначально задуманная серия из 5 «Буянов-М» будет увеличена до 9 единиц, эксперты сразу заговорили о том, что часть из них пойдет на ЧФ, который нуждается в экстренном усилении, а выбирать не из чего. «Конечно, «Буяны-М» по мореходности для Средиземного моря не ахти, но, как говорится, за неимением гербовой... — отмечает Глухов. — Далее. Самостоятельно от авиаудара они вряд ли смогут отбиться. Впрочем, «Зеленому Долу» и «Серпухову» болтаться в море особого смысла нет. Может быть, они встанут к причалу в Тартусе, зональную ПВО им обеспечат крейсер «Варяг» и большой противолодочный корабль «Вице-адмирал Кулаков». И вот из-под этого «зонтика», прямо от причала, МРК вполне могут хорошо садануть». Глухов напомнил, что «Буяны-М» не имеют собственных средств целеуказания, но его «малышам» помогут организовать: «Они оборудованы специальными средствами: мы видим у них антенны космической связи, установлен многоканальный комплекс «Трасса», так что жаловаться грех. Целеуказание обеспечат другие корабли, спутники и самолеты». ЯПОНИЯ, УКРАИНА, СИРИЯ... И одним из таких самолетов может стать построенный на Казанском авиазаводе (КАЗ; филиал ОАО «Туполев») борт комплексной разведки Ту-214Р. По данным интернет-сервиса Flightradar24, позволяющего в реальном времени наблюдать за положением находящихся в воздухе самолетов (если на них включены так называемые транспондеры), 15 февраля на используемый российской авиационной группировкой в Сирии аэродром Хмеймим прибыл Ту-214Р с регистрационным номером RF-64514. Причем вылетел он непосредственно из Казани, с аэродрома Борисоглебское, а далее прошел над Каспийским морем, Ираном и Ираком. Два самолета Ту-214Р (также упоминаются как «изделия 411», опытно-конструкторская работа «Фракция») строились по контракту минобороны с «Туполевым» и КАПО (прежнее название КАЗа) от 29 ноября 2002 года. Машина создана на базе пассажирского Ту-214. Это самолет комплексной радиотехнической и оптической разведки, что видно по многочисленным антенным «нашлепкам». Предположительно, Ту-214Р — замена разведчику Ил-20М (военный вариант гражданского Ил-18), который предназначен для вскрытия радиолокационных средств и средств связи противника, перехвата сигналов средств управления и связи, ведения радиолокационной и оптической разведки наземных объектов. С 60-х годов Ил-20 был одним из наиболее секретных советских самолетов, ведь его назначение — комплексная разведка приграничной полосы без пересечения государственной границы, то есть он способен получать разведданные, не вторгаясь на территорию других стран. Западные историки авиации уверяют, что на Западе не имели информации об Ил-20 до 1978 года (хотя машина летала с 1968-го), когда истребители НАТО засекли один из этих самолетов над Балтийским морем. Пара Ту-214Р должна была быть готова к ноябрю 2008 года, но головная машина совершила первый полет только 24 декабря 2009-го и до сих пор не передана заказчику — проходит испытания. RF-64514 впервые взлетел в конце 2014- го и был передан военным год спустя. Отметим, что срыв сроков контракта стоимостью 3,4 млрд. рублей даже стал предметом разбирательства в суде, впрочем, технической стороной дела военные, судя по их высказываниям, были удовлетворены. Оба самолета уже успели наделать шума. В декабре 2012 года перехватчики ВВС сил самообороны Японии были подняты для сопровождения воздушного судна, летевшего над Японским морем. Пилоты перехватчиков увидели борт с регистрационным номером RA-64511 — первый поднятый казанскими авиастроителями Ту-214Р. А в ночь с 17 на 18 июня 2015 года тот же Flightradar24 засек RF-64514 «тщательно огибающим» границу Украины. ПРИСТАЛЬНЫЙ ВЗГЛЯД НА ТУРЦИЮ Что может делать Ту-214Р в Сирии? «Турция на днях запретила полет нашего самолета в рамках программы «Открытое небо», — напомнил в беседе с корреспондентом «БИЗНЕС Online» главный редактор журнала «Арсенал Отечества» Виктор Мураховский. — Мы запланировали полет вдоль границы Турции и Сирии, куда прибыли самолет и наблюдатели, но в последний момент турки отказали в праве проведения полета... Да, у нас есть спутники оптико-электронной и радиотехнической разведки, но они все-таки имеют некоторую скважность разведки по времени. А в связи с тем, что Турция сосредоточила на границе с Сирией значительную группировку сухопутных войск и ВВС, нам необходимо в режиме реального времени получать сведения о ее местонахождении, намерениях и так далее. Ту-214Р имеет для этого все необходимое оборудование, включая многоспектральный локатор бокового обзора, который позволяет вскрывать позиции войск на достаточно большую глубину на территории Турции. Насколько большую, зависит от характера местности, но на несколько десятков километров это гарантированно». По мнению Мураховского, вскрытие расположения турецких войск и их намерений — это срочная, первостепенная задача. Вторая же — вскрытие движущихся (автомобили) и неподвижных (пункты управления, склады) целей на территории, контролируемой ДАИШ. Это необходимо, в том числе и для повышения точности ударов Воздушно-космических сил, и для целеуказания кораблям ВМФ. Отметим, что в Сирии уже действует самолет радиоэлектронной разведки Ил-20М1, так что будет возможность сравнить эффективность двух машин, ведь есть мнение, что для комплексной авиаразведки России достаточно турбовинтовых Илов, а Ту-214Р — излишество. Говорилось, что КАЗу может быть заказана целая серия Ту-214Р. Реально ли это? «Вопрос — в полной отработке этого разведывательного комплекса, особенно многоспектрального радара, — считает Мураховский. — Если вся аппаратура и носитель зарекомендуют себя нормально, думаю, будет и серия, потому что, по идее, такой самолет должен входить в состав разведывательно-ударного комплекса, который связывает разные виды разведки, автоматизированные системы управления и дальнобойные огневые средства типа ракетных комплексов «Искандер». Поэтому, учитывая то, сколько у нас ракетных бригад (а их значительно больше двух), можно сказать, что каждую из них желательно бы обеспечить самолетом типа Ту-214Р». Полеты Ту-214Р в Сирии уже зафиксировали тамошние споттеры — фото машины появились в различных соцсетях. И в какой-то степени полеты Ту-214Р еще и пиар российского ВПК: самостоятельно, «от и до» проектировать и строить самолеты комплексной разведки способны немногие страны. И конечно, заполучить такую аппаратуру для исследования хочется любой разведке. Поэтому полеты вдоль границ Турции наверняка будут выполняться под прикрытием истребителей Су-27 и Су-30. Тимур Латыпов Источник: http://www.business-gazeta.ru/article/302985/
×
×
  • Создать...